Брендон Сандерсон – Колесо Времени. Книга 14. Память Света (страница 28)
Стоп. Одна отделилась от остальных. Она почти здесь. Авиенда?
Ранд встал, подошел к выходу и отбросил клапан.
Авиенда застыла на месте – такое чувство, будто она собиралась тайком проскользнуть к нему в шатер. Девушка вздернула подбородок и посмотрела Ранду в глаза.
Ни с того ни с сего тишину разорвали возгласы, и Ранд только сейчас заметил, что охраны нет на месте. Вместо этого Девы устроили лагерь неподалеку от его шатра и теперь кричали на Ранда. Эти вопли не были восторженными или радостными – каких он мог ожидать. Отнюдь – его осыпали оскорблениями, причем самыми чудовищными, а некоторые ярко живописали, что сделают с определенными частями его тела, когда сумеют его изловить.
– Что это такое? – оторопел Ранд.
– Они не всерьез, – объяснила Авиенда. – Для них это символизирует, что ты забираешь меня у Дев, – но я уже покинула их ряды, когда решила стать Хранительницей Мудрости. Это… обычай Дев. Вообще говоря, знак уважения. Если бы ты им не нравился, они вели бы себя совсем иначе.
Ох уж эти Айил…
– Погоди, – сказал он. – Я тебя забираю? Каким образом?
Авиенда снова посмотрела ему в глаза, и щеки ее порозовели. Авиенда? Зарделась? Вот дела…
– Пора бы понять, – сказала она. – Будь ты внимательнее, когда я говорила о нас с тобой…
– Увы, у тебя был не ученик, а шерстеголовый болван.
– Повезло ему, что я решила продлить обучение. – Авиенда подступила на шаг ближе. – Есть многое, чему мне все еще нужно тебя обучить. – Девушка покраснела пуще прежнего.
О Свет, какая же она красивая! Но Илэйн тоже красавица… а Мин… а…
А он глупец. Ослепленный Светом идиот.
– Авиенда! – сказал Ранд. Я люблю тебя. Всем сердцем люблю. Но в том-то и беда, чтоб ей сгореть! Я люблю вас всех. Всех троих. Разве можно смириться с этим и выбрать…
Вдруг она расхохоталась:
– Ты и впрямь глупец! Да, Ранд ал’Тор?
– Временами. Но о чем ты…
– Мы – первые сестры, Ранд ал’Тор. Илэйн и я. Когда я получше узнаю Мин, она присоединится к нам. И мы втроем разделим все, что у нас есть.
«Первые сестры»? С учетом этой странной связи он должен был что-то заподозрить. Ранд схватился за голову. «Мы
Нет ничего хорошего в том, чтобы бросить наедине со страданиями четырех женщин, связанных с ним узами, но… Эта влюбленная в него троица? О Свет, Ранду совсем не хотелось принести им боль!
– Многие говорят, ты изменился, – продолжила Авиенда. – Я вернулась совсем недавно, но уже устала выслушивать эти рассказы. Что ж, лицо твое безмятежно – в отличие от чувств. Неужели мысль о том, чтобы принадлежать нам троим, наводит на тебя такой ужас?
– Мне этого хочется, Авиенда. Сгореть мне от стыда, но хочется. Но боль…
– Ты же принял ее, разве нет?
– Не моя боль страшит меня, но ваша.
– Значит, мы настолько слабы, что не вынесем того, что вынес ты?
Этот ее взгляд… Ранд вконец лишился присутствия духа.
– Конечно же нет, – ответил он. – Но как можно причинить боль тем, кого любишь?
– Мы сами решаем, принять или нет эту боль, – вздернув подбородок, заявила Авиенда. – Ранд ал’Тор, ты пытаешься все усложнить, хотя ответить проще простого. Скажи «да» или «нет», но предупреждаю: или все трое, или ни одной. Мы не позволим тебе посеять раздор между нами.
Он помедлил, а затем, чувствуя себя конченым распутником, поцеловал ее. За спиной у него Девы – Ранд и думать забыл, что стоит у них на виду, – принялись выкрикивать новые, еще более громкие оскорбления, хотя в них слышалась неуместная радость. После поцелуя Ранд погладил Авиенду по щеке:
– Дуры вы, дуры. Все трое.
– В таком случае все хорошо. Мы такие же, как ты. Тебе следует знать, что теперь я Хранительница Мудрости.
– В таком случае я тебе не ровня, – сказал Ранд, – поскольку только что начал понимать, что мудрость мне совсем не свойственна.
