Бьянка Иосивони – Магия крови (страница 60)
– Мне жаль.
Уорден отмахнулся. Только теперь я заметила, что он выглядел удивительно счастливым.
– Это к лучшему, уж поверь мне. И еще… Мама проснулась.
– Эмма пришла в себя? – изумилась я.
Уорден с улыбкой кивнул.
– Да, потом расскажу, – он повторил мой ответ. – Сейчас вытащу тебя отсюда.
– Как насчет остальных вампиров?
– Другие о них позаботятся.
Я кивнула и с помощью Уордена вышла из кафетерия.
Мы вместе поднялись по лестнице, с каждой ступенькой уходя все дальше от хаоса и разрушения. Этот день надолго останется в памяти. О нем напишут в книгах для охотников. Штаб в Эдинбурге никогда не будет прежним. Выжившие никогда не забудут, что случилось. Это день, когда Исаак испачкал стены штаба нашей собственной крови.
День кровавой бойни.
Глава 32
Сорок две свечи. По одной на каждого охотника и архивариуса, расставшегося с жизнью в день кровавой бойни.
Борясь со слезами, я смотрела на язычки пламени. Прошла неделя. Мертвецов – людей и вампиров – похоронили или сожгли. Коридоры очистили. Следы борьбы, беспорядок и разрушения устранили. Но я по-прежнему чувствовала запах крови и розмарина. Закрывая глаза, видела красные пятна на стенах. При мысли об этом к горлу подкатывала тошнота.
Я вздрогнула, ощутив прикосновение к плечу. После нападения вампиров я стала невероятно пугливой. Но увидев Уордена, я расслабилась. Он обнял меня и поцеловал в висок. Близость к нему заставляла сердце биться быстрее. Прижавшись к Уордену, я снова посмотрела на алтарь, устроенный в тренировочном зале.
– Как ты? – шепотом спросил Уорден.
Я пожала плечами. Сложный вопрос. Повреждения зажили, во всяком случае, физические. Душа по-прежнему представляла собой открытую рану, рваную, кровавую. Я постоянно думала о людях, испустивших дух в этих стенах. Это страшно. Штаб всегда казался защищенной гаванью, но увы. После этой катастрофы все изменилось. Я спала с ножом под подушкой, никогда не выходила из комнаты, не вооружившись кинжалом. Пусть Исаак мертв, я все равно начеку – и многие другие тоже. Ощущение безопасности безвозвратно потеряно.
Уорден обнял меня еще крепче, будто прочитав эти невеселые мысли.
Спрятав лицо у него на груди, я прерывисто вздохнула. Горе настолько всепоглощающее, что стена гнева и ярости рухнула в битве вместе с Исааком.
Всхлипнув, я посмотрела на Уордена. Стиснув зубы, он не сводил взгляда со свечей. Ощутив движение, я обратила внимание на его другую руку, в которой он что-то нервно сжимал и крутил. Это белая свеча, похожая на горевшие на алтаре.
– Это для твоего папы?
Уорден кивнул. В его глазах отразилась борьба. Он хотел поставить свечу, чтобы почтить память отца, который так долго помогал охотникам – и, став вампиром, принес им немало бед. Я не видела, как Уорден убил Джеймса, но он в слезах рассказал обо всем, когда лежал на кровати в моих объятьях.
– Поставь ее.
Уорден медлил.
– Уверена? – спросил он.
Улыбнувшись, я отстранилась от Уордена, чтобы тот зажег свечу. Джеймс не виноват в том, что сделал. Он находился под влиянием Исаака, который ответственен и за произошедшее с Жюлем.
Вытащив из кармана зажигалку, Уорден поднес к ней свечу, которую затем поставил на алтарь к другим, и снова отступил ко мне.
Я взяла его за руку, и он благодарно сжал пальцы. Мы молча думали о Джеймсе: в его честь не было даже траурной церемонии.
Сложно сказать, сколько мы так стояли. Вдруг послышались шаги. Обернувшись, я заметила Харпер. В моих глазах застыла печаль, в ее горела ненависть. Этот огонь ждал своего часа, чтобы вырваться на свободу и спалить мир дотла.
– Привет! – обратился к нам Холден, сидевший в инвалидной коляске, которую Харпер толкала перед собой. Он еще не оправился после битвы. Кожа бледная, почти прозрачная, все жилки видны, под глазами черные круги, правая рука в гипсе.
Не верится, что во всем этом виноват Жюль. Будь Холден охотником на кровопийц, существовал бы шанс, что однажды он снова встанет на ноги. Но магическому охотнику врачи не оставляли надежды.
– Привет, – я попыталась улыбнуться.
Холден поднял глаза на Харпер, и та с неохотой подвезла его ближе к нам. Скоро Холден сможет передвигаться на коляске самостоятельно, но пока он слишком слаб.
– Как дела у нашей героини?
