Брюс Стерлинг – Схизматрица (сборник) (страница 185)

Дверь в «Елену» с громким звоном индийских колокольчиков распахнулась. Внутрь вошла группа из пяти мужчин. Я мог принять их за копов, из-за их пиджаков, поясов, дубинок и пистолетов, но туринская полиция не пила на работе. Еще они не носили красные нарукавники с перекрещенными молниями.

В кафе вошли новые гости и сразу наступила тишина. Они начали обыскивать персонал, от них пахло опасностью.

Массимо поднял воротник и невозмутимо уставился на свои скрещенные руки. Массимо обдумывал сложившуюся ситуацию. Он сидел в углу, черный, молчаливый, загадочный. Должно быть, он молился.

Я не стал пялиться на захватчиков. Мне было неприятно на это смотреть, но даже для стороннего наблюдателя в происходящем было несложно разобраться.

Дверь туалетной комнаты открылась. Оттуда вышел невысокий мужчина в шинели. У него была потухшая сигара, зажатая в зубах, и шляпа, как у Алена Делона.

Он был хорошо сложен. Люди всегда недооценивают красоту, мужской шарм Николя Саркози. Он иногда казался слегка странным, например, когда он загорал полуголым и появлялся в таком виде в популярном таблоиде, но в личном общении его харизма довлела. Он был человеком, с которым вынужден считаться любой мир.

Саркози за несколько секунд осмотрел кафе. Потом он молча и решительно двинулся вдоль темной стены красного дерева. Он оттопырил один локоть. Прогремел гром. Массимо упал лицом вперед на маленький мраморный столик.

Саркози с легкой досадой смотрел на дымящуюся дырку в кармане своей стильной полушинели. Потом он посмотрел на меня.

— Ты тот журналист, — сказал он.

— У вас хорошая память на лица, месье Саркози.

— Верно, дубина, она именно такая. — Его итальянский был не очень хорош, но все равно лучше, чем мой французский. — Ты продолжишь «защищать» свой мертвый источник здесь? — Саркози мстительно пнул тяжелый стул Массимо, отчего мертвец, его стул, его стол и его простреленная голова упали на пол кафе с громким стуком.

— Это твоя история, мой дорогой друг, — Саркози сказал мне. — Я дарю ее тебе. Можешь ее использовать в своих розовых журнальчиках.

Потом он начал отдавать приказы своим убийцам в форме. Они сгруппировались вокруг него в отряд поддержки, и их лица были полны уважения.

— Теперь ты можешь выходить, дорогая, — позвал Саркози, и из мужской комнаты вышла женщина. Она носила маленькую стильную гангстерскую шляпу и сшитый на заказ камуфляжный жакет. Она несла большой черный чехол от гитары. И еще старый радиотелефон, огромный, как кирпич.

Откуда он знал, что эта женщина полчаса пряталась в душном туалете кафе, я не знаю. Но это была она. Это определенно была она, и она не была бы более сдержанной и спокойной даже на встрече с королевой Англии.

Они ушли все вместе, единым, хорошо вооруженным отрядом.

Нежданное событие в «Елене» создало суматоху. Я отодвинул кожаный саквояж Массимо от растекающейся лужи крови.

Мои коллеги-покровители были ошеломлены. Они были глубоко поражены, даже обескуражены. У них не было никаких путей решения проблемы.

Один за другим они поднимались и выходили из бара. Они покидали это приятное, старое место молча, не торопясь и не глядя друг на друга. Они выходили через скрипящие двери на самую большую площадь в Европе.

Потом они исчезли, каждый, торопясь в свой собственный мир.

Я прогуливался по площади под приятным весенним небом. Ночь оказалась холодная, как это бывает весной, а бесконечное темно-синее небо было чистым и прозрачным.

Экран ноутбука ярко осветился, когда я нажал F1, Потом я нажал F2 и затем F3.

http://translatedby.com/you/black-swan/into-ru/trans/

Интерсеть

Лет тридцать назад корпорация RAND, американский мозговой центр холодной воины, столкнулась с необычной стратегической проблемой. Каким образом власти США могли бы сообщаться друг с другом после атомной катастрофы?

Постъядерной Америке понадобится административно-командная сеть, протянутая от юрода к городу, от штата к штату, от базы к базе. Однако независимо от оснащения и защиты этой сети ее коммутатор и кабель всегда будут уязвимы при взрыве атомной бомбы. Ядерная атака повергнет в прах любую сеть такого рода.

А как будет контролироваться и управляться сама система связи? Очевидно, что любая цитадель центральной власти сразу станет мишенью для ракеты противника. И первой целью станет центр сети.

