Бьянка Коул – Грязная игра (страница 29)

Я пристально смотрю на него, дрожь пробегает по всему телу. Сопротивление бессмысленно, ведь я знаю, что он добьется своего. Медленно открываю рот, и головка члена проскальзывает внутрь.

Я стону вокруг него, когда его солоноватый, мужской вкус попадает мне на язык. Это первый мужчина, которого я пробую, и не могу отрицать, что он восхитителен. Сначала я исследую член, медленно дразня его языком, но чувствую нетерпение тренера, когда он смотрит на меня сверху вниз. Шире раздвигая челюсть, я позволяю ему скользнуть глубже, посасывая толстую, покрытую венами, длину.

Он стонет, глаза закрываются, а я стараюсь не обращать внимания на то, насколько неуверенно чувствую себя.

Как мне узнать, правильно ли я все делаю?

— Твой рот — это рай, детка.

Думаю, это ответ на мой вопрос, потому что внезапно он вытаскивает член у меня изо рта и поднимает мое лицо к себе.

— Приготовься, я собираюсь трахнуть твое горло так, будто это твоя тугая девственная пизда.

А затем он засовывает головку члена обратно мне в рот, но гораздо глубже, заставляя меня давиться им.

— Расслабь горло и дыши через нос, — приказывает он.

Я злобно смотрю на него, но срабатывает инстинкт, и я делаю так, как он говорит. И вдруг он начинает входить и выходить из моего горла, как предупреждал, как будто трахает мою киску. Мои глаза наполняются слезами, а слюна стекает по подбородку.

Он безжалостен и берет то, что хочет, жестоко вбиваясь в меня. Я уверена, что меня сейчас вырвет, учитывая, как глубоко он проникает.

— Блядь, я не смогу долго продержаться в твоем тугом маленьком горле. — Он крепче вцепляется в мои волосы и с большей силой тянет на себя, что кажется, будто он пытается задушить меня. — Я собираюсь кончить в твою идеальную маленькую глотку, и хочу, чтобы ты проглотила все до последней капли.

Мое сердце пропускает удар, когда внезапно его член становится еще тверже во рту, а затем струя жидкости ударяет в горло, заставляя меня снова задыхаться.

— Глотай. Я не хочу, чтобы ты потратила впустую хоть одну гребаную каплю.

Я глотаю, но немного спермы вытекает из уголка рта, потому что ее слишком много. Его все еще твердый член выскальзывает у меня изо рта, и я облизываю губы, желая, чтобы его вкус не был таким приятным.

Он отходит и засовывает все еще полутвердый член обратно в штаны, наблюдая за мной с отвратительным выражением лица. Выражением, которое говорит о том, что он считает себя победителем, хотя это не так.

Стыд затопляет меня, когда я понимаю, что мой поступок оправдывает извращенное стремление тренера к моей девственности. И это сделает его еще более неумолимым.

Я сажусь, опускаю юбку и натягиваю трусики. Арчер наблюдает за мной со странно серьезным выражением лица. Это пугает меня. Я хватаю рюкзак с трибуны, больше не глядя в его сторону, а затем бросаюсь к двери и отпираю ее.

— Надеюсь, ты усвоила урок, детка, — произносит он у меня за спиной соблазнительным голосом.

От этих слов у меня по спине пробегает дрожь, и я спешно выбегаю из спортзала в женскую раздевалку. Сердце колотится как сумасшедшее, пока я запираю дверь, чтобы убедиться, что он не последует за мной.

Было ошибкой проявлять такое желание, но я ничего не могла с собой поделать. Он сводит меня с ума от ненависти и желания, и эта комбинация сбивает с толку.

Глава 14

Арчер

В учительской пусто, что необычно для раннего утра перед занятиями. Я достаю телефон, гадая, не пропустил ли уведомление о собрании или что-то в этом роде.

От Оака ничего нет, поэтому я отправляю сообщение Гэву, чтобы узнать, где он.

Я: Учительская — город-призрак. Что происходит?

Сразу же появляются пузырьки, пока он набирает ответ.

Гэв: В Большом зале собрание.

Я сжимаю челюсть, так как впервые слышу об этом. Тяжело вздыхая, направляюсь из учительской в зал, планируя выместить свое раздражение на Оаке за то, что он не рассказал мне об этом.

