Брук Лин – Сон и явь. Перепутье (страница 4)

– Поснимать? Ты стала фотографом?

Мы не успели договорить, подошедший к нам Итан вновь прерывает наш разговор.

– Я украду у вас подругу? – обращается он к Стейси

– Конечно-конечно.

Она быстро оставляет мне свой номер, а после мы прощаемся. Мы с Итаном поднимаемая на второй этаж и заходим в кабинет, очевидно, принадлежащий мужчине.

– Как добрались? – обращается ко мне.

– Хорошо, спасибо.

Он садится на кресло и приглашает меня сесть рядом на диван.

– Просмотрели вчерашние кадры? – интересуется он.

– Да, – теперь, зная, кто он, я чувствую себя ещё более неуверенно рядом с ним.

– И как?

– Честно? После вашего совета стало лучше.

– Рад был помочь.

Он улыбается, и я понимаю, о чём говорила Стейси. У него и впрямь красивая, завораживающая улыбка.

Вспоминаю слова подруги. Она, будучи замужем за любимым человеком, продолжает замечать других мужчин и не видит ничего дурного в том, что кто-то ещё может свести её с ума. Если это нормально, то почему на меня так не действует улыбка Майера? Хотя я нисколько не исключаю того факта, что она обаятельна.

Мать Лукаса, очевидно, была права, когда сказала, что я заключила себя в оковы вдовы и дала самой себе обет безбрачия. Она ругала меня при каждой нашей встрече, умоляя идти дальше. Говорила, что я ещё слишком молода, чтобы хоронить свою жизнь. Заставляла выйти в свет, завести новые знакомства, снова влюбиться и построить семью. Но я не могла. Это всё шло вразрез с желаниями моего сердца. Я не представляла, как смогу снова полюбить кого-то, как смогу кому-то позволить себя касаться, как смогу говорить слова, которые говорила Лукасу. От того и не замечала в мужчинах – мужчин. Они не привлекали меня и не были мне интересны.

– Не сочтите за грубость, но зачем я здесь? – решаю не ходить вокруг да около, не терпелось узнать, что же он мне скажет.

– Вы мне нравитесь, Марианна, – он замечает, как я выпрямляюсь в спине и делаюсь серьёзной. – В профессиональном смысле. Не переживайте.

Я выдыхаю.

– Я наблюдал за тем, как вы усердно работаете. За три часа три передышки на десять минут. Похвально.

– Вы следили за мной? – делаю вид, будто не знаю ответ на свой вопрос.

– Я очень внимателен, когда выбираю в свою команду фотографов.

– Простите?

– Я предлагаю вам месячное обучение в этой школе, – без церемоний подходит к сути. – Если за этот месяц я увижу прогресс, то приглашу вас в свою команду.

Не помню, когда в последний раз испытывала настоящую радость, но кажется сейчас это была именно она. Внутри что-то всколыхнулось, и мне вдруг на мгновение стало так хорошо.

– Команду? – уточняю, желая убедиться, что правильно его поняла.

– Вы наверняка заметили на выставке своих коллег?

– Да.

– Они работают со мной.

– Но я не видела, чтобы вы фотографировали.

– Перефразирую. Они работают на меня. А я могу себе позволить фотографировать только тех, кто доставляет моим глазам удовольствие. Когда приходят заказы такие, как в тот вечер, я выбираю из команды тех, кто лучше подойдёт для этой работы, и они выполняют её. Они зарабатывают деньги, а я получаю с этого процент.

– А если у меня будут мои личные заказы, я смогу их принимать?

– Конечно, но мы будем получать процент и с этих съёмок. Естественно, стоимость вашей работы станет выше.

– Получается, я буду полностью под вашим контролем?

– Поверьте, недовольными остаются только очень жадные. Вы не похожи на такую. Школа берёт процент, но даёт вам безграничные ресурсы и возможности. Клиентов, студию, аппаратуру. Мы берём всё на себя, вам остаётся только фотографировать, не думая ни о чём.

– И я смогу уйти в любой момент?

– Всё как у всех. Вы не будете у меня в рабстве. Захотите уйти – уйдёте.

Я нахожусь в каком-то состоянии шока и до конца не осознаю, что происходит.

– А что сейчас от меня требуется?

– Внимательность, усердность и хорошее настроение.

– Всё при мне, – говорю я с трепетом.

– Правда? Вы в хорошем настроении? – с лёгкой улыбкой на губах он принимается внимательнее изучать меня.

– Да.

– Вы ни разу не улыбнулись.

– Поверьте, сейчас я в хорошем настроении.

Я понимаю, о чём он говорит. После аварии, я редко широко улыбаюсь, ещё реже смеюсь. Я пыталась вернуть своё счастливое лицо на место. Стояла перед зеркалом и тренировалась, чтобы прежняя улыбка вновь появилась на моём лице, но выглядело всё так нелепо и ужасно, что я бросила попытки.

– Поверю, – он пристально смотрит мне в глаза, и я начинаю смущаться.

– Итан, – запинаюсь, – Извините, я не знаю, как вас по отчеству.

– Просто Итан.

– Простите, но возможно вы в тот день не обратили внимание на мои слова, но я навряд ли смогу оплатить учёбу в вашей школе. Точнее, не навряд ли, а точно не смогу.

– Я вас тогда услышал. Не думайте об этом. Я заработаю с вами больше.

– Всё же, я не хотела бы быть вам должна.

– Тогда давайте так. Как только вы сможете оплатить обучение, вы его оплатите. А пока, просто наслаждайтесь учёбой.

Не верится, что это происходит со мной. Что такое вообще возможно. Я давно перестала верить, что в моей жизни может происходить что-то хорошее.

– Вы принесли своё портфолио? – интересуется мужчина после недолгого молчания.

Я киваю в ответ. Девушка по телефону предупредила, чтобы я принесла его с собой. Я достаю из сумки папку с снимками и даю ему. Он начинает смотреть. Внимательно. А я чувствую такую неловкость и стыд за каждый свой снимок. Я не видела его работ, но очевидно, раз у него такой статус, то это что-то стоящее. А теперь ему приходится смотреть на работы самоучки, которая до сих находится в поисках собственного стиля.

– Мы сработаемся, – он улыбается, протянув папку обратно. – Сколько вы занимаетесь этим?

– Около года.

– И за год вы успели сделать прорыв в своей работе без чьей-либо помощи. Уверен, со мной ваш прогресс будет в трижды быстрее.

– У меня старый фотоаппарат. Это никак не повлияет на моё обучение?

– Это последнее, что может повлиять на обучение. Учеба начнётся через неделю. Продлится ровно месяц. Подойдите к стойке, вам дадут расписание уроков.

– Хорошо. Спасибо вам за эту возможность.

Он кивает взглядом. Как-то по-отцовски заботливо и нежно улыбается мне, и на душе становится тепло.

– И ещё, – произносит он, и я смотрю на него в ожидании. – Давайте перейдём на "ты"?

– С радостью.