Брендон Сандерсон – Архив Буресвета. Книга 4. Ритм войны. Том 2 (страница 20)
В конце концов она двинулась дальше и попыталась справиться с плохим настроением. Вероятно, ей следовало бы наслаждаться декламацией для человеков – ведь музыка ей действительно нравилась. Но Венли не упустила из вида, что Джакслим все время направляла гостей к дочери. Мать не хотела, чтобы они увидели, как она ошибается.
Вероятно, это и был истинный источник раздражения Венли. Сгусток беспокойства, гноящийся в животе, заставляющий чувствовать себя беспомощной. И одинокой.
Неподалеку, на улице, слушатели изменили ритмы. Венли догадалась, в чем дело, даже до того как обернулась и увидела Эшонай, шагающую сквозь толпу. Конечно, все ее знали. Она была той, кто открыл человеков.
Венли хотела подойти к ней. Но… зачем? Сестра ее не утешит. Только снова начнет болтать о мире человеков, их городах и тайнах. И ни слова о реальных проблемах дома, которые Эшонай продолжала игнорировать.
Вместо этого Венли проскользнула между двумя маленькими домиками и оказалась на другой стороне улицы. Может быть, стоит выбраться в поля и повидаться с Демидом. Она двинулась в ту сторону… потом передумала. Нет, они решили не показывать людям, как используют буресвет для выращивания растений. Песни предупреждали, что этой тайной нельзя делиться. Значит, сейчас никто не работал на полях, и Демида там не будет.
Вместо этого Венли спустилась на плато, где могла побыть одна. Только она и спрены жизни. Она настроилась на ритм мира, чтобы проверить время, затем села и уставилась на разбитые плато, пытаясь умерить свое беспокойство о матери. Неужели ей придется стать хранительницей песен? Она похвалялась этим перед теми слушателями, но теперь была недовольна своим бахвальством.
Венли не хотела заменять Джакслим. Она хотела вернуться к тому, что было до появления человеков.
Едва подумав об этом, она увидела человеческую женщину, которая покинула город и шла в ее сторону. Венли вздохнула. Неужели ее не могут оставить в покое хоть на миг? Ну, они считают, что она не говорит на их языке – значит, можно притвориться дурочкой. И… для этого не понадобится много усилий. Их безжизненный мертвый язык было трудно понять.
Женщина жестом попросила разрешения, затем села рядом с Венли. Это у нее были кольца на обнаженной руке. Венли говорили, что это какая-то лекарка. Она не казалась важной персоной. Почти все игнорировали ее – она была по большому счету служанкой.
– Впечатляет, не правда ли? – произнесла женщина на языке слушателей, оглядывая Равнины. – Должно быть, здесь произошло что-то ужасное. Не похоже, что эти плато могли образоваться естественным путем.
Венли настроилась на ритм тревоги. Женщина произносила слова без ритма, да, но они были совершенно понятны.
– Как… – начала Венли, а потом загудела в ритме предательства.
– О, мне всегда хорошо давались языки, – ответила чужачка. – Меня зовут Аксиндвет. Хотя немногие здесь знают меня под этим именем, но тебе я его доверю.
– Почему?
– Потому что я думаю, что мы станем друзьями. Венли, меня послали разыскать кого-то вроде тебя. Того, кто помнит, каким был ваш народ. И хочет восстановить утраченную славу.
– Мы славны! – сказала Венли, настраивая ритм раздражения и вставая.
– Славны? – повторила Аксиндвет. – Живя в кремных хижинах? Делая орудия из камня, потому что забыли, как ковать металл? Проживая отпущенный срок в двух формах, в то время как раньше их были десятки?
– Да что ты об этом знаешь? – сказала Венли, собираясь уйти.
Ее матери было бы очень интересно услышать, что один из человеков скрывал способность говорить на их языке.
– Я знаю много о слишком многих вещах, – сказала женщина. – Венли, хочешь узнать, как получить одну из форм власти?
Венли оглянулась:
– Мы от них отказались. Они опасны. Они позволили старым богам управлять нашими предками.
– Разве не странно, – заметила Аксиндвет, – как сильно ты полагаешься на то, что говорили твои предки? Какая-то кучка старых мощей, с которыми ты не была знакома? Если бы ты собрала наугад группу слушателей из других семей, позволила бы им определить свое будущее? А ведь они такими и были, твои древние предки. Случайными.
