Bunny Munro – История очевидца иных миров (страница 93)
Незнакомец быстро преодолел разделявшие их с Келли ярды и навис над креслом.
— Ты стар и, возможно, глух. Поэтому, повторяю ещё раз: зачем убили Энни Флауэрс? Кто это сделал?
— Алё, это ты не понимаешь… А-а-а!
Незнакомец без замаха ткнул старика в нос. Тупая боль снова сменилась острой. Гай рванулся вперёд, мечтая схватить врага, смять всей своей немалой массой, погрести его под собой, но… Незнакомец будто отмахнулся от назойливой мухи, и Келли грузно рухнул обратно в кресло. Новый тычок в нос и новый всплеск боли.
— Да что же за б…ство такое, а? — Гай, испытывая стыд, подумал, что до сих пор не подозревал, что способен говорить таким высоким и визгливым голосом. — Чего тебе, на…й, от меня надо?
— Кто убил Энни и за что? — сразу за вопросом последовал чувствительный удар в ухо, от которого, как ни странно, Келли озарило.
— Э-э, стой! Подожди! Не надо! Я, может, понял что-то… Сейчас…
Гай вспомнил спор с Умником, и его слова, воспринятые тогда как угроза. Может именно этого человека имел в виду Джерри О'Рурк? Но, если так, то чёртов Умник должен был знать, что будет нужно незнакомцу…
— Тебе что-нибудь говорит имя О'Рурк? — Келли старался, чтобы его голос звучал ровно, не срываясь на крик. Незнакомец пугал его до дрожи: то, что он делал, как вёл себя и говорил. И это если не думать о том, как он появился здесь буквально из ниоткуда, будто пророс из тела судьи Лича. Мистика, если не хоррор. Но. Идея сдать Джерри этому инфернальному визитёру только на первый взгляд казалась привлекательной. Келли довольно хорошо представлял себе, на что способен Умник. Иногда главе клана Келли казалось, что О'Рурк вообще не человек…
— Ты говоришь о человеке с разноцветными глазами? — занесённый для нового удара кулак опустился. Это немного ободрило Келли, как и то, что незнакомец знал об Умнике.
— Да-да, это он! — Келли говорил взахлёб, точно стараясь побыстрее освободиться от своего знания. — Группа уехала в Бушмилс, нужно было закончить одно дело. О'Рурк был одним из командиров и обладал правами на определённые действия, но действовать должен был в связке с остальными командирами. Он нарушил приказ и отошёл от группы. За это я отослал его на запад, по… э-э… одному делу.
— Что он делал в Бушмилсе?
— Я не знаю. Он говорил о встрече с каким-то информатором, но, по мне, так это враньё. Во всяком случае, если кто-то и имеет отношение к тому, что ты сказал, то только О'Рурк…
Незнакомец на пару секунд застыл, что-то обдумывая, и у Келли зародилась слабая надежда. Нет, он не рассчитывал одолеть противника — сейчас они были в разных весовых категориях, но если тот отвлечётся…
Раздался громкий и решительный стук в дверь. Через мгновение голос кого-то из наружной охраны, кажется, Карла, произнес:
— Мистер Келли, у Вас всё в порядке?
Сердце старика радостно ёкнуло. Он понял, что получил шанс.
— Да, сейчас! — незнакомец, приподняв брови, смотрел на него. Келли ухмыльнулся и проговорил, понизив голос:
— Видишь ли, эти ребята уже встревожены. Как я и сказал, уйти отсюда живым ты сможешь, только если на то будет моё распоряжение. Кажется, пришло время поговорить на равных.
Незнакомец неожиданно рассмеялся. Громко и от души. Этот смех потряс Келли сильнее, чем все побои, он почувствовал, что надежды на благополучный исход тают как снег на раскалённой плите. В дверь, почувствовав неладное, постучали громче, потом, пока ещё несильно, нажали. Не обращая на это никакого внимания, незнакомец присел на корточки над ящиком, который притащил охранник. Открыв крышку, незнакомец с усмешкой посмотрел на главу клана:
— Ты почему-то не рассматриваешь более очевидный вариант, когда мне ни к чему договариваться с тобой. Смекаешь, о чём я?
Келли непонимающе смотрел на него и молчал.
— Да брось! Всё очень просто! Что делать, если между тобой и выходом препятствие? Можно повернуть, что неприменимо к нашим условиям. Можно это препятствие обойти — это то, что предлагаешь мне ты. А можно, если это не очень затруднительно, убрать препятствие…
Келли недоверчиво прищурился:
— Что, ты собираешься пройти сквозь всю мою охрану? Шутишь, да? Нет, ты конечно парень шустрый. Я до сих пор в недоумении от того, как ты пробрался в мой кабинет. Но здесь уже чудеса перевоплощения не помогут. Если только, — глаза Гая испуганно распахнулись, — ты не собираешься стать мною? Что?
— Я мог бы, но нет, я не буду тревожить твою душу — слишком устал для этого.
Насколько сильных ударов в дверь. Невнятные голоса. Ещё удары. Незнакомец вынул то, что лежало в ящике. Два клинка, не очень больших, но выглядящих угрожающе. Незнакомец прикрыл глаза и повращал клинками, разминая кисти. Снаружи ломали дверь, но пока без особого успеха. Келли подумал, что пора что-то сделать и, стараясь сдерживать стоны, начал тяжело подниматься из кресла.
