Бьянка Иосивони – Поцелуй сильнее, чем смерть (страница 4)

Я вскочила на ноги и бросилась вперед, невзирая на опасность и не думая о том, что Наталия наверняка где-то поблизости и может напасть в любую секунду. В голове билась только одна мысль, как и тогда, когда я увидела, что Сайрус пронзил кинжалом грудь собственного сына.

Я остановилась на самом краю кратера, едва удержав равновесие. Снег вперемешку с комьями земли посыпался вниз. И тогда я увидела Райана. Он стоял посреди кратера: лицо его перепачкано грязью, по виску стекала тоненькая струйка крови, а грудь быстро поднималась и опускалась. Но он был один, его противник словно испарился. Райан медленно опустил руки и посмотрел на меня.

– Не может быть! – услышала я голос Наталии. Внезапно она появилась на другой стороне кратера, перевела взгляд с Райана на меня и обратно. Неверие на ее лице сменилось гневом. – Ты пожалеешь об этом! – сказала она и растворилась в черном тумане.

Мои колени подогнулись, и я рухнула на посеревший снег. У нас получилось! Мы одни. Все кончено.

Впрочем, настоящая битва только начинается.

Глава 3

Прошло некоторое время – секунды, может, даже минуты, но ни я, ни Райан не сдвинулись с места. Мы осматривались, ждали, готовились к очередному нападению, но… ничего не происходило. Наше судорожное дыхание и шелест ветра в верхушках деревьев и еловых ветках были единственными звуками на всю округу. Казалось, мы с Райаном совершенно одни, но я отчетливо чувствовала, что это не так. Пока.

Я повернулась к стоявшей рядом полупрозрачной фигуре. Она мрачно посмотрела на меня. Это душа, принадлежавшая слуге Хаоса, которого я убила в бою. Зажмурившись, я разорвала связь между нами и напоследок заглянула в пустые глаза. Фигура растворилась в воздухе, и вскоре ничего не указывало на то, что она здесь была.

Я глубоко вздохнула и, оглянувшись на Райана, спросила:

– Кто на нас напал? И кто эта женщина, с которой я сражалась?

– На нас напали последователи Видара. Женщину зовут Наталия, – ответил Райан, отряхнулся от снега, вытер рукавом кровь с виска и направился ко мне. – Она правая рука моего отца.

– Странно. Я думала, ты его правая рука.

Райан окинул меня холодным взглядом, но ничего не сказал.

Не считая раны на голове, он выглядел невредимым и самим собой. Волосы привычно торчали в разные стороны, но лукавая искорка в серо-голубых глазах погасла. Что ж, по крайней мере, в них не было пустоты, как у остальных служителей Хаоса. Это по-прежнему Райан – мой лучший друг. И, несмотря на все случившееся, его присутствие вызывало во мне прежние чувства.

Бабочки в животе затрепетали, сердце застучало быстрее, адреналин снова побежал по венам, и я почувствовала, что мне становится теплее. Последнее не так уж плохо, ведь мы на холоде, но вот без всего остального я вполне могла бы обойтись…

Райан вылез из кратера, обеспокоенно оглядел меня с ног до головы и рухнул рядом на снег. Мы оба тяжело дышали после сражения, но постепенно наше дыхание выровнялось. Тем не менее опасность все еще витала в воздухе и была почти осязаема.

Райан нарушил молчание первым:

– Где, черт возьми, мы находимся?

Я прикрыла глаза ладонью, защищая их от света, и огляделась. Яркое солнце, безоблачное небо, вдалеке – горы с белыми вершинами и ели, окаймляющие бескрайнюю на первый взгляд равнину. Неясно, где мы.

– Понятия не имею, – ответила я, спрятав замерзшие руки в карманы.

Никаких признаков жизни! Ни домов, ни дорог, ни машин. Электрических столбов – и тех не было. Мы могли быть где угодно – как в Канаде, так и в какой-нибудь Сибири. Или в Антарктиде – здесь царил ужасный холод, особенно это ощущалось по сравнению с теплой Валгаллой. С каждым словом изо рта вырывались облачка пара. Я запрокинула голову, но увидела на небе лишь слабые отголоски северного сияния. Впрочем, совсем скоро исчезли и они.

Я попыталась удержать их, силой воли призвать обратно, чтобы вернуться в Валгаллу, но ничего не получилось. Меня этому не учили. Мне не объяснили, как вернуться домой, – на это не было времени.

Райан сел, вытащил телефон и нахмурился:

– Мобильный не ловит. Сигнала нет.

Проверив свой телефон, я поняла: Райан прав. Мало того что батарея почти разрядилась, так и сеть не ловит. Значит, мы не можем ни позвать на помощь, ни узнать, где находимся. Надеюсь, сигнал отсутствует не потому, что нас забросило на Северный полюс…

– Блэр, ты как, в порядке? – поинтересовался Райан так тихо, что я не была уверена, что мне это не послышалось. Но обеспокоенное, почти нежное выражение его глаз говорило об обратном.

– Ты сейчас серьезно? – выгнув бровь, спросила я.

Райан плотно сжал губы, но ничего не ответил. Я отвернулась, не в силах смотреть на него, и встала. Райан выглядел так, словно и правда волновался обо мне, но видеть его я не могла. Не после того, что произошло. Пусть Райан и предупредил меня о плане Сайруса и даже защитил во время сражения в Сибири, но он участвовал в нападении на похоронное бюро. Он отвел Линг к Сайрусу против ее воли. Из-за него я привела в Валгаллу Хаос и подвергла всех опасности. Как ему духу хватило спросить, в порядке ли я?!

