Бьянка Иосивони – Быстро падая (страница 16)

Мое сердце бьется как сумасшедшее, когда я пристегиваюсь, а Чейз садится за руль рядом со мной.

– И куда мы?

– Позволь сделать сюрприз, – он заводит мотор, включает поворотник и выезжает с парковки.

Я задираю нос.

– Не люблю сюрпризы.

А все почему? Да потому, что они всегда ужасны. Сюрприз – ты провалила экзамен по экономике! Сюрприз – твоя бабушка умерла! Сюрприз – парень, с которым ты встречалась, замутил с кем-то другим. Я фыркаю. И Чейз еще удивляется, что я не люблю сюрпризы? Это касается даже шоколадных конфет. Предпочитаю заранее знать, что внутри, а не глотать отвратительный сироп. Бррр!

Чейз бросает на меня вопросительный взгляд, но никак не комментирует мое заявление. За несколько минут мы покинули Фервуд, и оказались на природе. Справа и слева простираются леса, они покрывают горы. В этой зелени я замечаю сияние.

– Это Шенандоа? – спрашиваю я, не отрывая взгляда от реки.

Еще когда Джаспер впервые рассказал мне о своем доме, я прочитала о нем в интернете. По-видимому, река Шенандоа течет через всю долину, которая обязана ей своим названием, и большая ее часть принадлежит национальному парку.

Раньше меня не особенно интересовали мероприятия на свежем воздухе. Конечно, в детстве я играла на улице – когда растешь в Миннесоте, окруженной бескрайними зелеными равнинами, у тебя нет другого выхода, кроме как искать приключения на природе. Но когда мы пошли в школу, все изменилось. Кэти была более общительной и в одно мгновения обрела кучу новых друзей, в то время как я погружалась в свои книги. Я по-прежнему люблю их и хорошие истории, иначе, наверно, не написала бы ни одной своей, но за последние недели что-то изменилось. Этот город изменил меня. Несмотря на все места, где я побывала, несмотря на озелененные большие города и любовно выстроенные деревни, несмотря на национальные парки, фермы и пустыни, я смогла оценить уникальность этой долины. При этом я не могу сказать точно, что меня так завораживает. Кроны деревьев зеленого и желтого цвета теряются в горах, которые окружают долину. Когда осень окрашивает листья деревьев в разные оттенки желтого, зеленого, оранжевого, красного и коричневого, должно быть, здесь становится еще лучше. Вдруг я чувствую печаль – к осени меня здесь точно не будет.

– Единственная и неповторимая Шенандоа, – отвечает на мой вопрос о реке Чейз. В его голове звучит любовь к этому месту.

Мы проезжаем фермы и пивоваренные заводы, и по мере того как дорога медленно идет вверх, вид становится все лучше и лучше. Я не могу оторвать от реки взгляд, пока она вдруг не исчезает. Я с раздражением смотрю на Чейза. Даже если бы я захотела, то не смогла бы справиться с тошнотворным чувством, которое захлестывает меня. То, что я здесь, – безумие. Я совсем не знаю этого парня. Те немногие вещи, которые мне известны, выставляют его не в лучшем свете. Тем не менее я забралась в чужую машину, и мы углубляемся в лес. Здесь нет ни души. Никого, кто мог бы услышать мой крик. Никто не поможет в случае опасности. Не то чтобы я думала, что Чейз чокнутый маньяк с топором… но ведь никогда не знаешь наверняка.

– Не паникуй, – бормочет он, не отрывая глаз от дороги, по которой едет с прямо-таки фанатичной уверенностью. – Я привез тебя сюда не для того, чтобы убить.

Я таращусь на него.

– Ты умеешь читать мысли?

– Нет, – коротко усмехается он. – Но ты напряглась и вцепилась в ручку двери, будто собралась выпрыгнуть.

Я смотрю на свою ладонь. О, черт. Он прав. Но я все равно не отпущу ручку.

– Мы скоро приедем, – его голос тихий. Успокаивающий.

Я глубоко вздыхаю и пытаюсь контролировать взбесившийся пульс. Что не так уж просто сделать в присутствии Чейза, ведь он чертовски привлекателен. Есть что-то в его глазах, взгляде, что не отпускает меня. Что-то большее, чем он показывает миру.

– Вот мы и на месте, – объявляет он спустя несколько минут.

Я вздрагиваю. Даже не заметила, как изменилась окружающая нас местность, потому что была слишком занята разглядыванием его профиля. Мы больше не в лесу.

– Это… это невероятно, – шепчу я, отстегивая ремень безопасности, как только машина останавливается, и Чейз глушит мотор. Когда я выхожу из салона, меня приветствует теплый ветерок, который чуть не срывает с головы шляпку. В последний момент я удерживаю ее и подхожу ближе к краю обрыва. Нет, настоящего утеса. Скала выступает вперед, будто смотровая площадка. Я не понимала, что мы так высоко. Отсюда открывается потрясающий вид на долину.

Шенандоа, которую я видела мельком, теперь расстилается перед нами во всей красе. Вода блестит на солнце. Здесь, наверху, удивительно спокойно, и я почти уверена, что могу слышать тихий шум реки. По лесу недалеко от нее бежит извилистая дорога.

