Бронислава Вонсович – Скелеты в королевских шкафах (страница 3)

И мы, подшучивая друг над другом, направились в аудиторию, где уже ожидал Иден. Самым простым вариантом оказалось заставить своих учеников зазубрить текст со всеми особенностями артикуляции. А потом заучить перевод. Групповая декламация с поставленными ударениями напоминала вызов демона, не хватало только свечей и пентаграммы. Затем, быстро пробежавшись по первым двум урокам грамматики, мы разошлись по своим комнатам делать оставшиеся задания.

Все предметы первого семестра не требовали великих магических сил, что не могло не радовать. Самое энергоемкое – целительство, но по нему пока проходили диагностику по ауре да заполнение целительских артефактов. Совершенно непонятно, почему этому занятию уделялось столько внимания, ведь вливание магии в любой артефакт совершенно одинаково, целительские ничем особенным не отличались. Скорее всего, преподаватель, инора Ирена Браст, пользовалась случаем получить бесплатно большое количество магической энергии. Не брезговала она этим источником дохода и на более старших курсах, что подтверждали и мои новые подруги: Вирель и две пятикурсницы – Ирена, совершенно невозмутимая девушка, и Аделина, чей легкий характер позволял ей не только не переживать из-за собственных проблем, но и помогать их решать окружающим. Впятером мы и проводили большую часть свободного времени, а его было очень и очень немного.

Игнорирование просьбы принцессы не могло остаться безнаказанным, что и показали мне на следующий день, на первом же занятии.

– Носимые артефакты всегда отражаются на ауре носящего, – вещал лорд Эшью, преподаватель предмета «Артефакты». – По этим характернейшим искажениям можно легко определить как место ношения артефакта, так и область его приложения.

Он стоял, с удобством разложив живот на передней парте, за которой имели глупость сесть мы с Алной. Нет, рассказывал он великолепно и слушать его было бы одно удовольствие, если бы не некоторые его неприятные особенности. Когда преподаватель увлекался, во все стороны летела слюна, а если он в особо патетических местах встряхивал головой, перхоть белым облаком оседала на парту, щедро посыпая наши тетради.

– Лорд Эшью, скажите, пожалуйста, сколько артефактов вы видите в нашей группе? – внезапно поинтересовался принц Олин.

– Немного. У вас, Ваше Высочество, вашей сестры, графа Полта, леди Рион и инориты Уэрси.

– А скажите, пожалуйста, какого характера артефакт инориты Лиары Уэрси? – неожиданно раздался низкий тягучий голос Дармы Рион, дочери графа и очень богатого землевладельца.

– Инориты Уэрси? Очень интересный артефакт, выполненный настоящим мастером. А несет он исключительно защитные функции.

– Но позвольте, здесь же явно просматривается коррекция внешности? – возмутилась Дарма.

– В данном случае это также защитная функция. Поскольку артефакт заставляет своего владельца выглядеть менее привлекательным и заметным для окружающих. В отличие от вашего, кстати.

Скрип зубов был различим даже на фоне поднявшегося шума. А нечего пытаться сделать гадость другому, если сам от нее не застрахован.

– Интересно, как же она тогда выглядит без артефакта, – а вот и Его Высочество Олин голос подал.

Заявление лорда Эшью меня до крайности удивило, об этом свойстве медальона до сего дня я не знала. Думала, у него только защитные свойства, да и те не совсем полные: ношение этого украшения не мешало регулярно разбивать коленки и получать синяки, оно срабатывало только при очень сильной угрозе.

– Инорита Уэрси, – улыбнулся лорд Эшью, – пожалуйста, удовлетворите любопытство мужской части группы – снимите артефакт.

– Мне очень жаль, но ваше любопытство останется неудовлетворенным, – холодно ответила я. Не говорить же, что я понятия не имею, как его снимать. Что бы такое придумать поубедительней? – И потом, вы уверены, что Его Высочество имел в виду не леди Рион?

А что, за свои нападки надо отвечать! Хохоток за спиной показал, что это предположение все же ошибочно и принц жаждет видеть без артефакта отнюдь не мою противницу.

– Инорита, не надо стесняться, артефакты такого рода очень редко встречаются, – воодушевился преподаватель, даже не обратив внимания на мое предложение, – этот образец магического искусства крайне сложен и дорог в изготовлении, берутся за них лишь немногие очень сильные маги, и увидеть его действие, да еще и на наших занятиях, – просто бесценно.

– Видите ли, лорд Эшью, мною дан обет, который я не вправе нарушить. Но я уверена, что леди Рион будет к вам более благосклонна и покажет работу своего артефакта. Я так понимаю, что ее артефакт не сильно отличается от моего.

