Бьянка Коул – Грязная игра (страница 5)
Я сжимаю пальцы вокруг её горла, наслаждаясь мягкостью кожи под моими мозолистыми пальцами. Она восхитительна, и соперничество, которое мы разделяли все эти годы, только усиливает мое желание обладать ею. Одной мысли о том, что Адрианна подчинится мне, достаточно, чтобы свести меня с ума.
— Послушай меня, Адрианна. Я не люблю, когда мне угрожают. И я не тот человек, который отступает от того, чего хочет.
Она с ненавистью смотрит на меня.
— Мне плевать, чего Вы хотите. Я ни за что на свете не лягу с Вами в постель.
Я ухмыляюсь.
— Кто говорил о постели?
Ее челюсть сжимается.
— Я лучше умру, чем стану еще одной зарубкой на столбике Вашей кровати.
— Посмотрим, как долго ты сможешь продолжать сопротивляться, детка.
Ее глаза пылают яростью.
— Не называйте меня так.
Я наклоняю голову.
— Почему? Потому что тебя это заводит?
Она тяжело вздыхает.
— Вы просто невероятны.
Я отпускаю ее горло и делаю шаг назад. Адрианна сдастся не так легко, как я ожидал, но форсировать события, возможно, с ней не стоит.
— Я не собираюсь сдаваться, Адрианна.
— Ну, Вы должны, потому что ничто на свете не может заставить меня пересмотреть решение о сексе с Вами. — Она вздрагивает, как будто от этой мысли ее тошнит. — Мужчина, который лишит меня девственности, будет моим выбором.
Мои брови взлетают вверх.
— Девственности? — Гнев поднимается во мне при мысли о том, что какой-то мужчина лишит ее девственности, кроме меня. — Ты никогда не была с мужчиной?
Она смотрит на меня.
— Нет, и поэтому у Вас нет ни малейшего шанса когда-то переспать со мной.
Я удивлен, насколько она не стыдится того факта, что у нее никогда не было секса, поскольку многие девушки стесняются этого. Но Адрианна не похожа на других девушек.
— Думаю, ты проглотишь свои слова, поскольку я твердо намерен быть твоим первым, детка.
Она рычит.
— Я сказала, не называйте меня так.
Я ухмыляюсь.
— А теперь иди, или опоздаешь на урок Ниткина.
Она стискивает зубы.
— А как же записка?
— К черту записку. У тебя есть пять минут. Я уверен, ты успеешь.
— Сукин сын, — ворчит она себе под нос.
— Что это было? — рявкаю я.
— Ничего.
Она взваливает на плечо сумку и мчится в раздевалку, чтобы переодеться в форму СА.
Я наблюдаю за тем, как ее бедра раскачиваются из стороны в сторону, а мой член тверд, как камень.
Девственница.
Трудно поверить, что такую красивую, уверенную в себе и нахальную девушку еще не лишили девственности.
Но я не могу отрицать, что рад тому, что она не тронута, потому что это придает мне еще больше решимости убедиться в том, что я погружу свой член в нее к концу этого года.
Она подсядет на меня так же, как я уже подсел на нее.
Глава 3
Адрианна
— Этот мужчина — абсолютная свинья, — заканчиваю я, качая головой, так как моя кровь все еще кипит из-за попытки тренера Дэниелса затащить меня в свою постель.
— Что ты собираешься делать? — Спрашивает Нат.
Я пожимаю плечами.
— Буду продолжать говорить ему, чтобы он отвалил.
Нат кусает губы.
— Не уверена, что тренер Дэниелс хорошо воспринимает отказы.
Камилла кивает.
— Я слышала, что он может превратить жизнь девушек в сущий ад, если они отвергнут его.
Раскаленный гнев разливается по моим венам, и мне интересно, серьезно ли подруги предполагают, что я должна просто лечь и раздвинуть ноги для мужчины-шлюхи, потому что его эго будет задето. Скрестив руки на груди, я свирепо смотрю на Камиллу.
— Что ты хочешь этим сказать? Я не буду спать с ним, потому что он будет злиться, что его отвергли. Он может трахнуть себя сам, мне плевать.
Нат кивает.
— Ты права.
— Однако он горячий. Тебе так не кажется? — Спрашивает Камилла.
Она сошла с ума, раз даже заговорила об этом. Пусть тренер и горяч, но за эти годы у него было столько студенток, что это просто отвратительно.
— Да, и законченный мужчина-шлюха. Я ни за что не отдам свою девственность такому как он.
Я удивлена, что Нат не поддерживает меня, а замолкает, уставившись в свою тарелку с макаронами. Дело в том, что Арчер Дэниелс просто хочет сделать из меня еще одну зарубку на столбике своей кровати, а я не позволю себе опуститься до этого. У меня слишком много самоуважения, в отличие от его прошлых завоеваний.
— Я иду в туалет, — объявляет Камилла, встает и выходит из кафетерия, а мое внимание падает на Нат, которая, как мне кажется, что-то скрывает о том поцелуе с Элиасом.
Парень, который годами мучил ее. Несколько недель назад мы видели, как он целовал ее, а теперь он утверждает, что Наталья принадлежит ему. Я размышляла о том, что он сказал после этого.
Я чувствую, что Элиас что-то имеет против нее, но она не хочет нам рассказывать. Все это очень странно. В этом году мучения Элиаса обрели новую форму.
— Ты уверена, что не хочешь поговорить об этом? — Я бросаю на нее многозначительный взгляд.
Нат сжимает челюсть.
— Я же сказала, что нет. — Она хватает чесночную лепешку и запихивает себе в рот. — Просто оставь это.