RAND ломала голову над этой задачкой, наглухо засекретив всю работу, и нашла дерзкое решение. Предложение сотрудника корпорации. Пола Барена стало известно общественности в 1964 г. Во-первых, сеть не должна иметь центрального управления. Более того, с самого начала она должна быть приспособлена к работе в экстремальных условиях.

Принципы были просты. Раз и навсегда сама система была признана ненадежной. Она должна быть сконструирована таким образом, чтобы перескочить барьер собственной ненадежности. Все узлы сети должны обладать одним и тем же статусом, с собственным правом создавать, передавать и принимать сообщения. Сами сообщения будут разделены на пакеты, каждый из которых будет иметь отдельного адресата Формирование каждого пакета начинается из особого узла-источника и заканчивается в особом месте назначения. Каждый пакет совершает свой путь самостоятельно.

Маршрут, которым следует пакет, не важен. Все решает только конечный результат. По существу, пакет будет перекидываться, как горячая картошка, от узла к узлу, более или менее по направлению к месту назначения, пока не достигнет цели. Если большие участки сети будут взорваны, ничего страшного не произойдет, пакеты просто повиснут в воздухе, настолько рассеянные по земле, что сохранятся, даже если случайно выживет один единственный узел. Этот до некоторой степени бессистемный метод доставки был бы «неэффективным» в обычном понимании (в сравнении, скажем, с телефонной системой) — зато чрезвычайно надежным.

В 60-х эта интригующая концепция децентрализованной, защищенной от повреждений сети рассматривалась в RAND, в Массачуссетском Технологическом институте и в Калифорнийском университете. Государственная физическая лаборатория Великобритании установила первую пробную систему, построенную на этих принципах в 1968 году. Вскоре после того Главное исследовательско-проектировочное Агентство (ARPA) Пентагона решило реализовать более масштабный проект в США. Узлами сети станут высококлассные супер-компьютеры (или их более совершенная модификация в будущем). Это были редкие и дорогие машины, которым действительно необходима надежная сеть при работе с государственными исследовательскими проектами.

Осенью 1969 года первый такой узел был установлен в UCLA. К декабрю 1969 года существовало уже четыре узла зарождающейся сети, которую назвали ARPANET в честь ее пентагоновского патрона.

Четыре компьютера могли пересылать информацию по созданным высокоскоростным линиям передач. Они даже могли быть дистанционно запрограммированы с других узлов. Благодаря ARPANET, ученые и исследователи имели возможность распределять функции компьютеров с одного на другой на большом расстоянии. Это была очень удобная связь, поскольку в 70-х компьютерное время было дорогостоящим. В 1971 в ARPANET работало уже пятнадцать узлов, в 1972 — тридцать семь. Все шло отлично.

На втором году работы, однако, выяснился странный факт. Пользователи ARPANET преобразовали компьютерно-распределительную сеть в некую готовую высокоскоростную, субсидируемую государством электронную почту. Основное движение на ARPANET уже не было дистанционным программированием. Напротив, это были сплошные новости и личные послания. Исследователи пользовались ARPANET при сотрудничестве по созданию проектов, для обмена рабочей информацией и, наконец, для передачи откровенных сплетен. Люди извлекали личную пользу из компьютеров ARPANET и имели собственные адреса в электронной почте. Они не только использовали ARPANET для сообщения друг с другом, но и работали при этом с большим с энтузиазмом, чем занимаясь дистанционным программированием.

Это было незадолго до изобретения списка адресатов передающего устройства ARPANET, по которому одна и та же информация может посылаться автоматически огромному количеству абонентов сети. Интересно, что один из первых действительно крупных списков был «SF-LOVERS» — для любителей научной фантастики. Обсуждение фантастических историй не имело никакого отношения к работе и заставляло хмуриться многих компьютерных администраторов ARPANET, но это не остановило уже начавшегося процесса.

В 70-х ARPA-сеть росла. Ее децентрализованная структура облегчала экспансию. В отличие от стандартных корпоративных компьютерных сетей ARPA-сеть может приспосабливаться к машинам любого типа. Пока индивидуальные машины могли говорить на универсальном языке новой анархической сети, их заводское клеймо, их содержание, и даже их хозяева — все это значения не имело.

Исходный стандарт сообщений ARPA был известен как NCP, «Протокол управления сетью», но шло время, техника совершенствовалась, и NCP был вытеснен стандартом более высокого уровня и более изощренным, так называемым TCP/IP. TCP, или «Трансмиссионный контрольный протокол», превращал поступающую информацию в потоки пакетов в начале, а затем обратно в сообщения в конечной точке. IP, или «Интерсетевой протокол», контролировал адресацию, прослеживал ее по маршруту движения пакетов через многочисленные узлы, даже многочисленные сети с различными стандартами — не только ARPA осваивала стандарт NCP, но и другие, вроде сети Эзернет (Ethernet), FDDL и сетевого протокола Х25.