Бронислава Вонсович – Право на эшафот (страница 36)

— Романы, как и положено девице в твоём возрасте.

— А если я захочу взять труд по истории?

— То это сразу узнает твоя тётя. Труды по истории приравниваются к трудам по магии и не хранятся в публичных библиотеках. Только в Сиятельных домах или университете.

Значит, в библиотеку путь заказан. Интересно, что же там такого случилось, что история под семью замками и выдаётся только после клятвы?

— А школьные учебники?

— Двуединый, ты собираешься учить историю по школьным учебникам? — Она расхохоталась, став при этом необычайно живой. — Эстефания, школьные учебники переписываются при каждой смене власти.

— Проблема в том, что я не знаю даже школьного минимума. Возможно, у вас что-то есть?

Я была терпелива. Мне нужна информация, и я её получу в том или ином виде.

— У меня — нет. Я в это не лезу и тебе не советую. Но от прежних владельцев дома могло что-то остаться. На чердаке есть книги и подшивки газет. Хочешь ознакомиться?

— Конечно, — обрадовалась я.

— Лестница на чердак налево по коридору.

Сеньора Лусеро потеряла интерес к разговору и опять устроилась в кресле с книгой. Я думала, она отправится готовить зелья на продажу, но, похоже, запрет на работу касался и её. Или она хотела полюбоваться на пару после благословения? Вот уж чего не хотела я. В конце концов, при желании это можно будет сделать без присмотра через слуховое окошко чердака.

Но увы, выяснилось, что слуховое окошко выходило только на торговые ряды, поэтому Теодоро мне сегодня больше было не суждено увидеть. Я решила, что это к лучшему, и с энтузиазмом закопалась в ошмётки книг и газет, которые до меня старательно изучали мыши. Так старательно, что наверняка могли ответить на все вопросы школьной программы. Впрочем, понять, что именно они изгрызли, не представлялось возможным, настолько мелкая труха осталась от книг. Может, это были учебники, может, романы, которые мне так старательно рекомендует сеньора Лусеро, а может, вообще книги по магии. Хотя последнее вряд ли: книги по магии магией же и защищаются.

А вот подшивки газет мыши не тронули. Возможно, потому что те лежали высоко и совершенно не пахли съестным. Даже сейчас от газетных листков ощутимо несло краской. Или это была специальная пропитка? К примеру, от мышей. Но почему тогда ею не пропитывали книги?

Я задумчиво листала газетные страницы, приходя к выводу, что Сиятельные существовали отдельно, а обычные люди — отдельно, потому что новостей, касающихся Сиятельных, было исчезающе мало. Даже заметок о браках, рождениях и смертях не было, поэтому, скорее всего, у Сиятельных имелась своя пресса.

Но читать газетные заметки оказалось довольно интересно, особенно те, что касались городских происшествий: этакий срез обычной жизни, в которую мне вскоре предстоит погрузиться. К сожалению, подшивок было немного, и через пару часов я вынужденно спускалась с чердака. Нашла ли я что-то интересное? Однозначно, да, хотя и не то, что хотела.

— Ты вовремя, — приветствовала меня сеньора Лусеро. — Я как раз собиралась звать тебя обедать.

— Посыльный из трактира уже приходил? Я не слышала.

Тут я поняла, что не слышала, и как Теодоро с невестой возвращались. А ведь это наверняка проявлялось куда более шумно, чем приход посыльного. Последнего радостными воплями никто не приветствовал — сеньора Лусеро для этого слишком хорошо воспитана. Или недостаточно голодна.

— Как раз только что, — улыбнулась она. — Так что ничего не успело остыть.

— Разве что если разогрев не считается работой, — заметила я. — Иначе нам опять давиться холодным пирогом.

— Будет нормальный обед. Благословения не случилось, — со странным прищуром сказала сеньора Лусеро.

— Что?

— В Храме Двуединого на пару не снизошло благословение, — повторила она.

— Да быть того не может, — изумилась я. — Не поверю, чтобы маги на этот случай ничего не припасли. Если бог забывает про паству, маги должны стоять на страже интересов короны.

— Не богохульствуй, — она дёрнулась ко мне, с намерением стукнуть по губам, но её рука застыла буквально в паре сантиметров от меня. — С вопросами веры шутить нельзя.

— Я думала, что маги не пускают вопрос благословения короля на самотёк, — ответила я, удивлённая её горячностью. — Двуединый может быть чем-то занят, а отсутствие благословения на королевской помолвке — дурной знак.

— Вот именно, дурной знак. Подделывать благословение — себе дороже, плохо заканчивается как для правителя и его страны, так и для имитаторов, — пояснила она. — Нет, дураков нет так подставляться, даже не из Сиятельных не найдутся.

— И что теперь?

— Свадьбы не будет.

— Но она же нужна Муриции и Теофрении?

