Byir Byira – Меня зовут Гэсэр (страница 3)

Глава 9 Теперь меня зовут Гэсэр

Чтобы жены не ссорились, их надо поселять отдельно, чтобы как можно меньше видели друг друга. Какие бы раскрасавицы не были мои царевны, женская ревность порождает удивительную изобретательность. Пока, у меня такой возможности нет, юрта одна, и то у родителей. Конечно, в обличии Сопливого Уродца понравиться я им не мог. Но все-же, выйдя замуж, они хотели нести тяжелую обязанность исполнять роль жены и ночью. Шанс насилованной любви я им не предоставил. Я не прикасался ни к одной из них. Они вечерами сидели рядышком косясь своими лучезарными глазами в своем углу. Мать с отцом не сильно их напрягали - все-же, принцессы. Соломенное вдовство пошло на пользу, похоже, они сдружились, стали все делать вместе. А с кем еще? Рабов у меня не было. Скот весь объединил, наказал родителям, чтобы они не выделяли, приведенных с собой. Впрочем, это трудно. Оставил, только, коней, с которыми они вместе выросли.

Между тем, мои постоянные тренировки, собственно то, чем я занимался вместо любовных утех и разборов надуманных капризов моих прекрасных жен, приносили свои результаты. Тело налилось силой. Казалось я могу перевернуть эту землю. Окружающие люди это видят, собрать молодцев для своего войска я уже смогу. Осталось накопить жирок имущественный. А за этим делом я обращусь к своему небесному отцу.

Хурмаста тэнгэри встретил благосклонно, хоть и чувствовалось, что Атай Улаан его беспокоит. Я получил все, что просил. Хурмаста не торопил, но четко напомнил о моем предназначении.

И вот ранним утром я подскакал к юрте родителей в своем небесном виде. Бэлгэн - мой конь подобен молнии, из-под копыт, казалось, искры летят, глазами, казалось, мог кидать молнии, серебряная сбруя якутской работы сверкает ярче солнца. Следом за мной тридцать три могучих богатыря.

Порадовались мои родители, убедились, что не простого человека родили и вырастили. А уж женушки как были рады! Вмиг забыли свои разочарования своей судьбой! Теперь они стали женами Абай Гэсэра, героя, который спасет землю от всех напастей. Не долго собиралось и войско. Триста командиров со своими тремя тысячами воинами встали под мое начало.

Глава 10 В подводном царстве нашел третью жену

Три тысячи воинов требуют слаженности. Что так тренирует, как не облавная охота?

Первая облава проходит неплохо. Воины крепки и сноровисты. Сужается круг, где мечутся звери от одного строя к другому. Добыча растет. Я стою немного в стороне, на возвышенности, замечая огрехи. Тут из круга вырвался изюбр и помчался, отрываясь от погони. Это моя добыча!

Догоняю зверя, натягиваю лук. И, вдруг, с другой стороны прилетает стрела, валит изюбра. Охотник на гнедом жеребце подскакал к нему, на ходу закинул его на коня и поскакал прочь. Кто посмел?

А парень не прост! Вмиг он превратился в маленькую красную точку на зеленом фоне.”Ну, Бэлгэн - кричу своему коню: покажи свою волшебную прыть!” Бэлгэн включил форсаж, перепрыгивает с вершины одного холма на другой. Вот паренек на своем гнедом уже размером с зайца становится. Еще скачек, уже не меньше волка видится. Пару скачков и будешь ты в моих руках, наглец. Не догнал. Парень прыгнул со скалы в море и исчез.

Привязал Бэлгэна к орешнику, подпер копьем и прыгнул в море. А на дне моря, как на суше: светит солнце, летают птицы. Стоит дворец. Это дворец владыки моря, Уса Лосона. А парень на гнедом жеребце оказался его дочерью, Алма Мэргэн, которая предъявляла отцу, что тот ее обманул, говоря, что с ее гнедым не сравниться ни один скакун на земле. С характером дева!

Уса Лосон удивленно стал смотреть свою волшебную книгу. Да, никакой скакун не сравниться с ее конем, кроме коня сына небесного тэнгэри Хурмасты, с которым они когда-то обменялись кушаками, в знак обручения детей. А звать этого жениха Бухэ Бэлигтэ.

Тут появился и я!

Прекрасна моя суженая, да капризна. Не сразу согласилась выйти замуж. Через десять дней ее взгляд подобрел. Общее ложе примирило.

Алма Мэргэн с виду покорилась, да не совсем. В перерывах между буйным сном, подпаивала отваром, что отбивал память. И божий сын бывает очарован женскими прелестями, если напоить его волшебным питьем. Это был уже не я, Абай Гэсэр, а послушный заезженный муж несравненной и характерной жены. Сколько прошло так времяни, не мог я вспомнить впоследствии. Занятый днем хозяйством, а ночью женой, так и жил, как родилась дочь.

А небесные боги опять заметили отсутствие мое только, когда Атай Улаановы порождения вновь активизировались. Не слышно громкого голоса Гэсэра, не слышно топота его коня Бэлгэна.

