Бретт Холлидей – Бриллианты вечны (страница 83)

— Но каким образом его отравили? — прервал я его. — А если его отравили, зачем понадобилось его еще и заколоть?

— Сейчас анализируют полученные результаты. Точно я не знаю, какой был яд. А что касается маленькой шпаги с часов, то предполагают, что смерть наступила до того, как шпага вонзилась в его тело.

Рассеянный взгляд Лорна не отрывался от часов. Сю издала какое-то восклицание, а Лорн сухо продолжал:

— Еще не установлено, какой яд был применен и каким образом введен в организм убитого. Не исключается даже возможность самоубийства. Надо ожидать экспертизы специалистов. Вот почему вас пока освободили, мистер Сандин.

Мне не нравилось его выражение "пока". Но поскольку его услуга была значительна, я проигнорировал его слова и сказал:

— Любопытно, что ваша догадка подтвердилась, вы лишь ошиблись в отношении средства убийства.

— Ну, — сказал он, не напуская на себя излишней скромности, — маленькая шпага сразу показалась мне странным и неподходящим орудием убийства. Это вызвало у меня подозрение, что в этом деле применялись необычные приемы, но я не предполагал отравления.

— Яд указывает на заранее обдуманный умысел, не так ли? — предположила Сю.

— Или на некоторую подготовленность к действию, — сухо сказал Лорн и прибавил недовольным тоном; — Я был удивлен, что произошло не то, чего я ожидал.

Он помедлил, задумавшись, затем продолжал:

— Отравление и удар кинжалом. Это кажется неразумным. Но я уже говорил, что, возможно, мы имеем дело с исключительным преступником. Вы желаете узнать подробности следствия? Мне, к счастью, удалось установить хорошие отношения с полицией, и я могу сказать вам...

— Не надо! — резко сказала Сю.

— Отлично, — невозмутимо продолжал детектив. — Теперь послушайте, мистер Сандин: мисс Телли высказала предположение, что человек, напавший на вас во дворе, ее похититель и убийца — одно и то же лицо. Каково ваше мнение?

— Это вполне возможно, — ответил я, — Но ничего нельзя утверждать с абсолютной уверенностью. Я не смог бы опознать стрелявшего в меня человека, мисс Телли не видели своего похитителя, и никто из нас не видел убийцы.

— У вас нет никаких примет, по которым можно было бы опознать человека, стрелявшего в вас?

— Нет. Все мои впечатления — это шаги, выстрелы и прикосновение к его пальто. Оно было из грубого материала, вот все, что мне известно. Опознать его нельзя. Но почему-то мне кажется, что убитый был тем человеком, который похитил мисс Телли.

— Если он был тем самым человеком, — в недоумении сказала Сю, — почему его убили? Кто его убил?

Я вспомнил фигуру, мелькнувшую через полосу света из открытой двери моей комнаты. Я вспомнил изящные пальцы, державшие маленький кинжал. Я вспомнил, что кинжал был возвращен на свое место на часах.

— На это можно дать много ответов, — спокойно сказал Лорн. — Но, вероятно, он был убит вторым лицом, желавшим завладеть средством доказательства вашего тождества. Он мог подумать, что это удалось вашему похитителю: вспомните, что убитый еще больше осложняет дело. Насколько я понял, — поспешно добавил он, — вы сказали мистеру Сандину об этом все?

— Да, — коротко ответила Сю. Я в раздумье проговорил:

— Тогда нам придется признать, что существует заговор, имеющий целью ограбить мисс Телли.

— Полагаю, мы неизбежно должны признать это, — сказал Лорн.

— Каков же тогда их план? Мисс Телли говорила, что имеющийся у нее сувенир сам по себе не имеет ценности.

— Вы сами можете ответить на этот вопрос, мистер Сандин, — сказал Лорн. Он откинулся на спинку стула и закрыл глаза.

— Очевидно, вместо мисс Телли намереваются подставить другую девушку.

— Конечно, — сказал Лорн. — Подставное лицо — основная идея интриги. Мы не должны забывать этого. Другого пути нет. Следовательно, существуют, по меньшей мере, два лица, знающие тайну: похититель и девушка, которую он намерен подставить. Наверно, ему пришлось найти девушку примерно одного роста с мисс Телли и сходной внешности и сообщить ей сведения о мисс Телли и ее матери. Затем он должен добыть документы, которые вы необдуманно дали на хранение Ловсхаймам.

На последних словах он сделал ироническое ударение, будто разделял мои сомнения в отношении честности Ловсхайма.