Когда захожу, он стоит впереди и говорит о математике. Я знаю, что он уволил Джеймсон за то, что та вела себя как сука из-за его брака с Евой. Не думаю, что она была единственной, кто считал это неправильным; она была единственной, у кого хватило смелости сказать ему об этом в лицо.

У меня нет права голоса, поскольку в моей постели побывало гораздо больше студенток, чем у него. Гэв сидит в начале, но я занимаю место ближе к заднему ряду, чтобы не отвлекать его от речи.

— Итак, есть добровольцы на временную замену профессора Джеймсон и её предметов?

В зале воцаряется оглушительная тишина. Я никак не могу предложить свою помощь, поскольку у меня дерьмовый уровень знаний, и так было всегда. Джеймсон вела математику, а это мой самый слабый предмет из всех.

— Ну же, ребята. Мне нужно, чтобы парочка из вас подключилась. У кого больше всего свободных периодов?

Персонал перешептывается, а затем, наконец, встает Гэв.

— Я могу вести занятия, но сомневаюсь, что у меня хватит навыков для проверки заданий.

Оак облегченно выдыхает, когда Гэв бросается ему на выручку.

— Хорошо, кто-нибудь может временно проверять задания?

София встает.

— Я возьму это на себя. Просто не думаю, что занятия впишутся в мою нагрузку.

У Гэва меньше рабочих часов, чем у большинства из нас, поскольку его занятия являются факультативными и доступны не каждому курсу. В младших классах, к примеру, не изучают пытки или анатомию. Однако есть пара сотрудников с нагрузкой еще меньше, чем у него, например, Дженис Ирвин, которая ведет занятия по отмыванию денег и убийствам. Она была бы идеальным профессором математики, поскольку в любом случае уже занимается вычислениями, но она слишком ленива. Никогда не хочет активно участвовать в жизни коллектива и держится особняком. То же самое касается Джеремайи Кейна, который ведет лекции по товароведению и прибыли, а также химию, которая, по сути, подразумевает изготовление наркотиков. И Элис Лав, которая преподает корпоративное планирование и взяточничество.

Все трое странные и не тусуются в учительской. И теперь, когда Джеймсон ушла, мы остались только с Софией и Элейн, которые действительно заходят туда.

Еще есть обслуживающий и офисный персонал, который проводит время в своих кабинетах, а не в общей учительской. Хотя Мелисса, секретарь Оака, появляется время от времени.

— Отлично, тогда договорились. Если у кого-то есть идеи относительно потенциальных кандидатов на эту должность, пожалуйста, подойдите ко мне после собрания. — Он прочищает горло. — Я должен спросить, есть ли еще какие-то вопросы, которые нам нужно обсудить.

Джеремайя поднимает руку.

— Да, поход для охоты у выпускников должен состояться через три дня, а Вы никого не назначили для сопровождения.

Я сажусь прямее при упоминании об охоте. Все старшеклассники отправляются в лес неподалеку отсюда поохотиться на дичь, а это значит, что Адрианна тоже будет там.

— Я вызываюсь добровольцем на сопровождение, — говорю.

Оак вскидывает бровь, когда замечает меня сзади.

— Это очень любезно с твоей стороны, Арчер, но действительно ли ты лучший выбор?

— Что ты хочешь этим сказать?

Мускул на его челюсти дергается.

— Это значит, что обычно ты не участвуешь в экскурсиях с охотой.

Я наклоняю голову.

— Я наверняка лучше всего подхожу для этой работы, ведь мои занятия самые активные и связаны с физической нагрузкой.

Оак кивает.

— Хорошо, вы с Джеремайей можете взять на себя старшеклассников.

Отлично. Я еду в поход с этим чудиком.

— Есть ли еще вопросы, которые необходимо решить?

Элис Лав встает.

— Да, я думаю, что нам нужно больше реального опыта для моих уроков.

Затем я отключаюсь, когда она начинает рассказывать о том, что хочет отвезти своих учеников в Нью-Йорк на экскурсию, чтобы те попытались подкупить там бизнесмена, что является полным безумием.

Некоторые учителя выдвигают сомнительные идеи. Я сижу сзади, размышляя над тем, почему именно я не получил приглашения на собрание. Когда оно, наконец, подходит к концу, я встаю и подхожу к Оаку, сжимая кулаки.

— Какого черта ты не сказал мне о собрании?

Оак пожимает плечами.