Брюс Фейлер – Книга поддержки. Как справиться с любыми потрясениями и стать сильнее (страница 61)

• Бренда Стокдейл, вылечившая волчанку с помощью психосоматической терапии и теперь помогающая другим заниматься биоповеденческим самолечением, сказала, что даже небольшие акты позитивного суждения о ситуации способны перенастроить сознание. «В периоды великого ужаса происходит потеря идентичности, – говорит она. – Все, что нужно, – это крошечные моменты сиюминутности: кусочек еды, аромат, колибри на кормушке, запах свежескошенной травы. Эти микромоменты происходят вокруг нас постоянно, но обычно мы их игнорируем. Как только мы начинаем их замечать, наше существо следует за ними и внезапно эта колибри или эта трава уводят нас в фантастический отпуск: мы в гамаке на Таити. Я обнаружила, что если мы воспользуемся этими моментами, если позволим себе устремиться туда, куда они ведут, наш разум приведет нас к месту нашего исцеления».

• Саша Коэн после серии разочарований, постигших ее в женском фигурном катании на зимних Олимпийских играх, упорно возвращалась мыслями к своей неудаче. «Долгое время я не могла избавиться от вопроса: почему у меня не получилось все так, как я хотела? Люди подходили ко мне и спрашивали: “Почему ты упала?” Но теперь, оглядываясь назад, я перефразировала свой вопрос. Я знаю, что у меня не было таких уж быстрых рефлексов; что были вещи, дававшиеся мне нелегко, хотя другие люди могли это делать даже с завязанными глазами; что каждый прыжок я всегда выполняла немного по-другому. Теперь я думаю: “Видимо, мне удалось подняться так высоко именно потому, что я очень сильно мысленно подталкивала себя работать с тем самым телом, которое у меня было. Может, стоит воздать себе должное за то, что я стремилась к победе и преодолела множество препятствий. И возможно, мне следует рассматривать это как историю благодати, а не как историю разочарования”».

Справиться с развязкой

Третий способ рассказать наши личные истории так, чтобы извлечь из них максимальную пользу, – это справиться с развязкой.

Дэн Макадамс, ученый, больше, чем кто-либо другой, сделавший для пропаганды значения жизненных историй, размышлял о нарративной идентичности более 30 лет. Его ключевая идея: то, как мы создаем эти истории, влияет на смысл, который мы из них извлекаем. Двумя наиболее распространенными примерами являются повествования о разложении и искуплении. В рассказах о разложении мы описываем важные события как ухудшающие нашу жизнь. Событие может быть положительным или отрицательным, но история, которую мы о нем рассказываем, заканчивается мрачно. Мне нравилось быть мамой, но потом мне изменил муж. Я оправился от инсульта, но больше не могу кататься на велосипеде.

В повествованиях об искуплении мы описываем важные события как улучшающие нашу жизнь. Событие может быть положительным или отрицательным, но история заканчивается оптимистично. Получение этой награды было великолепным, но меня особенно тронуло то, что я смог поделиться признанием со своими коллегами. Смерть отца была долгой и мучительной, но она по-настоящему сблизила нашу семью.

При написании сценария счастливого конца важно то, что он не должен наступать быстро. По словам Макадамса, размышлять о разрушительном жизненном событии, думать о нем с разных сторон и даже зацикливаться на деталях – это не только полезно, но и необходимо. Но в равной степени необходимо – и даже более полезно – найти способ сформулировать что-то конструктивное, что вытекает из этого опыта, и взять на себя обязательство воплотить это в жизнь.

Здесь стоит подчеркнуть еще более важный момент: мы сами решаем, как рассказывать историю своей жизни. Мы не пишем ее стойкими чернилами. Никто не ставит нам оценок за последовательность или даже за точность. Мы можем изменить ее в любое время по любой причине, в том числе такой простой, как желание улучшить свое настроение. В конце концов, основная функция нашей жизненной истории – позволить нам прочно перенести свой опыт в прошлое и извлечь из него то полезное, что позволит нам процветать в будущем. Только после того, как это произойдет, мы поймем, что наша трансформация завершена.

Только тогда мы справимся с развязкой.

Во время своих интервью я встречал много людей, превращавших свои жизнетрясения в истории жизни с оптимистичным концом. Кристи Мур сказала, что беременность в 17 лет и уход из школы спасли ее от употребления наркотиков или работы в закусочной. «Я не могу представить, что у меня нет моей дочери, которая была буквально идеальным младенцем и ребенком. Не могу представить, что я не стала врачом. Я приписываю это Богу. Это был божественный план, о приближении которого я даже не подозревала».

