Бронислава Вонсович – Право на эшафот (СИ) (страница 40)
Почти все пассажиры дилижанса уже разошлись. Остались сеньора Кордоба, сеньора Фидальо и актриса, так оставшаяся для меня безымянной и сейчас шарящая под сиденьем в поисках какой-то утерянной мелочи.
— Хочу проверить, есть ли у меня магия и, если есть, — поступить.
Мне показалось, что сеньора поперхнулась моим ответом: она вытаращилась на меня с таким ужасом, словно я совершила святотатство. Как только дар речи к ней вернулся, она с отвращением выдавила:
— А казалась такой приличной девушкой.
— Скажите на милость, что неприличного в изучении магии? — удивилась я.
— Не женское это дело, — заявила сеньора Кордоба с железобетонной уверенностью. — В этом университете ничему хорошему не научат, уж поверьте взрослой пожившей женщине. К чему вам погружаться в этот вертеп разврата?
От открывающейся перспективы я растерялась. О таких различиях университетов мне не сообщили.
— А ваша матушка? Она наверняка не знает, что вы задумали, — продолжала обрабатывать меня сеньора. — Вы разобьёте ей сердце.
— Извините, сеньора, но я не вижу ничего плохого в том, чтобы научиться чему-то полезному. Чему-то такому, с помощью чего можно было бы зарабатывать на жизнь.
— Двуединый, — ахнула она, — неужто вы на самом деле собрались работать магом? Скажите мне, что я неправильно поняла.
— Извините сеньора, но я не вижу ничего неприличного в том, чтобы зарабатывать на жизнь своим трудом, — прохладно ответила я, внезапно вспомнив, что я — герцогиня. — Возможно, это всего лишь моя прихоть, но я совершенно не вижу причин принимать всё столь близко к сердцу, как это делаете вы.
— Милочка, да кто ж тебя замуж возьмёт после всего этого? — пренебрежительно бросила сеньора Кордоба. — Моя обязанность — раскрыть тебе глаза, пока ты глупостей не наделала.
— Кто дал вам право обращаться ко мне на «ты»? — процедила я, собирая всю стервозность, которая успела во мне накопиться. — Я вам не «милочка», сеньора. Милочкой можете свою горничную называть.
Голосом я внезапно громыхнула, и сеньора попятилась, испуганно на меня глядя.
— Простите, сеньорита, я лезу не в своё дело, — проблеяла она, косясь на небо, на котором не было ни единого облачка. Не дай бог, я что-то активировала по незнанию.
— Да вы всё время лезете не в своё дело, — бросила актриса, наконец покинувшая дилижанс. — Как вас только муж терпит?
Но бесстрашная сеньора Кордоба ничего не ответила, она уже удалялась от нас быстрым шагом, прижав к груди саквояж и забыв про меня, свою дорожную приятельницу и невоспитанную актрису.
— Что это с ней? — удивилась я.
— У вас голос был, как у разгневанной Сиятельной, — пояснила сеньора Фидальо. — У вас в роду их, совершенно случайно, не было?
— Совершенно случайно — нет, — рассмеялась я, хотя смешно мне ни капельки не было. Конечно, врать нехорошо, но успокаивала я себя тем, что ничуть не погрешила против истины: в моём роду случайных Сиятельных не было, только тщательно отобранные, чтобы не портили Сиятельный генофонд. — Понятия не имею, почему так получилось.
— Да потому что разозлились вы, сеньорита, — пояснила актриса. — И правильно разозлились. Сеньора такую чушь несла про наш университет, что я бы тоже разозлилась, собирайся туда. Не обращайте внимания на ту ерунду, что она говорила. Нынче только совсем отсталые сеньоры уверены, что девушкам образование не нужно. Принцесса Марсела и то ходит на отдельные лекции, а наш добрый король ничуть не возражает. А голосом я так тоже могу, — внезапно загремела она, посмотрела на наши ошарашенные лица и расхохоталась. — Это же проще простого, дамы. Вот если бы сеньорита засияла, я бы тоже удивилась. А так…
Она махнула рукой то ли на нас, то ли на прощание и тоже ушла, волоча тяжёленький чемодан по мостовой. Остановилась, увидев извозчика, и махнула рукой теперь уже точно ему. Тот радостно подъехал и даже помог ей втащить чемодан.
Остались у дилижанса только мы с сеньорой Фидальо, которая почему-то уходить не торопилась.
— Сеньора, а вы не знаете, как пройти к университету? — спросила я. — Или вы, как и сеньора Кордоба, противница женского образования?
— Скажете тоже, сеньорита, как я могу выступать против этого, если сама окончила наш университет? — ответила она. — И работаю над зельями наравне с мужем? — Она ловко вытащила из кармашка квадратик картона, оказавшийся ничем иным, как визитной карточкой.
— Пока вы будете учиться, вам понадобится очень много чего, а у нас вы всегда можете купить нужное с хорошей скидкой, — воодушевлённо рекламировалась она. — Я напишу здесь заметку для приказчика, вам нужно будет только не забыть её показать, чтобы получить скидку, понимаете?
— О, благодарю вас, — растерянно ответила я. — Это так неожиданно.