Авиенда фыркнула:
– Довольно разговоров. Веди меня в постель!
– О Свет! – воскликнул Ранд. – Не слишком ли бесцеремонно? Что, у Айил так принято?
– Нет. – Девушка снова покраснела. – Просто… я не очень искусна в подобных делах.
– Это вы втроем решили, да? Договорились, кто ко мне придет?
После паузы она кивнула.
– И у меня никогда не будет права выбора?
Она помотала головой, и Ранд со смехом притянул ее к себе. Поначалу Авиенда напряглась, но затем растаяла.
– Так что, сперва я должен сразиться с ними? – кивнул он в сторону Дев.
– Только в случае свадьбы. Если мы решим, что за такого безмозглого дурака стоит выходить замуж. И сражаться будешь не с Девами, а с нашей родней. Как вижу, ты пропустил мимо ушей все мои наставления.
– Что ж… – Ранд посмотрел на нее с высоты своего роста. – Рад, что можно обойтись без драки. Не знаю, сколько у нас времени, и до утра я надеялся хоть немного вздремнуть. Но… – Перехватив ее взгляд, он осекся. – Сна мне не видать, верно?
Авиенда решительно кивнула.
– Ну что поделать! На сей раз хотя бы не буду волноваться, что ты замерзнешь до смерти.
– Но может статься, что умру от скуки, Ранд ал’Тор, если не перестанешь молоть языком.
Под выкрики Дев, еще более громкие, цветистые и оскорбительные, Авиенда взяла его за руку и нежно, но настойчиво потянула в шатер.
– Подозреваю, дело в каком-то тер’ангриале, – сказала Певара. Она сидела на корточках рядом с Андролом в одном из складов Черной Башни и находила эту позу весьма неудобной. В кладовой пахло пылью, зерном и деревом. Большинство здешних строений возвели совсем недавно, и этот склад не был исключением. Кедровые доски еще не высохли.
– Вам известно о тер’ангриале, который препятствует открытию переходных врат? – спросил Андрол.
– Нет, ничего конкретного. – Певара устроилась поудобнее. – Но принято считать, что о тер’ангриалах нам известна лишь малая толика того, что о них знали в прежние времена. Их разновидностей тысячи; и если Таим – приспешник Темного, у него есть доступ к Отрекшимся, а те, пожалуй, способны объяснить ему, как создавать и использовать такие вещи, о которых мы можем только мечтать.
– Значит, надо найти этот тер’ангриал, – сказал Андрол. – И заблокировать его. Или, по крайней мере, выяснить, как он действует.
– А потом сбежать? – спросила Певара. – Разве вы не пришли к выводу, что побег – не лучший вариант?
– Ну… да, – признал Андрол.
Певара сосредоточилась и сумела уловить отголоски его мыслей. Она слышала, что узы позволяют сопереживать Стражу, но связь между нею и Андролом оказалась более глубокой. Он… Да, он и впрямь страдал, что не может открыть переходные врата. Утратив эту способность, Андрол чувствовал себя обезоруженным.
– Таков мой талант, – с неохотой произнес он, зная, что рано или поздно Певара выяснит, что к чему. – Я умею плести переходные врата. По крайней мере, умел.
– Правда? С вашим уровнем владения Единой Силой?
– Вернее сказать, его отсутствием.
Певара чувствовала, о чем думает Андрол. Он смирился с тем, что слаб, но опасался, что эта слабость делает его непригодным для роли лидера. Занятная смесь уверенности в себе и застенчивости…
– Да, – продолжил он, – для Перемещения требуется громадный объем Единой Силы, но я могу открывать переходные врата большого размера. До того как тут все пошло наперекосяк, мне удалось создать врата, шириной в тридцать футов.
– Вы преувеличиваете! – удивленно заморгала Певара.
– Показал бы, да не могу. – Ни малейшего намека на ложь.
Или он говорит правду, или это заблуждение, вызванное его безумием. Певара молчала, не зная, как реагировать на его слова.
– Ничего страшного, – продолжил Андрол. – Я знаю, что со мной… не все в порядке. Как и с большинством из нас. Поспрашивайте парней насчет моих переходных врат. Котерен называет меня пажом не без причины. Просто единственное, что я умею, – препровождать людей из одного места в другое.
– Это выдающийся талант, Андрол. Представляю, с каким интересом его изучили бы в Башне. Только подумайте, сколько людей родились с подобным даром, но так и не узнали о нем – ведь плетения для Перемещения оставались неизвестными!