– Скайлайн-драйв, – Чейз останавливается позади меня. – Сто пять миль в длину, и каждая стоит того, особенно в сентябре и октябре.

Защищая глаза, я держу над ними свободную руку, чтобы больше разглядеть, несмотря на солнечные лучи. От вчерашней грозы не осталось ни следа. Трудно поверить, что всего в нескольких километрах отсюда прошлой ночью рухнул мир.

Я указываю на здания в отдалении.

– Это Фервуд?

Чейз подходит чуть ближе, словно желает проследить за моим взглядом, кивает. Теперь я улавливаю запах, как и тепло, исходящее от его тела. От него пахнет свежим, спортивным гелем для душа, и еще чем-то тяжелым, но благородным. Может сандал? Понятия не имею. Мне трудно сосредоточиться, когда он указывает на точку к югу от Фервуда. Там виднеется нечто фиолетовое.

– Это лавандовая ферма.

Я поворачиваю голову, удивляясь тому, как близко мы стоим друг к другу.

– Лавандовая ферма? – повторяю я, задержав дыхание.

Он кивает. Его взгляд скользит по лицу, надолго задержавшись на моих губах, прежде чем вернуться к глазам.

– Мама ездила туда с нами, когда мы были еще детьми, когда хотела занять нас на полдня. Можно было помочь с уборкой урожая, сходить на уроки ремесел и в магазинчик. Джош и Лекси всегда это ненавидели.

– А ты нет? – выдыхаю я.

По какой-то причине я все еще стою впритык к нему. Блин, почему я не отступаю?

Он качает головой.

– Мама обожает все, что связано с цветами. Она была так счастлива там, что я ей подыгрывал.

Не могу больше сдерживаться, я просто вынуждена рассмеяться. Не понимаю, почему. Я уже ничего не понимаю. Как может парень, который оборвал общение с неизлечимо больным другом, ради мамы торчать на лавандовой ферме, хотя ему там скучно?

– Хотела бы я это видеть. То есть… возможно, – добавляю я, потому что не могу оценить, сколько времени потребуется для ремонда «хонды». Кроме того, я не собиралась здесь задерживаться. В мои планы не входило остаться в маленькой долине посреди ничего. Здесь я постоянно вспоминаю, что Джаспера больше нет.

С трудом отрываю взгляд от Чейза и добираюсь до края уступа. Он круто уходит вниз у меня под ногами. Один-единственный шаг, и я рухну в пропасть. Шансов на выживание – ноль. Желудок делает сальто, а сердце бьется быстрее. Но дело не только в страхе высоты, из-за которого подгибаются колени, но и в адреналине. Стоять здесь – еще один вызов. Еще один тест на мужество.

Обернувшись, я замечаю, что Чейз не тронулся с места. Он щурится на солнце, но все равно улыбается и кажется… восхищенным?

– Хочешь, я тебя сфотографирую? – спрашивает он. Я отрицательно мотаю головой. Мой смартфон и сумка лежат в машине.

Глубоко вздохнув, я развожу руками.

– Я просто хочу насладиться моментом.

И это именно то, что я делаю. Солнце согревает кожу. Ветер охлаждает лицо, напоминая, что я в прямом смысле стою на краю обрыва. Но я пока не хочу оборачиваться, не хочу отсюда уходить, поэтому медленно опускаюсь на корточки, сажусь на землю, позволяя ногам свеситься со скалы.

– У тебя вообще есть телефон? – слышу я Чейза, затем, кряхтя, он садится позади меня. – Для того, кто здесь впервые, ты делаешь мало фотографий.

Я смеюсь.

– Зачем что-то фотографировать, если можно просто наслаждаться видом на долину? – Моя улыбка становится печальнее. – Кроме того, Джаспер был единственным человеком, с которым я хотела бы поделиться чем-то в Сети.

– А как же семья? – мягко возражает Чейз. – Друзья? Сокурсники? Парень?

– У меня не… эй, подожди-ка, – нахмурившись, я поворачиваюсь к нему. – Серьезно? Это твой способ узнать, есть ли у меня парень?

В его усмешке нет ни капли раскаяния. Вот ни чуточки.

– Сработало же?

Вау. Насколько нужно быть наглым и самоуверенным. Покачав головой, я снова обращаю свой взор на открывающийся передо мной вид, но не могу удержаться от улыбки. Мне становится невероятно хорошо. Правда, я поехала сюда только, чтобы больше узнать о Джаспере. Видимо, пришло время напомнить об этом.

– Чейз, зачем ты привез меня сюда? – наконец спрашиваю я и, опираясь на ладони, откидываюсь назад. Я все также болтаю ногами над пропастью, ощущая каждое свое движение. Как же легко сорваться вниз.

– Ты всегда приезжаешь сюда с незнакомыми девушками? – продолжаю я и поворачиваюсь к нему. От солнца его волосы стали светлее, а кожа загорела. – Чтобы произвести особое впечатление?

Его губы дергаются, словно он хочет улыбнуться.

– Неплохая идея, если бы я уже не был знаком с большинством девочек в городе. Незнакомцы приезжают сюда не так уж часто, а даже если приезжают, то это просто туристы, – они здесь ради пары фотографий и обеда. Я привел тебя сюда, потому что это любимое место Джаспера.