— Значит, Теофрения ещё не искупила вину перед Двуединым. Возможно, если на их земле опять появятся свои Сиятельные…

Которые могут быть только потомками Сиятельных из соседних стран…

— Как-то со стороны Двуединого это не совсем благородно.

Сорвавшийся брак Теодоро меня не расстроил. Только принцессу было немного жалко. Но, возможно, для неё это будет к лучшему: найдёт себе другого Сиятельного, брак с которым благословит Двуединый? Или не Сиятельного… Короче говоря, я была полностью за то, чтобы предоставить принцессе право выбора. Лишь бы в ассортименте не было Теодоро.

— Боги и не обязаны быть благородными. — Сеньора Лусеро осенила себя знаком Двуединого, я последовала её примеру, уж очень пристально она на меня смотрела. — Не дано нам понять божественные замыслы. Двуединый милостив, но мы, смертные, этого не всегда понимаем.

— И что теперь будет делать Теодоро? — спросила я. — Он на этот брак возлагал определённые надежды. И не только он — вся страна.

— Будет ждать знака, — ответила сеньора Лусеро. — Как ты сказала, королевские свадьбы не пускают на самотёк, особенно при таких неприятностях с помолвками.

— То есть это уже не первая?

— Вторая. — Она опять прищурилась словно раздумывая, говорить мне или нет. — Смотрю, все важные новости прошли мимо вас.

— Просто у тёти интересы были направлены не в сторону Муриции.

— Вот как? Самой не получилось, так племянницу пристроить?

— Вы о чём, сеньора?

— Называй уж меня тётей, чтобы не путаться, — бросила сеньора Лусеро. — Я о том, что твоя тётя чуть было не вышла замуж за наследного принца Варенции. До помолвки дело не дошло, но переговоры были. Мы тогда с ней ещё дружили, поэтому я в курсе. Даже какие-то обследования Селия проходила.

— Обследования?

— Наследные принцы не женятся на ком попало. Помимо хорошего происхождения, невеста должна быть здорова, способна к деторождению и невинна.

— У графини Хаго не было детей, — припомнила я.

А ещё я припомнила, что на родовом древе Эрилейских это была не первая тупиковая веточка. Время от времени дамы из этого семейства не имели наследников, правда, и не всегда при этом они были замужем.

— Возможно, дело не в Селии, а в графе Хаго, потому что переговоры продолжались и после обследований.

— Почему тогда помолвки не случилось?

— Дружбе настал конец, а с ней — моей информированности о жизни Селии, — отрезала сеньора Лусеро, которой разговор чем дальше, тем меньше нравился. — Мы собирались обедать, не так ли? А потом… Я нашла учебник по этикету, знание которого у тебя хромает.

Глава 24

На рынок я всё-таки выбралась, пускай и не на следующий день, а через несколько, когда сеньора Лусеро убедилась в моей разумности. Правда, она сопротивлялась не только моему желанию прогуливаться по рынку, но и моему желанию готовить, но я ей предложила сначала попробовать, а потом решать. Она поджала губы и недовольно кивнула, а я поняла, что для неё кулинария в исполнении Сиятельной — верх неприличия. Слишком сильно в ней укоренилось благоговение перед той частью общества, места в которой её лишили.

Ещё я поняла, что она меня рано или поздно выдаст, если будет знать где я, потому что к такому решению приведёт вдолблённая с раннего детства уверенность в Сиятельном превосходстве и в том, что его нельзя подвергать опасности. А сейчас я подвергала.

Но если она не будет знать, где я, то непременно промолчит о том, что я останавливалась в её доме. Потому что одно дело — с видом превосходства сообщить бывшей близкой подруге, что племянница находилась всё это время в безопасности и под присмотром, а сеньора Лусеро всего лишь хотела убедиться, что на Эрилейских работают лучшие из лучших специалистов. И совсем другое дело — сообщить «милой Селии», что дала передышку девушке, которая рванула дальше.

Вопрос «Куда дальше?» зудел в голове постоянно. Потому что поступать в местный университет — однозначно идея провальная, но и выбраться за границу без документов представлялось проблематичным. Выезжать придётся официально. Варианты с переходом границ где попало я не рассматривала, они были слишком опасными со всех сторон: одинокой девушке уже не Сиятельной наружности связываться с криминальными личностями не стоило. Да и где их взять, этих криминальных личностей? Сеньора Лусеро наверняка знала, потому что визитёры к ней приходили и по ночам, а законопослушные личности по ночам спят. Так что она наверняка торговала с незаконопослушными и чем-то запрещённым. Но то, что она знала местный криминал, не наделяло знанием меня. Поэтому я выучила расписание дилижансов, станция которых была совсем недалеко от лавки сеньоры Лусеро, но пока не рисковала ехать до границы с Варенцией или Теофренией, где могла застрять намертво, не зная, как пересечь. Конечно, ещё существовали морские маршруты в другие страны, но не думаю, что там проверок нет. Вариант телепорта я отбросила напрочь, поскольку не могла предсказать, как поведёт себя моя личина после перемещения.