Бретт Кинг – Радикс (страница 46)
— Двигай на автомагистраль I-105 Восток, — приказал ему Бринстон. — Оттуда попадем на I-110 Северную. Вперед!..
Государственная больница Линда Виста была построена в 1937 году и служила восточным подразделением Центрального лос-анджелесского госпиталя для рабочих железнодорожников из Санта Фе. Теперь же здание в стиле модерн окружала сетчатая металлическая изгородь, а наверху была пропущена колючая проволока. Лечебная деятельность прекратилась тут в 1990-м, с тех пор Линда Виста простояла — и не без изящества — еще пару десятилетий и служила естественной декорацией для съемок фильмов. Несколько лет тому назад Бринстон проезжал через Бойл Хейтс и узнал здание — он видел его в многочисленных телесериалах на медицинские темы, а также в низкобюджетных фильмах ужасов.
Свернув на Саут Чикаго, водитель Боб притормозил у здания в испанском стиле с портиком и красной черепичной крышей. Перед широкими воротами валялся сломанный замок. Бринстон выпрыгнул из «Линкольна» еще до того, как он остановился, огляделся по сторонам. Джордан приготовила наушники, через пару секунд вся команда присоединилась к нему. Пока Бринстон размышлял, как лучше проникнуть в здание бывшей больницы, бойцы разобрали и зарядили пистолеты-автоматы «Хеклер и Кох МР5».
— Двигаемся быстро, возможны непредвиденные обстоятельства. Если увидите Мецгера, сразу валите его, без вопросов. Когда войдем, разобьемся на две команды. Ты, Боб, будешь прикрывать. — Джон выдержал паузу. — И спасибо всем за то, что помогаете вернуть мне семью.
Ребята кивнули, давая понять, что признают его план и принимают благодарность.
Бринстон понимал: с его планом были согласны все, кроме водителя Боба. По реакции парня было видно — он рвался в бой, хотел быть в первых рядах. Но он был самым опытным в группе снайпером, и никто не пытался это оспорить. Глаза Боба говорили о том, как претит ему задание, однако он взял свою снайперскую винтовку-полуавтомат «PSG-1» и занял позицию с внешней стороны портика, чтоб видеть каждого, кто может открыть дверь особняка. Бринстон опустил Баньши на коврик под сиденьем, затем закрыл дверцу машины. Кошка смотрела на него единственным глазом, хвост нервно дергался из стороны в сторону, и вдруг резко и громко зашипела.
Бринстон понял: ей, как и Бобу, тоже не очень-то нравится ее положение.
Он двинулся по дорожке, толчком ноги распахнул ворота. Бросился вперед к входу, следом за ним, передвигаясь зигзагом, поспешили его бойцы. Окно возле двери было выбито. Бринстон остановился возле него.
— Глушители привинтили?
Все закивали в ответ. Джон оглядел всю компанию — на них были бронежилеты из кевлара и полное обмундирование спецназовцев.
— Входим и зачищаем пространство? — осведомился Клауд.
— Ответ отрицательный, — сказал Бринстон. — Там, внутри, моя семья. Места для ошибок нет.
Он проверил служебный выход на наличие взрывчатых веществ. Обнаружив, что здесь все чисто, вошел в здание и оказался в бывшей приемной больницы. Обстановка его удивила. Он рассчитывал увидеть заброшенные и замусоренные помещения с забитыми досками окнами. Но первый этаж Линда Виста содержали просто в образцовом порядке, очевидно с целью привлечь киношников. С виду совершенно нормальная больница — постели, медицинское оборудование, — готовая к приему пациентов, вот только самих пациентов видно не было. И еще здесь царила мертвая тишина, от которой по коже бежали мурашки. Где, как не здесь, подумал Джон, снимать фильмы о сверхъестественных силах и фантастических кошмарах, начиная от зловеще хихикающей маленькой девочки и заканчивая призраком умалишенного, запертого в клетке.
Люди разбежались в разные стороны и быстро осмотрели помещение — все чисто, — затем двинулись дальше. В наушниках прорезался голос Джордан: «Чисто. Чисто!». Бринстон шел с Клаудом и Тилтоном, продвигаясь по помещениям первого этажа, они сообщали об обстановке. Пока все шло нормально. И тут вдруг у Бринстона завибрировал мобильник. Он ответил.
— И кто они, твои дружки? — раздался голос Мецгера. — Лос-анджелесский департамент полиции? ФБР?
— Я с копами не работаю. Я их не люблю, так же, как и ты.
В трубке послышался смешок.
— Почему так, доктор Бринстон?
— Долгая история. Отдай жену и ребенка, и я расскажу ее тебе за кружкой холодного пива.
Снова смешок.
— Знаешь, ты мне почти что нравишься.
— Рад слышать. Где Кайлин и дочь?
— Хочешь знать? — дразнящим тоном протянул Мецгер. — А ты попробуй, найди нас сам, — и Мецгер отключился.
Бринстон выглянул из окна. Он приказал водителю Бобу занять позицию за портиком. Но того не было видно. Бринстон попробовал связаться с ним. Ответа не последовало.
— Где Боб? Кто-нибудь его видел?