Это прозвище вызвало у меня искреннюю улыбку. После смерти Исаака остальные вампиры, к сожалению, не превратились в пыль и пепел, но большая их часть покинула штаб, сбитая с толку потерей короля. Лишь немногие охотники знали, что Исаака убил Жюль, а не я. Рано или поздно Грант об этом объявит. Сейчас все отходят от шока и горя и не готовы воспринять новость, что вампир, наш злейший враг, положил конец самому страшному дню в жизни охотников Эдинбурга. К тому же мы не знали, где сейчас Жюль. После битвы с Исааком он бесследно исчез, не вернувшись в камеру. После всего случившегося Грант принял решение пустить ситуацию на самотек и заняться восстановлением штаба. Жюль не представлял угрозы для мира, хотя его способности и сила ужасали.
Перекинувшись несколькими словами с Холденом, мы с Уорденом ушли из тренировочного зала, чтобы близнецы смогли спокойно почтить память павших охотников и архивариусов, и направились в кафетерий, где собрались все остальные.
Помещение, которое Жюль создал своими руками, во время нападения вампиров было почти полностью уничтожено. Теперь здесь стояли простые скамейки и несколько стульев, которые притащили из собственных гостиных охотники, жившие за пределами штаба.
Мы быстро нашли Шоу, Рокси и Финна. Эта троица не только наравне с другими взрослыми охотниками защищала детей, но и активно участвовала в битве и помогла изгнать из штаба оставшихся вампиров. Финну не повезло: вампир раздробил ему руку, а падение с лестницы закончилось несколькими сломанными ребрами. Ко всему прочему он заработал сотрясение мозга и с самого дня кровавой резни лежал в лазарете. Потребуется еще несколько недель, чтобы он окончательно вернулся в строй.
– Привет, – мы подсели к ребятам за стол.
Они ответили на приветствие. Шоу пододвинул к Уордену тарелку с двумя кусками пиццы. Многие повара были убиты, поэтому готовить некому.
– Спасибо, – Уорден взял один кусок.
– Как день прошел? – спросила я.
– Нормально, – ответил Финн, пытаясь открыть бутылку с водой. – Я валялся в кровати и смотрел аниме, которое посоветовал Уорден.
– Именно так я и сказал, – фыркнул Уорден.
– Мы с Рокси вчера охотились на духов, а сегодня помогали восстанавливать комнаты на третьем этаже, – поделился Шоу, жуя пиццу. – Быстро управились, завтра, наверное, займемся четвертым. Никогда бы не подумал, что красить стены так увлекательно. Хотя пятна крови тяжело перекрыть.
Мы немного поговорили о позитивных изменениях в штабе, хотя прекрасно понимали, что таким образом отвлекаемся от того факта, что сидим за этим столом в неполном составе.
– Как дела у Эллы? – Шоу задал вопрос, которого мы все тщательно избегали.
Вздохнув, я отложила пиццу. С аппетитом проблем не было, но при упоминании Эллы он улетучился.
– Без понятия. Я хотела зайти, но она забаррикадировалась в комнате и не пустила меня.
– Дерьмо.
Я кивнула. Элле тяжело пришлось. Физически она не пострадала, но ее сердце разбито. В битве с вампирами погиб не только отец Эллы, но и Оуэн, который умер у нее на руках. В один день она потеряла самых важных мужчин своей жизни. Я видела Эллу с ее матерью на похоронах. На все мои попытки завести разговор она не реагировала. Я изо всех сил старалась не воспринимать это близко к сердцу. Каждый горюет по-своему. Элле нужно оправиться от всего, что произошло в день кровавой бойни. Несмотря на желание помочь, я должна уважать ее выбор и надеяться, что однажды она вернется ко мне.
– Привет.
К столу подошел Уэйн с подносом в руках. Темные волосы взъерошены. Вид у него такой, будто он не спал несколько дней. Как и Финн с Холденом, Уэйн сильно пострадал. За то, что он вообще жив, следовало благодарить Эллу и Оуэна.
Со вздохом сев на скамейку, Уэйн взял промасленный кусочек пиццы. Это сказало о его эмоциональном состоянии гораздо больше – обычно он всегда следил за питанием. Некоторое время Уэйн молча жевал, а затем обвел глазами нашу компанию.
– О чем вы говорили? – поинтересовался он.
Я неуверенно покосилась на Уордена.
– Об Элле, – не стал скрывать тот.
Уэйн поморщился, будто от боли.
– О ней что-нибудь слышно?
Я покачала головой. Элла игнорировала нас всех, но почему-то Уэйна ее молчание задевало особенно сильно.
– Вы не выяснили, как Исаак и его вампиры пробрались в штаб? – спросил Финн.
– Выяснили. Вампиры поймали молодого охотника и пытали до тех пор, пока он не рассказал все. После этого Исаак его убил, – ответил Уэйн, потянувшись за следующим куском.
– Здесь вообще безопасно? – уточнил Шоу.
Уэйн кивнул.
– Мы хорошо все обсудили и решили не переезжать. Исаак мертв. В следующие несколько месяцев мы усилим систему безопасности. Второго нападения не допустим.