Хурмаста отправляет сестер Бухэ Бэлигтэ на поиски брата. Увидели они привязанного на берегу моря к орешнику Бэлгэна. Спустились в страну Уса Лосона и нашли потерявшего память Гэсэра, пасшего жеребят. Устыдился Уса Лосон, приструнил дочь, и оправились мы все домой. А как было хорошо - красавица жена, малютка дочь, погода не знающая зноя и холода. И никаких треволнений, огромных черных воронов, крыс, размером в кабана, и колдунов, превращающихся в медведя. Был ли я опоян? А был я в это время в 20 веке, где происходили события, требующие непосредственного участия.

Глава 11 Китаец Ваня. Старатель. Золото.

Китаец Ваня из Баргузинской тайги полгода тайными путями шел на юг с котомкой полной золотого песка. На материке во всю уже командовала Советская власть. Ему уже было за сорок, это была третья попытка разбогатеть на добыче золота. Он мыл тайно. Это в тайге, закон сама тайга, а прокурор медведь. А по людным местам пробираться был риск большой.

В первый его поход его остановили в первом же поселении. Это было пятьнадцать лет назад. Он отдал мешочек с золотишком за мешок хлеба и запас патронов. Ушел вполне радостный, что попал на зажиточного селянина, кто смог оценить его товар и смог что-то дать взамен, а не прикончил там же и забрал просто так его золото. Мишуха - это тот самый крестьянин, был грамотным коммерсантом, смотрел чуть дальше своих односельчан, понимал, что получить постоянное поступление драгоценного товара важнее, чем ограбить и убить старателя, а потом пропить награбленные деньги, как слышал он, делали другие. Расширить дело, привлечь других старателей оказалось трудно, те неохотно делились с конкурентами своими связями, но обороты, все же, росли. Мишуха наладил связь с городскими купцами. Он понимал, что покупают золото у него по дешевке, но то, во что оно обходилось ему, все окупалось сторицею. Так Ваня получил постоянного покупателя. Отдавал он свое золото, конечно, не все, - десятую часть. Менял пыль золотую на продукты, самородки больше таракашек прикапывал и собирал. За пять лет собрал изрядный мешок и тропой, которую не знал Мишуха пошел на юг. Буйные революционные годы в тайге прошли незаметно. Кто-то кого-то убивал за какие-то непонятные вещи хуже зверей. Мишуха бывало рассказывал, что кто-то за царя, кто-то против, Ване было это не интересно. Он точно знал, что придя домой с мешком золота он скупит всю округу и станет настоящим ваном. Это русское имя, созвучное китайскому названию почетного ранга, ему нравилось.

Дойти до самой Маньчжурии тайгой можно. Что Ване почти удалось. Он тщательно выбирал тропы, неделями наблюдал за поселением, прежде чем выбрать человека, с кем пойти на контакт, чтобы запастись подъемным для одного человека провиантом. Шел до следующей точки, где можно было разжиться деревенской едой. Все шло неплохо. Оступился он уже южнее железной дороги. Пацан, которого он выбрал, оказался комсомольцем. Они всей ячейкой скрутили Ваню и сдали властям. Был суд. Тюрьма. Лагеря. Ваня уже потерял счет годам.

Узнал о его похождениях уважаемый вор. Уговорил бежать. Бежало их пять человек. Ваня настроял начать путь на Север от железной дороги, тропы по тайге он помнил, помнил и людей, с кем он мирно и выгодно для них общался. Никому не сказал о закопанном золоте и ружье с патронами. Пошли они по его пути, по которому Ваня спускался на Юг. Большинство знакомых в деревнях оказались живы и неплохо жили, благодаря и золоту оставленному Ваней им. Кто-то из них пробился во власть. Но все они помнили о нем, и радостно снабжали продуктами, когда узнавали, что Ваня снова пошел мыть золото, заручившись обещанием, что он на обратном пути обязательно зайдет к ним менять золотишко на продукты. Так все они пятеро дошли до Баунта. В пять пар рук дело шло споро. Троих, по очереди, пришлось съесть, чтобы не отвлекаться на добычу питания. Воры люди простые. Ваня знал, что стать пищей ему не грозит, без него из этой тайги никто не выйдет. Разборки шли между ворами. Той же зимой они уже пошли обратно. На одной из ночевок, уже выходя из северной тайги Ваня хладнокровно убил последнего попутчика. Было холодно. Свежее мясо не испортится и месяц. Когда он дошел до своего схрона, Ваня еще был полон сил, питаясь свежениной.

О похождениях китайца Вани мне рассказал Орион, так звали участника нашего восстания против коллективизации. При рождение, принимавшая роды бурятка назвала его Арья, настолько он был бел , пучеглаз и подвижен, при крещении православный батюшка, не долго думая, записал его: Орион. Он был простым раскулаченным крестьянином, целью участия которого в восстании было уйти за границу, но перед этим обязательно отомстить за унижения ГПУшникам, комсомольцам и коммунарам.