Бринн Уивер – Сердце с горьким ядом (страница 19)

— И ты все это увидела, когда описалась?

Я смеюсь, мою волосы шампунем.

— Да, кажется.

— Что еще?

— Кассиан.

— Кассиан?

— Кассиан.

— Странно и непонятно.

— Угу, — мычу я, хотя не уверена, что согласна. Он – часть этого, что бы это ни было. Наша странная компания неудачников? Наш… квест? Чтобы спасти царства? Черт, это звучит безумно. Кассиан – последний вампир на Земле, которого я бы взяла на наш квест, если только этот квест не предполагает разврат и большое количество вина. — Он должен быть с нами, это я точно знаю. Почему-то уверена. Мы должны его найти.

— Не сложно, — говорит Эдия, пока я смываю шампунь. — Он почти не уезжает из Рима.

— Верно, — говорю я, выжимая воду из волос и нанося кондиционер. — Хотя если он узнал о Семене и его миссии создавать гибридов, возможно, скрывается. Он один из самых древних, так что наверняка Семен его захочет.

— Уверена, Ашен будет рад с ним встретиться, — говорит Эдия, сидя на краю раковины. Я выглядываю из-за занавески с насмешливым взглядом. — Он знает?

— Что? Что я обратила Кассиана в вампира?

— И это тоже. Но я больше про то, что ты оставила Кассиана у алтаря и разбила ему сердце.

Эдия ухмыляется, а мой взгляд горит алым. Я отступаю назад под душ и задвигаю занавеску, слыша ее смех.

— Это не его дело. Если ты забыла, он предал меня и посадил нас обеих в чертов подвал. На месяц. И я только что убила его во второй раз, так что ему плевать на эту древнюю историю.

— Да, но он спас тебя от демона-змеи...

— Я сама себя спасла, сучка! — перебиваю я.

— ...а потом вылечил тебя своей демонической кровью, часами шептал тебе слова любви на ухо и не отходил от постели, угрожая всем, кто смотрел на тебя. Кажется, фраза «если ты еще секунду будешь смотреть на нее, я выколю тебе глаза и сожру их, как кейк-попсы» была адресована Коулу.

Я фыркаю и пытаюсь охладить внезапный прилив тепла, разливающегося в груди.

— Интересно. Но это логично. Мастер Войны очень заинтересован в здоровье и благополучии нового потенциального оружия Царства Теней.

— Да... Я думаю, дело не в этом.

— Мне плевать, в чем дело. Он демон, я вампир. Мне не место в его мире, и я скорее умру, чем вернусь. Они сразу же бросят меня обратно в ту темницу и продолжат с того места, где остановились. И уж точно я не поведусь на его уловки, точка.

— Тогда объясни... почему ты переспала с ним?

Я высокомерно пожимаю плечами, хотя Эдия этого не видит.

— Он чертовски сексуален, а я была возбуждена. Это был яростный секс. Одноразовый.

Эдия смеется, будто раскусила меня.

— Ох, вампирша. Ты облажалась.

Я фыркаю, смывая кондиционер.

— Почему это я облажалась? Он облажался. Это я его трахнула.

— О да, ты его трахнула, это точно. Но когда Кассиан узнает, что ты жива, у него могут быть чувства по этому поводу. И не думаю, что Ашен любит делиться.

— Пфф. Делиться нечем. Я не туша кита, вокруг которой будут драться акулы. Я – косатка, которая подплывает незаметно и надирает обеим задницы.

— Ага. Ты прям морская кунг-фу панда.

Я выключаю воду и резко открываю занавеску.

— Морские кунг-фу панды — вершины пищевой цепочки, спасибобольшое.

Эдия смеется над моим яростным выражением лица и протягивает полотенце. Мой взгляд смягчается, когда я замечаю, сколько света в ее глазах. Сколько облегчения. Видеть ее улыбку без боли и тревоги — будто окунуть сердце в мерцающий свет.

— Ладно, морская панда. Я просто говорю, что тебе стоит подготовиться на случай неудобных вопросов. И ты можешь думать, что никому не принадлежишь, но другие могут считать иначе. И я начинаю верить, что это вообще не связано с твоим потенциалом устроить ад в мирах. — Эдия наклоняется ко мне, пока я заворачиваюсь в полотенце, и целует меня в щеку. — Я знаю, что ты принадлежишь мне.

— Я всегда принадлежала тебе.

Эдия подмигивает и кивает на столик, где сложена моя одежда.

— Вот именно, сучка. А теперь извини. Мой питомец пописал на пол, пойду уберу.