— Должны же вы получить компенсацию за поездку в столь ужасной компании, — уверенно сказала сеньора. — Обычно на этом дилижансе едут спокойные приятные люди, но сеньора Кордоба умудрилась оскорбить всех. Даже тех, кого там быть не могло: правителей как нашей страны, так и Муриции. — Она неодобрительно покачала головой и неожиданно сказала: — А университет вам найти будет проще простого. Идёте вот по этой дороге до первого перекрёстка, а на нём поворачиваете налево. Здание университета вы узнаете стразу, — она ностальгически вздохнула. — На нём множество горгулий.
— Так-таки множество? — не удержалась я.
— Ой, здание облеплено ими сверху донизу. Когда я училась, ходили слухи, что в каждой горгулье заточён дух-фамильяр ушедшего Сиятельного рода. Но это всё, конечно, глупости. Духов так легко не удержать.
— А на самом деле? — заинтересовалась я.
— А на самом деле, горгульи — артефактная защитная сеть. Только иной раз непонятно, она защищает студентов от города или город от студентов, — мечтательно улыбнулась сеньора, явно что-то вспоминая. Кажется, вид тихой мышки был всего лишь маской, призванной обезопаситься от особ типа сеньоры Кордоба. — Но вы все узнаете, если поступите. Приёмная комиссия уже наверняка открыта. Они начинают рано.
— А как вообще происходит приём? Смотрят, есть ли у меня магия?
— Магия есть во всём, сеньорита. Смотрят, достаточно ли её в вас для того, чтобы тратить на обучение время и деньги. Если достаточно, зачисляют, платно или бесплатно, в зависимости от вашего желания. При бесплатном отрабатываете по два года за год обучения, даже если не окончите. — Слова из сеньоры Фидальо так и сыпались. Не верилось, что в дилижансе она лишь поддакивала соседке. — Но это вам и без меня объяснят, когда будут выдавать жетон.
— Жетон?
— Студенческий жетон. Он даёт право на пребывание в университете, на заселение в общежитие, на посещение библиотеки, на питание в столовой, наконец.
— Бесплатное?
— Только для тех, кто выбрал обучение за счёт государства. Но цены там невысокие, от казны идут доплаты, потому что маги должны питаться хорошо, особенно сильные. Вы, скорее всего, потенциально сильный маг.
— Почему вы так решили, сеньора? — удивилась я. — Я даже не знаю пока, получится ли из меня маг вообще.
Здесь я немного лукавила, но обычная девушка до проверки могла и не знать, есть ли у неё магия, а я старалась выглядеть обычной.
— Получится, будьте уверены. Вы же не только голосом громыхнули, сеньорита, но и силой придавили. Обученному магу это видно.
— Но я ничего такого не хотела…
— Конечно, не хотели. — Она улыбнулась. — Не переживайте сеньорита, вас всему научат. Будете держать силу под контролем. И не забывайте, что в наших магазинах вас всегда ждёт скидка.
Я ещё раз её поблагодарила, попрощалась и отправилась по указанному направлению. Дом с горгульями, точнее, два дома действительно, пропустить было бы невозможно. Казалось, заклинания застигли этих созданий за нападением на здание, поэтому они находились в самых разных позах, но неизменно агрессивно-угрожающих. Оскаленные клыки, встопорщенные крылья, лапы, поднятые для удара — картина выглядела стоп-кадром из фильма. Точнее, выглядела бы, потому что у здания и в нём самом жизнь кипела, несмотря на раннее утро. Но только у одного. Второе было столь же мрачным и безжизненным, как и горгульи на нём.
Я отвлеклась от разглядывания горгулий в уверенности, что ещё успею налюбоваться, и прошла внутрь. Заблудиться бы не смогла при желании, потому что прямо напротив входа в манере примитивизма, очень-очень глубокого примитивизма, буквами разной толщины и высоты, но тем не менее складывающимися в слова, было написано: «Приёмная комиссия туда —. Следуй за стрелками, но никуда не сворачивай, если не хочешь преждевременно умереть». Кучка земли с могильной плитой были изображены очень схематично, но узнаваемо.
Стрелки привели меня в небольшой кабинет, где за столами сидели два скучающих молодых мага. При моём появлении они оживились.
— Кажется, у нас пополнение, — радостно сказал первый, который выглядел чуть младше второго. — Двуединый услышал мои молитвы.
— И о чём же вы молились, сеньор? — спросила я, очень опасаясь, что в ответ услышу: «Чтобы хоть кто-то поступил в этом году».
Всё-таки затеряться в толпе куда проще, чем будучи единственным студентом.
— Чтобы к нам пришла хотя бы одна хорошенькая сеньорита, — улыбнулся он.
— И не просто пришла, а подтвердила право у нас обучаться, — подхватил его коллега, симпатичный сероглазый сеньор. — С первым пунктом всё понятно, осталось проверить второй. — Он кивнул на артефакт на столе, предлагая сразу этим заняться. — Кладёте руки по обеим сторонам от этого выступа. Выступ покраснеет — берём, не покраснеет — увы, вы нам не подходите. Как студентка, я имею в виду. — Он улыбнулся, наверняка думая, что обворожительно, и спросил: — А что делает прекрасная сеньорита этим вечером?