Бронислава Вонсович – Под тенью белой лисы (страница 36)

Жаль, но по вопросу аурного зрения опять не удалось получить консультацию, потому что в конце занятия преподаватель заявил, что опаздывает и не может уделить никому даже минуты своего драгоценного времени. Убегал он и в самом деле так, словно за ним гналась толпа крэгов. Я было расстроилась, но вспомнила, как Филипп Георгиевич меня осматривал на предмет влияния магии темных артефактов, и решила, что про ауры можно поспрашивать и у него. Или хотя бы узнать, что можно почитать.

День оказался достаточно насыщенным, так что я в полной мере ощутила усталость, когда возвращалась домой. Казалось, что единственное, на что я сейчас способна, – добраться до кровати и уснуть. Разве что еще по пути что-нибудь перехватить, чтобы уж совсем на голодный желудок не ложиться. Но когда я вошла в квартиру, меня словно ключевой водой окатило, поскольку в гостиной с видом хозяйки дома расположилась Рысьина.

– Заставляешь себя ждать, Лиза, – обвиняюще буркнула она.

– У меня работа и занятия, – напомнила я на случай, если родственница забыла. С возрастом память ухудшается, от повторения лишний раз меня не убудет, а все акценты в нашем разговоре будут расставлены правильно.

– Ты уже наработала, – фыркнула Рысьина. – Зачем тебе Звягинцев?

– Нужна срочная консультация. Это касается того дела, по которому мы с вами никак не придем к компромиссу. Кстати, от квартиры в Ильинске что-нибудь осталось?

То, как княгиня на меня глянула, чуть оскалившись и зашипев, прекрасно подтвердило мою уверенность в том, что в квартире ничего найти не удалось.

– Возможна консультация с любым другим целителем, рангом не ниже Звягинцева, – игнорируя вопрос про квартиру, предложила княгиня.

– На этот вопрос может ответить только Владимир Викентьевич, – возразила я.

– Ты уверена? – Княжеская улыбка не сулила ничего хорошего целителю.

– Нет, не уверена. Но уверена, что лишние уши не нужны в столь деликатном деле. Чем меньше человек вовлечено, тем лучше, вы согласны?

– Положим, – неохотно ответила княгиня.

– Тогда зачем привлекать целителя со стороны, если есть тот, кто уже в курсе наших проблем?

– Положим, ты права, – так же неохотно продолжила княгиня. – Но ты так мне и не ответила, зачем тебе нужен целитель.

– Разве не ответила? Разумеется, для консультации.

Я понимала, что ее злю, но ничего не могла с собой поделать, поскольку она меня злила тоже.

– Лиза… – прошипела любящая бабушка.

– У вас свои секреты, у меня свои, – радостно ответила я ей.

– А ты хваткая барышня, – неожиданно бросила Рысьина. – Только я не уверена, что клану стоит поддержать твои притязания.

– Притязания на что? – уточнила я. Может, и напрасно, поскольку до сих пор Рысьины мои притязания ни на что не поддерживали.

– Нам пришла официальная бумага из императорской канцелярии о том, что девица Елизавета Рысьина находится под особым контролем императорской семьи и ее брак не может быть заключен в обход императора, – сказала, как выплюнула, Рысьина.

Столько неприязни мне раньше не доводилось видеть, притом что довольство лицо княгини посещало весьма редко, а злость – напротив. Еще было странно, что неприязнь в этот раз была направлена не на меня, а на тех, кто запретил ей распоряжаться моей жизнью. У меня же чувства были смешанными: от Рысьиных меня худо-бедно защитили и внезапный брак с каким-нибудь Бобровым мне теперь не грозит, но уж больно извращенным способом это было проделано. Куда проще было бы написать официальное письмо с четким указанием, с кем должна быть заключена помолвка. И теперь по всему выходит, что мы с Николаем должны обращаться за разрешением к императору? Похоже, помолвка мне в ближайшее время не светит…

– Михаил Александрович пообещал похлопотать за нас с Николаем перед вами, – ответила я, стараясь не показать своего разочарования результатом этих хлопот.

– За вас с Николаем? – Княгиня расхохоталась, встала с дивана, прогнувшись, как отдохнувшая кошка, и небрежно бросила на стол пачку газет, которые до этого лежали у нее на коленях. – Блажен, кто верует. Почитай на досуге. Будет тебе Звягинцев завтра. В утешение.

Она ушла, а я ухватилась за газеты, силясь понять, на что намекает Рысьина. Долго думать не пришлось. Вряд ли она впечатлилась моим героическим спасением Львова. Да, статей об этом хватало, куда уж без них, и среди иллюстрирующих фотографий не было ни одной, где была бы в кадре Софья Данииловна. Зато тех, где я стою рядом с цесаревичем или сижу на полу рядом с ним же, – предостаточно. И выглядело это так, что даже самый недогадливый понял бы: между мной и цесаревичем что-то есть.

