Бритт Эндрюс – Демоны в моей Кровати (страница 29)

— О, боги, — выдохнула я. — Эш, это…?

— Ага. Этот псих снова за своё.

— Снова? — я вскинулась, отчаянно вглядываясь вверх, где Феликс почти на вершине маяка карабкался по стене, как человек-паук. — Да что за нахрен он делает?! Он же сейчас навернётся и свернёт себе шею!

Мне бы, конечно, жизнь упростило, если бы он свернул… но я списала всплеск паники на нормальное человеческое чувство: никто не хочет видеть, как кто-то, демон он или нет, летит вниз с высоты, превращаясь в кровавое пятно.

— Да, — вздохнул Эш. — У Феликса такое бывает. Иногда ему нужно выпустить пар. Это его безопасное место. Внутри он всё устроил: кухня, спальня, ванная. Иногда мужчине нужна своя пещера, когда его что-то выбило из колеи. Слушай, — сказал он, ставя машину на парковку у подножия маяка. — Есть шанс, что он не обрадуется, если мы ворвёмся. Особенно если он творит. Он реально психует, когда нарушают его рутину, пока он не закончил. Так что если он сорвётся — не принимай на свой счёт.

— Ладно, — ответила я и потянулась к дверной ручке.

Мы вышли и встретились у капота машины. Огромный корпус маяка возвышался над нами — я запрокинула голову так резко, что чуть не упала назад. Феликс уже забрался почти на самый верх, с баллончиками краски в руках, заканчивая свой очередной шедевр. Под таким углом ничего было не разглядеть.

— Заходи. Мы сейчас поднимемся. — Эш подвёл меня к входной двери и открыл её. — Помни, если он ведёт себя как маленькая сучка — это не из-за тебя. Это потому, что он иногда и есть маленькая сучка.

С мерзкой ухмылкой он захлопнул дверь. Я услышала глухие движения по стенам. Ага. Он, небось, тоже ползает снаружи, как Спайдермен.

Раз уж оба идиота заняты, я решила найти туалет. Попав в маячную квартиру Феликса впервые, я просто обомлела. Это место они явно держали в тайне. Я не видела ни единого упоминания об этом ни в одном из досье по «Изгнанным».

Эшланд сказал правду — это место чертовски крутое.

Стены были полностью утыканы картинами, написанными прямо на кирпиче. Логично: с такими закруглёнными стенами полотна особо не повесишь.

Одна картина особенно выделялась — гигантский пейзаж с красивым замком и драконами в небе. Но по всей картине жирно красовался огромный красный крест, нарисованный поверх, и слова RISE UP, выполненные в грубом граффити-стиле.

В центре стояли диваны, а на стене висел телевизор. Пол был накрыт огромным ковром, словно из меха белого медведя с длинной шерстью — синтетика, конечно, но выглядело впечатляюще. Диваны — неоново-зелёные, да и по всей комнате разбросаны яркие неоновые акценты.

Как бы мне ни хотелось порыться, мне очень нужно было в туалет. Найдя нужную дверь я ее открыла.

— Слава богам, — выдохнула я, увидев маленькую, но симпатичную ванную. Винтажная ванна на ножках стояла у стены, и меня уже не удивляло, что на её внешней стороне было всё заляпано неоновой краской. Видимо, когда Феликс в творческом запале — ничто его не останавливает.

Грохот сверху и последующий рёв заставили меня едва не обоссаться на месте, поэтому я поторопилась закончить. Что же так взбесило Феликса после того, что я видела прошлой ночью?

Вспышка воспоминания — я стою на четвереньках, а он трахает меня в рот — заставила меня выругаться, и я слишком сильно нажала на дозатор мыла. Тот сместился, упал в раковину и разбился к чертям. Прекрасно.

Я поставила маленькое ведро на раковину и начала собирать крупные куски. К счастью, их было немного. Но когда я потянулась за последним осколком, очередной взрыв сверху заставил меня дёрнуться — и я порезала руку.

— Блядь!

Я включила воду и подставила руку — кровь уже текла. Второй рукой я распахнула дверцу аптечного шкафчика в поисках пластыря. Пластырей не было, зато было полно пузырьков с таблетками и ещё больше лубриканта.