Девон Гудвин назвал самодельное взрывное устройство, едва не положившее конец его жизни в Афганистане, благословением. «Без этого я бы не закончил колледж за три года, – говорит он. – Без этого я бы не вернулся в ботанику. Я не собираюсь мириться с тем, что со мной не так. Я признаю свои недостатки, но не собираюсь принимать их как ограничения».

Крис Уодделл, как никто другой, знает, как справиться с развязкой. Когда в 20 лет у него случился паралич нижних конечностей, ему казалось, что его жизнь кончена. Затем он сделал блестящую карьеру паралимпийца. По ее завершении в возрасте 34 лет он снова подумал, что все пропало. По его словам, уйти из лыжного спорта было «гораздо труднее», чем сломать спину. «Я понятия не имел, кто я, и чувствовал себя преданным своей страстью. Это просто сбросило меня с небес на землю».

Так что он решил штурмовать другие небеса. Дело в том, что он давно вынашивал мечту стать первым инвалидом, покорившим вершину горы Килиманджаро в Кении, самой высокой горы в Африке. Однако, поскольку он не мог пользоваться ногами, Крису было необходимо преодолеть все 5 895 км, крутя руками педали четырехколесного горного велосипеда. Он собрал деньги, тренировался на высоте, построил специальный велосипед и набрал международную команду. Его помощники привязывали велосипед к страховочному тросу, укладывали доски на горе и помогали ему пробираться среди валунов, справляться с высотой, физическими нагрузками и стрессом. В 41 год он отправился в путь.

Семидневный подъем был суровым. Иногда он двигался со скоростью всего 30 см в минуту. Международные СМИ были восхищены его героизмом.

Но затем, всего в 30 метрах от вершины, каменные глыбы стали слишком крутыми, колеса велосипеда слишком хлипкими, подъем непреодолимым. Ему пришлось отказаться от своей мечты.

«Я был раздавлен, – вспоминает он. – Я видел вершину. Моей единственной задачей было туда попасть. Речь шла не об одном человеке, который разобьется в лепешку, но все преодолеет. Для меня это смешное клише. Дело было в том, что я пообещал, что это сделаю. Слишком много людей пошли на жертвы, чтобы дать мне эту возможность, а теперь я просто всех подвел». Его партнеры убедили Криса позволить им донести его эти последние метры до вершины, где он позировал для фотографий и слушал, как местные гиды поют праздничные песни на суахили, при этом чувствуя себя обманщиком и сгорая от стыда.

«И только намного позднее, когда я начал рассказывать эту историю школьникам, я понял, что выучил горький урок. Никто не поднимается на гору в одиночку. Именно это я должен был для себя открыть – ценность команды. Потому что для меня сказать, что я совершил восхождение самостоятельно, было бы полной фантазией. Было так много людей, работавших рядом со мной плечом к плечу. Добравшись до вершины в одиночку, я бы увековечил то, от чего я всегда пытался избавиться: ощущение разобщенности. Люди с ограниченными возможностями не должны жить отдельно от остальных. Мы так не можем. Нам нужны другие люди. Вот почему я говорю об этом дне как о подарке. Он научил меня тому, чему мне больше всего необходимо было научиться: что я такой же, как все».

Это научило его ценности переписывания истории своей жизни, чтобы придать ей героический конец.

Заключение

Между мечтами

Секреты успешных трансформаций

Эдвин Джейкоб Фейлер-младший родился в среду, 23 января 1935 года. Его мать была учительницей математики, а отец – юристом широкого профиля.

«23 января 1945 года мне исполнилось 10 лет, – рассказывает он. – Я гордился этим фактом и любил им делиться. Я родился в Саванне, штат Джорджия, и моя жизнь так или иначе вращалась вокруг моего любимого города, частью которого моя семья была на протяжении более 150 лет. Мои дети как-то пошутили, что я профессиональный житель Саванны. Прозвище прижилось. И для меня это большая честь».

На детство моего отца повлияли два важных мировых события. Первым была Великая депрессия. «Моя семья жила скромно в уютном шестикомнатном доме с двумя спальнями и одной ванной. Тепло исходило от небольшой угольной печи».

Вторым стала Вторая мировая война. «Все направлялось на военные нужды. В то время было нормирование бензина, поэтому мы не могли просто разъезжать на автомобилях». Также было очень мало игрушек. «Моим главным увлечением в те годы было создание авиамоделей. Модели поставлялись в картонных коробках, которые я покупал в магазине Getchell’s Variety Store. Для меня была очень важна их подлинность. В комплекты входили схемы, планки из пробкового дерева, детали крыльев и частей корпуса, переводные картинки и папиросная бумага.