Но если бы дело было только в этом, я бы пережила. С каждой развернутой газетой мое настроение падало все ниже и ниже, пока окончательно не угнездилось где-то под полом. Да что там под полом? Глубоко-глубоко под землей.

Почти в каждой газете была статья, изобличающая Соболевых. Проблемам губернаторства было уделено немало места, в том числе упоминали и о пропаже английской певицы, турне которой так и не было завершено. В связи с этим пытались взять интервью у Песцова, а поскольку тот отказался, репортер радостно заключил, что Песцов либо подкуплен, либо запуган Соболевыми. Даже по подаренным артефактам прошлись, причем статья в точности подтверждала все рассказанное Анной о запрете на использование. В конце между строк читался вопрос: как можно цесаревичу заключать брак с девицей из столь неблагонадежного клана? Похоже, шестеренки механизма по лишению Соболевой статуса невесты хорошо смазаны и активно работают, так что ждем со дня на день расторжения помолвки.

Такая ерунда обеспокоить меня не могла, поскольку теплыми чувствами к Софье Данииловне я бы не прониклась, даже проживи мы с ней бок о бок пару лет. Взволновало меня совсем другое: кроме статей, поносящих Соболевых, был явный переизбыток статей, превозносящих Рысьиных. Княгиня в них казалась прямо ангелом во плоти, обеспечивающим приюты, дома престарелых и лечебницы по высшему разряду. Поверить в то, что эта информация соответствует действительности, я никак не могла: чем-чем, а избытком благотворительности Рысьина не страдала. А значит, на эти статьи был сделан заказ едва ли не тем же, кто приказал очернить Соболевых.

– Елизавета Дмитриевна, вы будете ужинать? – прервала мои размышления Полина.

– Буду, – ответила я. – Накрывайте.

– Фаина Алексеевна была очень довольна, – неожиданно сказала Полина, раскладывая на столе приборы.

Я только и смогла, что многозначительно хмыкнуть в ответ. Хотелось надеяться, что для ее довольства причин нет, а статьи о том, какой хороший клан Рысьиных, лишь дань тому, что я сегодня «спасла» цесаревича.

Глава 22

Но это были отнюдь не все неприятные сюрпризы. Хотя я подспудно ожидала в качестве худшего варианта явления взбешенного Волкова, реальность оказалась куда гаже. Точнее, сон. Потому что во сне ко мне, точнее в меня, заявился гость. Точнее, гостья. И гостья весьма невоспитанная. По ощущениям, словно кто-то проходился по всем комнатам, открывал двери и старательно изучал содержимое. И то, что это не совсем сон, я поняла не сразу, поэтому посетительница успела проверить несколько помещений и ознакомиться с моими секретами, которые по отдельности ценности не представляли, но в совокупности…

– Черт побери, да где же это? – пробормотала наглая особа.

– Что это? – поинтересовалась я, находясь пока в блаженной уверенности, что смотрю странный сон.

– Центр управления. Мне сказали перехватить управление. Дурдом какой-то, а не голова, – искренне возмутилась она. – Какие-то хомячки, морские свинки. И даже собственный песец есть. Вон сидит в углу, щерится, морда наглая.

Я заглянула: морда вовсе не была наглой, довольной – это да.

– А вы рассчитывали исключительно на тараканов?

– Тараканов тут тоже хватает, но это не моя печаль, – продолжала рассуждать незваная гостья. – Мне нужно управление, совсем ненадолго. Заберу кое-что, а дальше пусть хозяйка этого зоопарка разбирается. А ты голосовой помощник? Типа Алисы?

Теперь я ее увидела. Полупрозрачный силуэт в весьма фривольном наряде вполне материальными ухватками пытался открыть заклинившую дверь. Почему-то появилась уверенность, что гнать вторгшуюся особу нужно немедленно. А также я наконец поняла, что это совсем не сон, а очередная попытка Темного бога добраться до моей захоронки. Самое ужасное, что теперь, когда я наконец догадалась, где артефакт, некоторые шансы заполучить желаемое у него появились, чего нельзя было допустить.

– Нет, я хозяйка. Убирайся-ка из моей головы, пока без волос не осталась.

– Руки коротки, – хохотнула она. – Слушай, может, договоримся? Мне очень нужна такая круглая штуковина. Я без нее не уйду, имей в виду.

– Как миленькая уйдешь, – фыркнула я и начала выдавливать наглое видение.

Выдавливаться она не хотела. Несмотря на полупрозрачность, визитерша была плотной и холодно-упругой, как осьминог. Не хватало только присосок на конечностях, но и без них она словно приклеилась к полу и не сдвинулась ни на волос. Правда, для этого ей пришлось раскорячиться на манер морской звезды и упереться руками в стены.

– Так как насчет договориться? – пропыхтела она. – Так-то мне твое тело на фиг не сдалось, у меня свое есть. Но мне очень нужна одна штука.