Бринн Уивер – Тень на жатве (страница 37)

— В этом я не сомневаюсь. И уверен, что Эдия будет буквально за ее спиной, — произносит Ашен, допивает кофе и уносит наши чашки и тарелку к раковине.

— В любом случае мы не можем просто заявиться туда вдвоем и сказать «ну здравствуйте, мы пришли проверить, не у всех ли ваших гибридов члены размером с дубинку». Нам нужен план.

Ашен бросает на меня улыбку через плечо, пока вода в кране шумит, смывая запах кофе.

— Согласен. Но прежде чем мы доберемся до Сэнфорда, есть еще одно место, куда можно заехать. Пока ты спала, я нашел в книге родословных ведьм возможную связь между Милой Каррас и одной из местных ведьминских общин. Обе, судя по всему, пересекаются с делами Семена.

Я уже открываю рот, чтобы задать вопрос, как меня обдаёт ароматом корицы. Он растворяется в сливочной сладости, и воздух наполняется запахом карамелизированной глазури. Ашен доедает тост и ставит тарелку под воду.

— Ты серьёзно намазал на это полпачки масла? А теперь ешь с целым ведром глазури и коричного сахара? — спрашиваю я, наблюдая, как он полощет кружки и расставляет их в сушилке.

— О чём ты? — говорит Ашен, слегка нахмурившись. Я чувствую замешательство в его голосе. Он выключает кран, и тогда я слышу кое-что. Трепетный звук. Слабый. Быстрый. Словно колибри, пойманная за вуаль.

— Ты это слышишь? — спрашиваю я.

Всё вокруг будто одновременно замедляется и ускоряется. Я моргаю, и его ладонь уже падает на стол рядом со мной. Клянусь, я могла бы сосчитать каждую каплю воды, стекающую с его кожи.

Следующее мгновение — и он налетает на меня, скользит через столешницу и сбивает меня с табурета. Его рука обвивает мою талию, когда мы падаем на пол и перекатываемся. Вокруг клубится дым, воздух наполняется запахом пепла и шерсти. Мы останавливаемся, и не успеваю я опомниться, как рука Ашена и его вес исчезают с моего тела.

Когда я поднимаю глаза, он уже стоит передо мной, спиной ко мне. С его плеч струится дым и формирует огромные крылья. Я ещё никогда не видела его таким. И я ощущаю всем своим существом: что-то пошло не так. Что-то серьёзное. С пеплом и огнём, падающими на пол, его крылья расправляются. Я замечаю серебряный меч в его руке, окутанный густым чёрным дымом, словно он струится из самого тела. Адское пламя пылает на клинке.

— Ануннаки, — рычит Ашен. Его голос наполнен яростью, и я почти не узнаю его. — Исчезни, пока я не выжег твою кровь до последней капли.

Позади него вспыхивает свет. Яркий, ослепляющий. Дым поднимается с пола и обвивает меня, пока я прикрываю глаза рукой. Я чувствую, как тату обжигает мою кожу. Чувствую каждую букву. Чувствую их внутри себя.

Sunu liiktisuma.

Да будут они связаны.

Я хватаюсь за рукоять кайкена у бедра и поднимаюсь сквозь дым и пламя, становясь рядом с Ашеном.

— Вампирша права, демон, — говорит мужчина поверх рева огня, бушующего вокруг клинка Ашена. Его голос — как звенящий хрусталь, ясный и музыкальный. Перья его крыльев царапают камень, когда он делает шаг вперёд. — Тебе нужен план. Я пришёл, чтобы предложить его.

ГЛАВА 28

— Это не твоя территория. Убирайся, — рычит Ашен. Его крылья из дыма разворачиваются между нами, стелясь по полу. В тенях шипят искры.

— Прости, но я здесь по приглашению, — отвечает ангел, пока свет в комнате меркнет. Я слышу, как края его перьев царапают пол, будто когти. — Меня попросили проверить, как ты, когда проход в твой мир закрылся.

— Кто? — требует Ашен. Его голос рассекает воздух, острый как лезвие. Ангел не отвечает. Я делаю шаг влево, за дымовую завесу, чтобы разглядеть гостя.

Это не тот ангел, которого мы видели в Саккаре. Этот ниже ростом, весь в белом, но без пафоса. Никакой вуали, скрывающей его прекрасное лицо — его пропорции почти слишком идеальны, чтобы быть настоящими. У него оливковая кожа, темнее моей, но светлые волосы оттенка меда и золота. Он ловит мой взгляд своими мерцающими голубыми глазами и улыбается.

— Привет, — говорит он, слегка помахивая мне.

— ...Приве-ет? — откликаюсь я, робко взмахнув свободной от кинжала рукой.

— Меня зовут Эрикс, — ангел не гаснет. Улыбка его всё так же ослепительна, будто в комнате и нет демона, что клокочет яростью.

— ...Эт-то... круто... — тяну я, бросая растерянный взгляд на Ашена. Его глаза как два расплавленных камня. Всё ещё прикованы к ангелу, хоть я знаю, он чувствует мой взгляд. Снова смотрю на Эрикса, его улыбка всё так же застыла на прекрасном лице. — Я Лу...

— Лу-... — шипит Ашен.

— ...а это Ашен, — продолжаю я. Ашен издаёт стон, и я почти слышу, как он закатывает глаза. — Эм... что ты здесь делаешь?

— Я пришел предложить помощь, — весело говорит Эрикс. Он звучит искренне взволнованным этой идеей.