Я не в порядке. Мне паршиво. Но я жива и невредима, по крайней мере пока, чего нельзя сказать об остальных валькириях и жителях Ванкувера. Я должна вернуться обратно, и как можно быстрее.

Я медленно огляделась по сторонам, но, кроме кратеров и следов боя, ничего не увидела: ни указателей, ни подсказок, куда идти.

– Нам нельзя здесь оставаться, – сказал Райан, неторопливо встал и снова стряхнул снег со своего плаща. – Пойдем!

Я раскинула руки в стороны и поинтересовалась:

– И куда же?

Райан нахмурился, отчего у него на лбу пролегли морщинки.

– Понятия не имею. Но здесь оставаться нельзя, а не то мы замерзнем насмерть. Выбери любое направление, пойдем туда и будем надеяться, что доберемся до цивилизации.

Я фыркнула. И это его план? Пойти куда глаза глядят, надеясь рано или поздно выйти к городу? Мы можем забрести в горы и окончательно заблудиться. Если не замерзнем насмерть, то нас сожрут медведи или волки, которые наверняка здесь водятся. При мысли о волках я вздрогнула – вспомнился Зеэв, и я тут же запретила себе о нем думать. Не хочется признавать, но Райан прав: нам нельзя здесь оставаться. Что ж, будем решать проблемы в порядке их поступления. Угрызения совести придется отложить на потом.

Я указала в противоположное от гор направление, хотя там нас, кажется, поджидали лишь лед и холод. Райан кивнул, и мы молча тронулись в путь. Снег шумно хрустел под ногами, вскоре мы запыхались. Онемевшими пальцами я подтянула молнию куртки повыше, чтобы спрятавшемуся под ней Рататоску было теплее. Бельчонок доверчиво прижимался ко мне и, похоже, в ближайшее время никуда не собирался. Ну хоть кому-то из нас тепло.

Чем дольше мы шли, тем больше время утрачивало свое значение. Понятия не имею, сколько мы брели по бесконечной равнине, у меня не было сил смотреть на часы. Но солнце не стояло на месте, оно поднималось все выше и выше, пока его лучи не упали прямо на нас, чуточку согревая. К этому времени пальцы на руках превратились в сосульки, а на ногах – онемели, хотя я была в сапогах с толстой подкладкой. Долго мы здесь не протянем. Особенно учитывая то, что из-за снега двигаемся медленно. Такими темпами до Ванкувера мы доберемся лет через десять… Если, конечно, Ванкувер еще существует.

Раньше мне удавалось отбросить мысли с переживаниями в сторону, а теперь это стало невозможным. Я шла и смотрела в бесконечную снежную даль. В горле пересохло, мышцы ныли при каждом движении, но я все равно заставляла себя идти вперед. Только вперед! Когда-нибудь мы куда-нибудь выйдем. Я очень на это надеюсь.

Мысли снова и снова возвращались к ужасным событиям, случившимся сегодня утром. А ведь все начиналось так безобидно! Мэйв взяла нас с Анастасией покататься, а потом научила прыгать… Мэйв, та самая Мэйв, которая предала нас, совсем как Кендра. При мысли об этом глаза обожгло слезами. Жжение только усилилось, стоило вспомнить о том, что моя мама находится среди плененных Сайрусом душ. Душа, захваченная в плен, не может ничего сделать – ни предупредить, ни вмешаться в бой. Маму с Феньей убил Райан, но это Сайрус сделал их своими пленницами. Я обязательно их освобожу.

Я так крепко сжала кулаки, что почувствовала жжение в ладонях. На коже остались отпечатки в форме полумесяца. Проигнорировав боль, я двинулась вперед. Райан взял на себя инициативу, хотя я сомневалась, что он знает, куда идет. Все, что нам оставалось, – надеяться. Надеяться на то, что мы каким-то чудом выберемся отсюда раньше, чем замерзнем насмерть. Надеяться на то, что мы отыщем путь домой.

Холод медленно просачивался сквозь слои одежды, заползал под кожу. Задрожав, я сосредоточилась на том, чтобы двигаться вперед, ставить одну ногу перед другой… Вскоре дрожь отступила, но движения стали скованными, словно тело разучилось двигаться.

В памяти снова всплыли события этого утра. С тех пор прошло всего несколько часов, хотя казалось, что целая вечность. Уже ничего нельзя изменить.

Когда Аяне появилась в Валгалле, в руке она держала меч, который раньше я видела у Кендры. Значит ли это, что они сражались и Аяне забрала у Кендры меч? Значит ли это, что Кендра… мертва? Всю жизнь я твердо верила в то, что валькирии бессмертны, но потом погибла мама, и я узнала о смерти Вирджинии, предшественницы Анастасии. Неужели теперь умерла и Кендра? Как такое могло случиться? Почему я не догадалась о том, что она предательница? Ведь именно Кендра попросила меня освободить души, которые я привязала к себе во время сражения со слугами Хаоса. Я верила, что они вернутся в Хельхейм, где им и место, и наконец обретут покой… Но Сайрус со своими людьми снова пленили их – и это моя вина, как и превращение Зеэва, как и Рагнарёк. Если бы я не спасла Райану жизнь! Может… может, все сложилось бы по-другому? Удалось бы мне предотвратить такой исход, если бы я позволила своему лучшему другу истечь кровью?