Я с вежливой улыбкой повернулась в сторону Рион, вопросительно подняв бровь. Леди напоминала жабу, собирающуюся лопнуть от злости, и явно ничего демонстрировать не собиралась. Принцесса Олирия, сидевшая рядом с ней, прикусила губку, чтобы не рассмеяться, и внимательно изучала соседку, пытаясь определить, что же та корректирует. Задача чрезвычайно сложная, так как, на посторонний взгляд, единственная привлекательная черта леди даже под действием такого сложного магического устройства – ее голос. Окончание занятия обрадовало нас обеих: мне не хотелось обсуждения моего артефакта, Дарме – ее внешности. Мы обе надеялись, что эта тема больше не поднимется.

– Инорита Лиара, а какого рода обет вами дан?

Да, надежда умирает последней, все-таки принц Олин чересчур любопытен.

– Ваше Высочество, я сниму медальон только перед будущим мужем. В день перед свадьбой.

– Не боитесь, что он не выдержит свалившегося на него счастья?

– Не думаю, что моя внешность настолько кардинально изменится, что вызовет у жениха шок, – сухо улыбнулась я. Да когда же это закончится? – Вам же сказали, что артефакт мою внешность портит, значит, никаких бородавок на носу и кривых зубов не предвидится.

– Да я и сейчас не сказал бы, что ваша внешность оставляет желать лучшего. Вы очень красивая девушка, инорита Лиара.

– Ваше Высочество, обсуждая мою внешность, мы рискуем опоздать на следующее занятие.

– Бытовая магия – не тот предмет, на который нельзя опаздывать. Да что там! Ее и пропустить можно. Так что мы можем продолжить разговор, – сказал он, заступая дорогу к выходу.

Но я ловко его обогнула и устремилась в другую аудиторию, пребывая в совершеннейшей панике. При прощании мой отец строго-настрого наказал не привлекать к себе внимания и не афишировать наличие уникального медальона-артефакта. Нечего сказать, неплохо это получилось, если вопрос о нем встал уже на второй день занятий. Правда, уникальность артефакта интересовала Его Высочество в последнюю очередь.

Олин проводил девушку заинтересованным взглядом, но на бытовую магию торопиться не стал. Не тот это предмет, что жизненно необходим принцам, у них для таких действий есть целая куча специальных магов. С ним задержался только один одногруппник, остальные, весело переговариваясь и обсуждая прошедшее занятие, устремились за новыми знаниями.

– Что, Ваше Высочество, заинтриговала вас инорита Уэрси? – усмехнулся граф Полт.

– Эдгар, да брось ты это «Ваше Высочество», нам еще пять лет учиться, – рассеянно сказал принц. – Ну его, этот официоз, во дворце надоел. Давай просто Олин и на «ты». Идет?

– Идет, – осторожно ответил граф.

– И скажешь, тебе не интересно, что скрывает медальон? Даже из чисто теоретических соображений.

– Из чисто теоретических можно и Рион, – насмешливо предложил лорд Полт. – Думается, что если ее правильно попросить, да еще если принцесса подключится, то точно уговорим снять.

– Фу, – возмутился принц. – Из чисто эстетических соображений я бы даже не рискнул этого делать. Опасаюсь, что уж ее-то истинная внешность точно вызовет у жениха шок. А вот на эту Уэрси я бы с удовольствием посмотрел. И посмотрю.

– Уверен?

– Пари?

На бытовой магии рассказ шел о различных способах очищения. Если подвести краткий итог лекции, то чистить с помощью магии вообще ничего не стоило: вещи либо чистились недостаточно хорошо, либо быстро приходили в негодность. Более эффективные способы требовали знаний и умений, которые студентам-первокурсникам недоступны. Впрочем, инор Клем, читавший этот предмет, считал, что заклинаний первого уровня вполне достаточно, и его рубашка казалась родной сестрой штор в комнатах общежития. Похоже, предыдущие поколения студенток чистили их исключительно магией. А вот интересно, если попробовать просто постирать?

После занятий я вернулась в свою комнату, встала перед зеркалом и начала придирчиво себя изучать, пытаясь за коррекцией разглядеть настоящее лицо. Надо признать, что и нынешнее меня вполне устраивало, но ведь красоты много не бывает, правда? За этот день я получила четыре предложения руки и сердца, причем все с просьбой предварительно показать будущему мужу то, что и для меня было загадкой. Какие мелочные мужчины пошли – красавицу им подавай, а то, что у меня характер золотой и высокие душевные качества, никого не интересует.

Раздумывая над этим, я сняла шторы и пошла их стирать. На удивление, не пришлось даже замачивать: следы магических чисток просто слезли с ткани. Шторы оказались голубыми, с синими цветами. Надо же, насколько магия вредна в быту! На первый взгляд казалось, что шторы застираны, а они были замагичены до полной утраты внешнего вида. На ткани все-таки было какое-то магическое покрытие, так как после полоскания она оказалась практически сухой. Повесив шторы, я с надеждой посмотрела на покрывало и решила не откладывать и его стирку. Покрывало благодарно распушилось и засинело. В комнате стало намного уютнее. Вирель как будто ждала именно этого момента, чтобы зайти.