— Не знаю, — проворчал Тилтон. — Он же у нас безбашенный. Любит лезть на рожон.
— Если маньяк его раскусит, — мрачно заметил Бринстон, — заплатят за это моя жена и дочь.
Мецгер заметил мужчину с длинными сальными волосами на лестнице внутри здания. Жаль, что не Бринстон, подумал он, однако почувствовал: с этим парнем можно хорошо позабавиться. Сразу видно, что он буян и к тому же строптив. Готов к решительным действиям. Ему приказали занять позицию на выходе из больницы. В тот момент Мецгер торчал у окна, все видел, хотя и рисковал быть замеченным. И, как и следовало ожидать, этот тип покинул свой пост. Почему? Наверное, захотел искупаться в лучах славы, выследив самого знаменитого в мире наемного убийцу. На физиономии — самоуверенная ухмылка.
Мецгер бесшумно последовал за ним. Добыча не имела о том ни малейшего представления. Мецгер залюбовался оружием этого парня. Он прекрасно видел снайперскую винтовку-полуавтомат, которую тот перекинул через плечо. Пять месяцев тому назад в Гамбурге ему удалось одним выстрелом снять агента тамошних спецслужб, вооруженного точно такой же «PSG-1». Опасное оружие, если попадет не в те руки.
Мужчина поцеловал кольцо на пальце. На голой руке, которой он придерживал винтовку, была вытатуирована надпись: «УБЕЙ ИЛИ УБЬЮТ ТЕБЯ». Вот кредо этого типа, подумал Мецгер, выведено чернилами на коже. Водя из стороны в сторону стволом «Хеклер и Кох», мужчина дошел до конца лестницы, огляделся по сторонам. И затаил дыхание, увидев футах в тридцати от себя женщину, привязанную к стулу. Нет сомнения, этот тип вообразил, что освободить ее будет просто. Что ж, пора вернуть его к реальности.
— Прошу прощенья, вы заблудились? — спросил Мецгер с самым добродушным видом — ну в точности сосед, пожелавший познакомиться с новыми обитателями на своей улице.
Парень вскинул пистолет. Мецгер вытащил свой и прострелил ему запястье, а затем и бицепс той же руки. «Хеклер и Кох» с грохотом покатился по полу. Пришелец зажимал другой рукой кровоточащую рану, зрачки его сузились от боли.
— О'кей, удивил, — прошипел мужчина. — Вот только зря ты меня не убил, пока был шанс.
Мецгер усмехнулся, продолжая сочувственно взирать на свою жертву.
— Почему это?
— Потому, что одно преимущество уже потерял. Я тебя узнал. Ты Эрих Мецгер.
— Стало быть, теперь у тебя преимущество. Потому как я не имею чести знать, кто ты такой.
— Боб Макинтайр. И, друг мой, ты скоро пожалеешь, что узнал это имя, — с этими словами Боб левой рукой потянулся за снайперской винтовкой.
Мецгер выстрелил дважды, пули с глухим чмоканьем вонзались в плоть. Он прострелил Бобу обе коленные чашечки. Боб рухнул на пол, испустив стон, потом перекатился на бок, скорчился от невыносимой боли. Лицо блестело от холодного пота.
Он борется с болью. Крепкий, однако, орешек, этот парень.
— Ты был прав, сказав, что я упустил шанс прикончить тебя. — Глаза Мецгера отливали ледяным блеском. — Поверь, на свете не так много вещей, способных доставить мне такое удовольствие, как убить ирландца. Но с чего это ты вообразил, что это был мой последний шанс, а?..
Зрачки дико расширенных глаз Боба сузились еще больше. Он застонал, потом спросил:
— Любишь поиграть в игры, верно?
—
Глава 37
Габриэль Битонти поджидал Рыцаря на крыльце дома. Несмотря на почтенный возраст, лицо у доктора из Ватикана было какое-то по-младенчески пухлое и розовощекое, обрамленное венчиком темных вьющихся волос. Костюм скромный, но пошит отлично.
— Как Папа? — осведомился Рыцарь.
— Его Святейшество в добром здравии. Спасибо, что спросили.
Проходя через застекленный атриум, Битонти любовался панорамным видом на заснеженные луга и леса. Рыцарь пригласил его зайти в библиотеку.
— Хорошо, что вы прибыли без промедления, — заметил он, опускаясь в плетеное кресло-качалку. — У меня новости, которые, надеюсь, порадуют Папу. Скоро в моих руках окажется Радикс.
— Но как такое возможно? — Битонти всем телом подался вперед. — Радикс исчез много веков назад.
— А теперь найден.
Обдумывая услышанное, доктор откинулся на спинку кресла.
— Если все обстоит именно так, я должен осмотреть эту реликвию прежде, чем ее увидит Папа.
— Разумеется, — ответил Рыцарь и стал набивать трубку табаком. — Именно за этим я вас сюда и пригласил. У вас репутация скептика.
— Что верно, то верно. Я изучал и исследовал сотни так называемых чудес и разоблачал их. Приступал к каждому такому исследованию как пессимист и молился о том, чтоб, завершив его, стать оптимистом. Но случалось это, увы, не часто.