Что за нахрен?

Наклонившись ближе, я прочитала названия лекарств — и полностью запуталась.

Лоразепам. Оксикодон. Риталин. Клоназепам.

Демоны, оказывается, принимают человеческие лекарства от тревожности, СДВГ и боли?

Это не вязалось ни с одной картиной мира, которую я знала. Но дальше изучить я не успела — дверь в ванную вылетела внутрь.

— Да что за херня?! — заорала я. — Я могла тут вообще задницу подтирать!

— Я чувствую кровь. Что произошло? — дыхание Эша было тяжёлым, а глаза… глаза светились.

— Порезала руку из-за того, что вы двое там наверху решили устроить рестлинг, — огрызнулась я, поднимая раненую ладонь. Порез был рваный, глубокий и кровил всё сильнее.

Эш схватил полотенце и туго замотал мне ладонь.

— Пошли. Это нужно нормально обработать. У него в кухне есть кое-какие запасы.

— А где Феликс? — пробормотала я, идя за ним вверх по лестнице.

— Заканчивает проект. Он почти готов. Я решил, что лучше дать этому психу закончить, чем разрушать маяк ещё больше.

Наверху открылось пространство, похожее на лофт. Кухня, стол, качественная мебель — всё выглядело дорого.

— Иди сюда, кролик. Дай посмотрю на твою руку, — сказал Эш и, подойдя к кухонному острову, просто подхватил меня за бёдра и усадил на столешницу, будто я ничего не весила.

— Табуретки вот там тоже бы подошли, — заметила я, указывая на стол.

— Ой, извини. Ты здесь врач или я? — парировал он.

Смех сорвался сам, и наши взгляды встретились. Его ошеломлённое выражение сбило меня с ритма. Он был слишком… интенсивным. Я сглотнула ком в горле и решила: хрен с ним, я просто пойду по течению. Они странные как чёрт, горячие как ад и опасные как грех… Или я буду сопротивляться и угроблю миссию, или — как говорил Эш — позволю себе немного свободы.

— Ладно. Какой диагноз, доктор?

Его улыбка медленно расползлась, делая его похожим на ангела, но демонического.

— Ну… надо посмотреть поближе. — Он аккуратно развернул полотенце. Я поморщилась, когда ткань отлипла от раны. — Хмм.

— Что значит “хмм”? Что значит это твоё хмм?

— Довольно глубокий порез. Ты себя знатно распорола. Надо прочистить.

Он открыл шкафчик над столом и достал пару бутылок.

— Вот.

— Текила и водка? Мы напиваться будем?

— Одно — пить, вторым — дезинфицировать. У Ликси, похоже, аптечки нет, так что будем импровизировать. Ты потянешь?

Я наклонила голову и изобразила самый дерзкий вид:

— Я что угодно потяну.

— О, кролик. Я это понял ещё вчера ночью. Теперь держи руку над раковиной. — Он открыл текилу и сунул мне бутылку. — Пей.

Я сделала несколько больших глотков — тепло мгновенно растеклось по телу. Ладонь пульсировала, и я знала: сейчас будет гораздо хуже. Поэтому я выпила ещё.

— А ты не будешь? — спросила я.

— Что я за доктор, если буду бухать на рабочем месте? — сказал Эш, открывая водку.

Я хихикнула.

И… вот тут мой мозг ударил по тормозам так резко, что я почти услышала визг резины.

Я не хихикаю.

Это не моё.

— Это было мило, — сказал он и… ткнул меня в нос.

Я почувствовала, как веко начинает дёргаться, и косо посмотрела в сторону ножей.

— Ты прям вся дёрганая, кролик, да?

— Думаю о том, как бы тебя порезать и развесить по всей комнате, если честно.

Эш рассмеялся от души и перевернул бутылку, выливая водку мне на рану.

— АААА! Еб твою мать! — я взвыла и попыталась врезать ему второй рукой, но он увернулся.

— Я предпочёл бы “кролеебарь”, если можно выбирать, — хмыкнул он.

Я прижала раненую руку к груди и несколько раз глубоко вдохнула.