Бритт Эндрюс – Демоны в моей Кровати (страница 38)

Вены на его предплечье вздулись от напряжения, рука сжимала хвост так же, как я хотела, чтобы он сжимал меня. Когда из его горла вырвался глубокий, глухой рык, я подала тихий стон — и его глаза мгновенно поднялись на меня.

Хвост выпал из его рта, оставив его губы блестящими и припухшими.

— Держись за меня. Сожми мои рога сильнее.

Я послушалась — и тут же почувствовала, как его руки накрывают мои, сжимают жёстко, показывая, насколько сильнее он хотел это.

Я собиралась спросить, не больно ли, когда тело Миши вздрогнуло, и он переместил одну руку вниз — хватая свой член так сильно, что казалось, он его душит.

— Бля… хорошо. Так охуенно.

В этот момент я поняла: смотреть, как этот огромный, невероятно красивый демон разваливается между моих ног — это, пожалуй, самое мощное ощущение в моей жизни.

Я скользнула рукой между нашими телами, взяла его за запястье и резко повернула его лицо к себе — при помощи того же рога, который держала.

— Я хочу тебя сейчас, Миша.

Его губы дёрнулись в уголке, и я наклонилась, лизнув их.

Он низко, густо рассмеялся — и рука, не державшая его член, обхватила моё горло. Он полностью прижал меня к стене, прежде чем поцеловать — жёстко, жадно, так, будто мы делали это всю жизнь.

Я застонала, когда он слегка прикусил мою нижнюю губу, затем повернул мою голову и прошептал в ухо:

— Насади свою пизду на мой член, куколка.

Звёзды храни вас всех, эта тварь… Сладкий и грязный. Тихий и властный. Заботливый и чудовищный.

Я, блядь, пропала.

Он отпустил свой член, чтобы я могла взять его.

Я обхватила его ладонью — и испугалась слегка, осознав, что пальцы не сходятся вокруг толщины.

Он почувствовал мои мысли и поймал мой подбородок, целуя снова — так глубоко и властно, что казалось, он претендует прямо на мою душу.

— Не могу дождаться, когда ты будешь прыгать на этом жирном члене. Хочу смотреть, как он исчезает в твоём маленьком теле, кукла.

— Миша… я не знаю...

Он рыкнул, убрав мою руку.

— А я знаю.

Он поднёс свой член к моей щели и резко толкнулся вперед, на несколько сантиметров.

Я застонала от острого натяжения.

— Расслабься, кукла. Представь, как я двигаюсь в тебе: туда, обратно, и каждое движение делает меня скользким от твоих соков. И твоё тело берёт всё больше, потому что. Ты. Нуждаешься. Во мне.

Его бёдра качнулись — и он был прав: мои мышцы сами втягивали его глубже.

— Блядь, блядь, — выругалась я, когда ощутила, что его член стал шире.

— Дыши. Ты охуенно справляешься, принимая демонский хер. Ты создана, чтобы я тебя заполнил…

Я сжала его рога так сильно, что костяшки побелели.

И будто именно в этот момент моё тело поняло, что происходит, — и позволило ему войти полностью.

Мы оба замерли: тяжело дыша, прижимаясь друг к другу, адаптируясь друг к другу.

Я вздрогнула, когда его хвост провёл по моим торчащим соскам, добавляя к происходящему ещё один ебанутый, но восхитительный уровень перегрузки.

— Миша… — выдохнула я, глядя в его светящиеся глаза. — Двигайся. Сейчас.

Он рассмеялся — и не двинулся ни на миллиметр.

Как он вообще держал себя в руках?

У меня сил не было — нихуя.

— Да пошёл ты, — процедила я, — раз он не двигается, буду двигаться я.

Я прокатила бёдрами — и его смех моментально заполнил комнату.

Огромные руки сомкнулись на моих бёдрах, задавая мне ритм.

— Вот так. Оседлай мой член. Чёрт, ты принимаешь меня просто идеально.

Мы со стороны, наверно, выглядели дико: огромный демон и маленькая женщина, прилипшая к нему, как пиявка.

В эту минуту мне было плевать.

— Стой! — рявкнул Миша и развернул нас, отрывая меня от стены. Он понёс меня к столу, как будто я ничего не весила.

Он уложил меня на спину, вытягивая, и при этом его член даже на миллиметр не вышел из меня.

— Кричи, когда понадобится, куколка.

А потом он начал меня трахать так, как меня не трахал никто и никогда.

Его чёрные крылья распахнулись, и казалось, что его бёдра двигаются так быстро, что размываются. Я могла только лежать, вцепившись в край стола, и принимать.

И, как он и предсказал, кричать.

Растяжение и болезненность, что были вначале, растворились давно. Осталось только оглушительное, почти невозможное блаженство.

Когда я наконец смогла открыть глаза, его взгляд был прямо над мной — он наблюдал за каждым моим движением, каждым стоном.

Лицо стало другим: вся человеческость исчезла.

Меня ебал реальный демон — и всё, о чём я могла думать: «Да это же охуенно».

— Миша! — писк сорвался сам, когда внутри меня начало подниматься давление, то самое чувство «щас описаюсь прям тут».

— Ох блядь, я сейчас…

И тут его большой палец лёг на мой клитор.

И пошел процесс.

Не сдержавшись я сквиртанула прямо на его член. Все соки были на его торсе и на полу, под нами.

Моё тело содрогалось, пока Миша продолжал долбить меня.

— Ебать, это было самое горячее, что я видел, — объявил Эшланд.

Я дёрнулась, потому что услышала его слишком близко.

Повернув голову, я увидела Эша, Феликса и Талона — все трое стояли и смотрели.

Миша зарычал и вцепился в мои волосы:

— Не смотри на них. Смотри на меня, пока я тебя мечу.

— Пожалуйста… — выдохнула я, не понимая сама, о чём прошу.

Разговоры ребят я слышала смутно — что-то о том, как я только что фонтанировала, и что это было «пиздец как красиво».