Я хрипло смеюсь, Эдия улыбается, прежде чем выходит из комнаты. Когда она уходит, я привожу себя в порядок, чувствуя себя менее энергичной, чем при первом пробуждении, но немного лучше, чем когда очнулась в луже на полу. Когда я протираю зеркало и внимательно рассматриваю себя, я выгляжу так же, как до встречи с Семеном и пыток Царства Теней. Но внутри я другая. Я знаю это. Точно знаю, что что бы Семен ни начал, мне нужно это закончить. Я не могу вернуться назад. Я никогда не буду прежней. Но, возможно, смогу контролировать то, кем стану.

Когда выхожу к остальным, они сидят за столом, уставленным египетскими деликатесами. Кебабы, фалафель, тарелка с рулетиками махши. Для меня нет тарелки — только большая керамическая кружка и чайник, и я чувствую запах крови даже через всю комнату, пряной и сладкой, именно такой, как я люблю.

Коул улыбается мне по-мальчишески, набивая рот едой, все его манеры Жнеца из Bit Akalum явно вылетели в окно при первой же возможности. Он уплетает за обе щеки. Эрикс машет вилкой с фалафелем. Его крылья распластаны за стулом, как переливчатые ножи. Давина сидит между Коулом и мистером Хассаном, не улыбаясь и не хмурясь. Она просто смотрит на меня внимательным, проницательным взглядом, отводя медовые пряди волос от глаз изящной рукой. Мистер Хассан сияет, наливая мне в кружку и приглашая сесть рядом с Эдией.

Голова гудит, будто в ней рой ос, но я держу себя в руках и спокойно сажусь, не падая и не обмачивая штаны. Благодарно улыбаюсь мистеру Хассану, а затем окидываю взглядом всех.

— Спасибо вам за все, что вы сделали, — говорю я. Мой голос все еще хриплый и грубый, но я жива, и я могу говорить.

— Эдия сказала, ты потеряла сознание? — спрашивает Эрикс, нахмурившись.

Я киваю. Взгляд скользит к Давине, но я возвращаю его к ангелу.

— Я чувствую себя лучше, чем раньше, но думаю, это не конец. Что бы Семен ни начал, это нужно закончить.

— У меня есть кое-что, что может помочь, azizati, — говорит мистер Хассан, вставая и направляясь к буфету. Он достает кожаный мешочек и кладет его рядом с моей кружкой, затем вынимает маленький флакон с прозрачной жидкостью. — Это эликсир стабилизации. Его используют молодые и сильные ведьмы, которым трудно контролировать свои развивающиеся силы. Тебе стоит принимать его по утрам, но можно и днем, если почувствуешь недомогание. Он не закончит то, что началось внутри тебя, но поможет держать дар под контролем, а не наоборот. В мешочке хватит на несколько дней.

— Спасибо, — улыбаюсь я. Старый аптекарь похлопывает меня по руке и садится, отмахиваясь от благодарностей. Я перекатываю флакон между пальцами, наблюдая, как жидкость стекает по стеклу. — Нам нужно найти остальных до того, как это сделает Семен. Мы не можем позволить ему создавать новых гибридов или подвергать этому других вампиров.

— Остальных? — переспрашивает Коул.

— Кассиана и Валентину. Они – два последних вампира древнейших поколений. Семен охотится за самыми старыми вампирами, якобы, из них получаются лучшие гибриды.

Перья Эрикса позвякивают, когда он поворачивается на стуле.

— Как мы их найдем?

— Кассиана, наверное, найти проще. Он почти никогда не покидает Рим.

— Он уже покинул, но ушел недалеко, — говорит мистер Хассан, привлекая всеобщее внимание. Он смотрит на меня с легкой улыбкой. — Пока ты отдыхала, твой Жнец попросил меня узнать, где находятся оба вампира.

— Он не мой Жнец, — бурчу я в кружку.

— Я поговорил с аптекарем Рима, — продолжает он, не смущаясь. — Она сказала, что Кассиан уехал в Равелло. Он с ковеном ведьм.

Коул поднимает брови, но не отрывается от еды.

— А Валентина? Есть идеи, где она?

— Пока нет, но я продолжу искать. Если найду, отправлю вам сообщение, — отвечает мистер Хассан, подталкивая тарелку басбусы к Давине. Наши взгляды встречаются на мгновение, прежде чем мы обе отворачиваемся.

Эдия легонько толкает меня локтем.

— Ты знаешь Валентину, Лу? Не помню, чтобы ты о ней упоминала.

— Нет, никогда не встречалась. Слышала ее имя мельком, но она всегда держалась в тени. Она – вампирша, которую создал Арне Ларсена, того, кого Семен превратил в гибрида с огромным членом, — улыбаюсь я, когда Эрикс давится фалафелем. — Кассиан, возможно, знает ее. Он всегда следил за происходящим среди нашего вида.

Наступает момент, когда мы все молча переглядываемся, понимая: нужно найти других раньше Семена.