Шаг, второй. Глава клана подумал, что может быть сегодня и не такой плохой день. Крепкая буковая дверь трещала под беспрестанными ударами, но всё ещё не поддавалась. Ничего, всего три шага, и Келли сможет помочь охранникам войти, чтобы те помогли ему выжить. Ещё один шаг.
Когда до заветной цели оставалось буквально подать рукой, Гая остановил и заставил повернуть голову насмешливый голос:
— Уже уходишь? Думаешь, это поможет? — незнакомец стоял, вытянув руки по швам и направив клинки остриями в пол.
— Иди в жопу, хреносос грёбанный! Сейчас уже… — Келли совершил последний рывок, толстые пальцы сомкнулись на рычажке защёлки и… медленно разжались. Необычайно расширившиеся глаза старика высматривали что-то в рисунке дверного дерева, рот приоткрылся, будто в восторге от увиденного, из уголков потянулись дорожки слюны вперемешку с кровью. Гай захрипел, выталкивая изо рта тёмно-бордовые сгустки, навалился на дверь, навстречу своим неудавшимся спасителям, медленно сполз на пол и замер.
Незнакомец быстрым движением стряхнул капли крови с матовой поверхности лезвия, затем отложил клинки, аккуратно взял старика за ноги и оттащил в сторону. Поднял клинки, сделал шаг в сторону от двери и кулаком толкнул рычажок.
Охранники, безусловно, были вооружены, они точно знали, когда нужно снимать оружие с предохранителя, и сделали это загодя. Они поняли, что с их боссом что-то не так, и были готовы ко всему. Почти.
Первый охранник, после очередного удара по инерции ввалившийся в уже открытую дверь, лишился пистолета вместе с державшей его кистью, с криком не то пробежал, не то проскользил по полированному паркету, и завершил свой путь, врезавшись в столик. Второй охранник, ставший свидетелем падения своего коллеги, но так и не осознавший, что случилось, осторожно вступил в кабинет, готовый стрелять во всё, что двигается. Он заметил тела, заметил какое-то движение сбоку, даже выстрелил (не туда, куда следовало, но попытка есть попытка), а потом, как и его партнёр, заорал, прежде чем мешком свалиться на пол, дополняя мозаику тел.
Эндрю Каннингем нервно водил стволом своего TAR’а, выцеливая вероятного противника. Он был немного растерян, не меньше своих людей. И ведь было от чего: только что Горовиц и Хэрмонн ломают дверь, а через какие-то пять секунд они исчезают внутри. И ничего. Крики, вопли и всё…
Каннингем нахмурился. Он отвечал за этих двоих, как и за всех остальных, что находятся в этом доме. После отъезда Лаверна, он назначен начальником охраны, и если с охраняемым объектом что-то случится, то спросят не с Лаверна. И всё же интересно: что происходит в святая святых резиденции Келли? Сразу после покупки участка и возведения особняка, последний был сплошь утыкан камерами. Их установили даже в сортирах и душевых — когда разговор заходит о безопасности, приватность скорбно удаляется на задний план. Но по личному расположению босса, его кабинет система видеонаблюдения обошла. Ну не хотел старик, чтобы подчинённые ржали, наблюдая, как он, набравшись вдрызг, соблазняет очередную красотку из журнала для взрослых. Теперь же скрытность Келли стала проблемой для всех…
Размышления Эндрю были прерваны диким воплем. Из двери кабинета Келли в холл выскочил человек. Каннингем едва не дал очередь в его сторону, а кто-то из четверых парней, рассредоточившихся по территории холла, не обладал подобной выдержкой и пальнул. Пули прошли выше, человек рухнул на четвереньки и быстро пополз в сторону Каннингема. Волосы его были всклокочены, рот приоткрыт, глаза только что не вываливались из орбит. В руках он держал какие-то палки, завернутые в тряпьё, голова его беспрестанно вращалась во все стороны, а одет он был в костюм…
— А-а! Нет, не надо стрелять!
— Команда всем: не стрелять! Малик, ты? — голос Эндрю не мог сдержать облегчения, которое тот испытал.
— Ребята, все мертвы, шеф тоже! Не нужно туда входить — там ужас!
По спине Каннингема побежали мурашки, он ринулся навстречу:
— Ты чего орёшь? И что такое, дьявол тебя задери, ты…
При виде Эндрю человек привстал на руках, как спринтер, готовящийся бежать самую важную в жизни стометровку. В тот же миг, Каннингем понял, что́ не так в Рахиме Малике: он просто не был Маликом. Вздёргивая автомат, Эндрю раскрыл рот для того, чтобы отменить свою прошлую команду, но слова вернулись в глотку, забитые чем-то острым, с металлическим привкусом. Боль длилась долю секунды, а потом все невысказанные вопросы покинули Каннингема вместе с последним выдохом. Не успел он опуститься на мягчайший ковёр, как все оставшиеся охранники, осознали, что на самом деле, вопреки словам того, кто походил на Малика, ужас покинул кабинет Келли…