Бьянка Коул – Греховные уроки (страница 44)

Ее щеки краснеют, но она подчиняется.

— Я хочу пососать твой член.

Моя эрекция становится тверже, когда слышу её слова.

— И это все?

Она качает головой.

— Я хочу, чтобы ты трахнул мое горло, а потом мою киску.

— Продолжай, — настаиваю я.

— Хочу, чтобы ты причинял мне боль, пока делаешь это. Как захочешь. А потом я хочу, чтобы ты наполнил меня своей спермой.

Я наклоняю голову.

— Такая чертовски жадная. Вытащи мой член, malishka.

Она тянется к молнии и с нетерпением освобождает член, ожидая, когда я отдам следующий приказ. Её покорность так освежает, она никогда не делает ни одного движения без моего разрешения.

— Соси его.

Она обхватывает пальцами основание, а затем смыкает свои пухлые губки вокруг члена, жадно посасывая его.

Мне нравится, как она ненасытно ведет себя по отношению ко мне, это питает зверя, который хочет вырваться на свободу. Мое сердце бешено колотится, когда что-то, что я хотел попробовать с ней, впивается когтями в мои внутренности, подталкивая меня.

Голос в голове призывает меня сделать это и посмотреть, как сильно ей нравится жить на грани.

Я позволяю ей немного поработать с моим членом в милом маленьком ротике, прежде чем хватаю за волосы и трахаю её горло так, как она того жаждет.

Когда я удовлетворен и почти на грани взрыва, я заставляю Камиллу остановиться, отрывая её рот от себя.

— Я хочу сыграть в одну игру.

Ее брови выгибаются.

— В какую игру?

— В захватывающую. Иди и ляг на мой стол, раздвинув ноги.

Она облизывает губы, а затем забирается на стол и ложится на спину.

Я издаю стон, когда вижу, что на ней нет трусиков.

— Моя маленькая грязная шлюшка. Ходишь мимо моего кабинета без трусиков, так уверена в том, что я вызову тебя сюда.

Она усмехается мне.

— Это облегчает задачу, верно?

Я рычу и лезу в ящик стола, доставая пистолет. Может, и сомнительно иметь оружие в кабинете, когда я профессор, но никогда нельзя быть слишком осторожным, если обучаешь мафиозных отпрысков.

Оак знает, что у меня есть оружие, и у большинства сотрудников тоже где-то припрятано своё, на всякий случай.

Она хмурит брови, когда видит его, приподнимаясь на локтях.

— Для чего это?

Я показываю ей, что он заряжен, а затем снимаю с предохранителя, и провожу дулом по ее мокрой пизде.

— Сэр? — спрашивает она дрожащим голосом.

— Я собираюсь трахнуть тебя им.

Она вздрагивает, ее глаза расширяются от страха.

— Но что, если…

— Я не убью тебя, Камилла.

Она облизывает губы, дрожа так, как я никогда раньше не видел.

— Может, специально и нет, но что, если…

— Перестань думать, malishka. — Я вставляю в нее дуло, и она вскрикивает, зажмурив глаза, словно ожидая, что пистолет выстрелит как только окажется внутри нее. — Просто почувствуй. Это весело — жить на грани.

Страх в данный момент берет верх над ее удовольствием, и больная садистская часть меня наслаждается тем, как она корчится. Я наблюдаю за тем, как ее глаза расширяются настолько, что в них почти не видно карего, а грудь поднимается и опускается в неровных, судорожных вдохах.

Я тянусь вверх другой рукой и хватаю ее за запястье, чувствуя, как учащается пульс под моим большим пальцем. Ее страх только усиливает моё возбуждение, и я трахаю ее сильнее. Даже если она напугана, ее киска насквозь мокрая, и пистолет издает влажный звук при каждом толчке.

Мой член такой твердый, что с него капает на стол, пока я нависаю над ней. Мне всегда нравилось быть источником чьего-то страха так же сильно, как и причинять боль.

Я вставляю в нее ствол сильнее и быстрее, зная, что одно неверное движение может привести к катастрофе.

Желание сжимает мои яйца, когда я вижу, как ее страх растворяется и удовольствие берет верх.

— Тебе это нравится? — Спрашиваю я, наблюдая за тем, как она тихо постанывает. — Тебе нравится, что я трахаю твою жадную маленькую пизду своим пистолетом?

Ее глаза зажмуриваются, но она кивает головой, как будто слишком боится произнести вслух, что наслаждается этим.

— Как насчет того, чтобы я засунул его тебе в попку, пока буду трахать твою жадную киску?

Она ахает, глаза распахиваются.

— Ты бы не…

— Не дави на меня, Камилла. Ты прекрасно знаешь, что теперь я это сделаю.

Ее горло подрагивает, когда страх возвращается, вступая в войну с удовольствием. Я достаю бутылочку со смазкой и брызгаю немного на ствол пистолета.

Пока она не смотрит, я ставлю пистолет на предохранитель. Может, я и сумасшедший, но слишком рискованно пытаться трахать ее и контролировать оружие.

Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть, но ей не нужно этого знать.

А затем я прижимаю его к ее тугому кольцу мышц.

Она так напряжена, что мне приходится проталкивать силой, несколько раз проводя дулом внутрь и наружу, прежде чем она смиряется.

— Хорошая девочка, прими пистолет в свою попку.

Ее губы дрожат, и она выглядит так, словно находится на грани нервного срыва. Я должен хоть как-то прийти в себя и остановиться, но она не знает, насколько это будет чертовски хорошо.

Она даже не подозревает, каким потрясающим будет ее оргазм с нависшей смертельной угрозой над головой.

Я толкаюсь вперед и глубоко вонзаю член в ее киску.

Она кричит, и мне приходится закрывать ей рот рукой, чтобы заглушить крик.

Пусть я главный каратель, но я никогда не наказываю студентов в своем кабинете, поэтому не хочу привлекать внимание к тому, что мы здесь делаем.

Ствол крепко зажат в ее попке и давит на длину моего члена, делая ее и без того тугую киску еще туже.

— Блядь, — бормочу, глядя вниз на красавицу подо мной. — Так чертовски приятно.

Она сглатывает.

— Ощущения хорошие. Просто было бы лучше, если бы это был не пистолет.