— И самое важное: он должен раздобыть сувенир, с помощью которого можно установить тождество мисс Телли. Цель вашего похищения могла заключаться в том, чтобы подвергнуть вашу комнату тщательному обыску во время вашего отсутствия. Или...

Он сделал паузу и так долго глядел на огонь полузакрытыми глазами, что пальцы Сю стали нервно двигаться, а я начал беспокойно ерзать на стуле.

— ...или, — продолжал Лорн, — он намеревался обыскать вас, предполагая, что вы носите сувенир при себе.

Я поспешил успокоить Сю.

— Теперь все в порядке. Теперь вы в полной безопасности.

— О! — сказала она слабым голосом. — Не обращайте на меня внимания. Просто я никак не могу избавиться от воспоминаний. Продолжайте, мистер Лорн.

— Я собирался сказать, что могут быть и другие планы. Например, попытаться втереться к вам в доверие и этим путем узнать местонахождение сувенира. Или же кто-нибудь может разыграть роль вашего брата.

— Роль моего брата?! — удивилась Сю.

— Конечно!

Лорн, казалось, начинал терять терпение.

— Любой молодой человек, говорящий с американским выговором и кое-что знающий об Америке и ваших семейных делах, может убеждать вас, что он — ваш брат.

— После чего я должна была бы передать ему сувенир! Отлично, я этого не сделаю. Френсис не увидит его, пока не покажет мне свой.

— Но послушайте, Лорн, — вступился я. — Во всех этих планах имеется существенный изъян. Ведь вы-то знаете подлинную Сю и ее настоящего брата.

— К сожалению, во всех случаях только я являюсь помехой. Но выход очень прост. Вы убедились, что здесь действуют люди, быстро и ловко применяющие оружие. А мертвецы молчат.

— О! — воскликнула в ужасе Сю. — Вы не должны так думать, мистер Лорн.

— Почему же? Это очевидно, и я привык к опасности.

— А что они могут сделать со мной? — спросила Сю.

Ее глаза широко открылись от ужаса, а лицо побледнело. Я бросился к ней. Об этом действительно было страшно подумать. Но Лорн успокоил ее.

— О, не думайте об этом, мисс Телли, — непринужденно сказал он. — Пока сувенир не найден, он будет служить вам защитой.

Выражение ее лица смягчилось под влиянием непринужденной уверенности, звучавшей в его словах. Но я размышлял: уже были обыски, похищение. От них могут перейти к угрозам и даже пыткам! А когда завладеют сувениром, то Сю навсегда уберут с дороги. Пять миллионов! Если бы сумма была поменьше, но пять миллионов! В средствах разбираться не будут; предыдущая ночь показала это. Я не мог сказать этого вслух, не мог добавить новых тревог к ее ужасу. А она была непоколебима, точно скала, в своей решимости не уезжать отсюда.

— Может быть, вы телеграфируете Френсису и попросите его ускорить приезд?

— Нет, — непреклонно заявила она. — Я не стану просить.

— Глупости, — сказал я. — Дело очень серьезное и из-за мелочной гордости...

— Мелочной гордости!

Она встала, и глаза ее загорелись гневным блеском.

— Успокойтесь же, мисс Телли, — спокойно проворчал Лорн. — Мы понимаем ваше положение. Я сам пошлю телеграмму мистеру Телли.

— Я не потерплю этого.

— Тогда я сделаю это, — мрачно сказал я, хотя мне, как всякому нормальному человеку, было неприятно вмешиваться в чужие дела.

— Вы не сделаете этого, — сказала Сю и снова села.

— Тогда расскажите все полиции и попросите разрешения на выезд...

— Я этого не сделаю, — сказала Сю ласковым тоном.

Лорн выразительно откашлялся.

— С телеграммой вашему брату можно подождать, — сказал он. — Во всяком случае сейчас это нам не поможет. Мистеру Телли нужно время, чтобы добраться сюда, а все это дело, вероятно, разрешится раньше его приезда. Мы можем выехать навстречу ему, как только нам разрешат, или подождать его здесь, как предпочтет мисс Телли. Но сейчас говорить о выезде бесполезно. Полиция не разрешит выехать никому из нас, независимо от причин, Это полностью исключается.

Он перевел задумчивый взгляд с Сю на меня.

— А что касается того, чтобы рассказать полиции все, что нам известно, я твердо придерживаюсь мнения, что это в высшей степени не умно.

Что же, он был прав!

Он снова помолчал, затем продолжал более оживленно.

— Есть ли у вас основания предполагать, мисс Телли, что Ловсхаймы участвуют в этом деле? Совершенно очевидно, что существует заговор, в котором действует не менее двух человек. Одному это не под силу.