Я делаю шаг вперёд, но рука Ашена стремительно преграждает мне путь, его ладонь прижимается к моему животу. Это мгновенно возвращает меня к той драке, когда мы встретились. Я поднимаю взгляд, и он смотрит в мои глаза. В них тревога. Я отвечаю полуулыбкой, но она только сметает слои, скрывающие его самые глубинные мысли. В его глазах отчаяние. Глубоко запрятанный страх проявляется, когда он качает головой и отодвигает меня на полшага назад. Я кладу руку на его и снова смотрю на ангела, который наблюдает за нами с интересом, но без осуждения.

— ...Э-э... — я прочищаю горло, пытаясь улыбнуться. Получается скорее оскал, и ангел наклоняет голову. — Это, конечно, очень мило с твоей стороны, Эрикс, но... зачем?

— Чтобы сохранить равновесие Миров, разумеется, — отвечает он, складывая крылья в жесте доверия. Ашен не отвечает взаимностью. Дым продолжает оседать вокруг нас, укутывая пол густой чёрной пеленой. Я сжимаю пальцы на его руке, пытаясь унять напряжение, но он не поддается.

— Кто послал тебя? — спрашивает Ашен.

— Он сказал, что мне не стоит говорить, — в голосе Эрикса слышится дискомфорт.

— Это был Коул? — угадываю я. Лицо ангела озаряется чем-то вроде облегчения.

— Да! Хорошая догадка, Лу. Ты очень сообразительная.

— Слышишь? Ангел сказал, что я очень сообразительная, — повторяю я Ашену с сияющей улыбкой. В ответ он сверлит меня взглядом. Я кривлю нос и возвращаюсь к Эриксу. — Насчёт равновесия Миров... не хочешь объяснить?

— Некоторые в Царстве Света считают, что эра человечества закончилась, — голос Эрикса становится серьёзнее. — Они верят, что Мир Живых должен достаться бессмертным. Но сначала они хотят уничтожить Царство Теней. Они помогли оборотням создать первых гибридов. И теперь мы должны действовать, пока те не усовершенствовали своё творение и не начали войну.

Эрикс печально улыбается и шагает сквозь дым. С каждым его шагом Ашен оттесняет нас назад. Я смотрю, как ангел наклоняется, поднимает опрокинутый табурет и ставит его у кухонного острова.

Мы с Ашеном переглядываемся. В моём взгляде — тревога. В его — ярость.

— Есть и в Царстве Теней те, кто хочет создать гибридов для войны со Светом. Этого тоже нельзя допустить. Нам доверено слишком много душ, — Эрикс скользит вокруг острова, берёт одну из кружек с сушилки. Включает воду, наполняет емкость, затем оборачивается к нам, делая долгий глоток. — Вода – это прекрасное наслаждение, не думаете? — искренне улыбается он. Его перья царапают пол, будто падающие ножи, когда он садится на табурет.

— Нет, — отвечает Ашен.

— Не особо, — говорю я.

Эрикс пожимает плечами, но его улыбка не меркнет, несмотря на наш холодный приём.

— Нам нужно убедиться, что у оборотней не будет нового шанса создать гибрида. Лу была бы в безопасности в Царстве Света — вне их досягаемости.

— Нет, — рычит Ашен.

Всего одно слово, но оно пропитано звериной яростью.

Эрикс недовольно поджимает губы.

— Почему?

— Во-первых, ты сам только что сказал, что в твоём мире есть те, кто помогает оборотням.

— Но не в Доме Добродетелей, — твёрдо качает головой Эрикс. — Там Лу будет в большей безопасности, чем где-либо ещё.

— Прости, но я не верю ни единому твоему слову, ануннаки. Твой народ лжёт искуснее любого существа, ступавшего по этой земле, — Ашен говорит сквозь зубы, и Эрикс, кажется, искренне поражён. Он ставит кружку на стол, его лицо бледнеет. — Во-вторых, последний ангел, которого мы видели, поранил Лу лицо. А он даже не сделал это намеренно.

Улыбка ангела гаснет, сменяясь гримасой. Он переводит взгляд с Ашена на меня и обратно, словно ища подтверждения. Сглатывает, и кажется, это даётся ему с трудом.

Как странно, — мелькает у меня в голове. И я не одна это замечаю.

— Именно так, ануннаки. До кости. Кровь была повсюду. Настоящая резня.

Эрикс подносит кулак ко рту, слегка откашливается, его другая рука впивается в край столешницы.

— Это... — он снова сглатывает. Клянусь, его кожа приобретает сероватый оттенок. — Крайне прискорбно.

— Да, и очень хорошо, что мы нашли решение, пока твой сородич улетал в небо, даже не оглянувшись. Кстати, Лу, ты, наверное, голодна, — Ашен смотрит на меня сверху вниз.

И правда. Я чертовски голодна.

— Выпей ещё моей крови.

Я бросаю взгляд на Эрикса — кажется, его вот-вот вырвет на отполированный камень пола. Ашен едва заметно ухмыляется, убирает ладонь с моего живота и подносит запястье к моим губам.

— Просто доверься мне, — шепчет он.

Цветочная сладость яда распускается на моих клыках, когда они удлиняются во рту. Я беру его запястье в руки, провожу большим пальцем по голубой вене. Глаза сами закрываются от аромата крови под кожей. Я прижимаю губы к этому месту — извинение за боль, которую сейчас причиню. Ашен не шевелится, когда мои зубы вонзаются в его плоть. Он осторожно замирает, когда я делаю первый глоток его насыщенной крови и открываю свои светящиеся глаза.