– Вовсе нет, – ответила Венли в ритме восхваления. – У них была сила. Они бросили своих богов, чтобы обрести свободу.
– Да, – сказала Аксиндвет. – Я полагаю, они так и поступили.
Венли продолжила свой путь. Что за глупая баба.
– Знаешь, существовали формы власти, которые могли исцелять, – рассеянно заметила женщина.
Венли застыла на месте. Затем она развернулась, снова настроившись на ритм предательства. Откуда чужачка знает про ее мать?
– Да, – сказала Аксиндвет, поигрывая одним из своих колец и глядя в сторону от Венли. – Твой народ когда-то вершил грандиозные дела. Твои предки – те, кого ты почитаешь, – могли быть храбрыми. Но задавалась ли ты когда-нибудь вопросом о том, что они не оставили вам в песнях? Замечала дыры в их рассказах? Вы расплачиваетесь за их поступки, поколениями живя без форм. Изгнанные… Разве вы не достойны сделать выбор, как они когда-то, соизмерив формы власти с нынешней жизнью?
– Откуда ты все это знаешь? – спросила Венли, возвращаясь. – Откуда ты знаешь о формах власти? Кто ты такая?
Женщина вытащила что-то из удлиненного рукава. Светящийся самосвет. Кроваво-красный.
– Возьми это в бурю, – сказала она. – И разбей. Внутри найдешь тропу к спасению тех, кого любишь.
С этими словами Аксиндвет встала и ушла, оставив подарок лежать на камне.
53. Сострадание
Когда Венли закончила свой рассказ, Тимбре сделалась непривычно молчалива. Венли проделала долгий путь на шестой этаж, чтобы собрать отчеты для Рабониэли, и потратила время на повествование о том дне – дне, когда она сделала свой первый выбор на этом пути. Взяла самосвет и спрятала его от матери и сестры.
Венли могла сколько угодно твердить себе, что ее мотивы были благородными. Она знала правду. Она держала случившееся в секрете, потому что боялась, как бы сестра не отняла у нее славу в связи с открытием новой формы.
Вместо этого произошло обратное: Венли теперь проживала судьбу своей сестры. Венли встретилась с Тимбре. Венли стала Сияющей. Венли выжила. Это было доказательством того, что космер совершал ошибки.
Венли вошла в прохладную комнату на балконе шестого этажа, где занимались сбором разведданных. Рабониэль думала, что человеки намеренно уничтожили карты башни, и эта группа создавала свои собственные. Управление городом обещало стать той еще морокой, и Венли была рада, что не ей придется все организовывать.
Когда Венли вошла, певцы загудели в ритме восхваления, демонстрируя, как уважают ее. Даже два Царственных в вестоформе оказали почтение ей, Голосу. По первой же просьбе ей выдали подробные отчеты о том, что здесь происходило.
Начиная с седьмого этажа башня пустовала. Они выставили дозоры на всех лестницах, опасаясь, что после послабления ограничений запаниковавшие человеки попытаются спрятаться наверху. А ограничения на передвижение и впрямь вскоре придется снять. У человеков заканчивались еда и вода. Венли подозревала, что уже к концу дня Рабониэль отдаст приказ о возвращении к нормальной жизни.
Они обнаружили много Сияющих без сознания, которых зачастую другие человеки пытались спрятать в своих домах и защитить. Венли загудела в ритме жестокой насмешки, просматривая список. Глупым человекам повезло: Рабониэль была снисходительнее многих Сплавленных. Она велела наказать любого за укрывательство Сияющих, а их самих казнить – но тех, кто добровольно выдавал рыцарей, щадили.
Это был мудрый шаг: после оглашения ее приказа многих Сияющих выдали. Тех, кого обнаружили позднее, казнили, а с ними и по одному члену семьи укрывателей. Суровое, но справедливое применение закона. Тимбре нашла это ужасающим, а Венли удивилась, что Рабониэль не казнила всех.
«Ей для чего-то нужны эти Сияющие, – подумала она. – Для каких-то планов или экспериментов».
Венли не забыла, чем Повелительница желаний заслужила свою ужасную репутацию: давным-давно она создала болезнь, предназначенную истребить все человечество и покончить с войной.
Что ж, у Венли насчет Сияющих были свои идеи. Она вполуха слушала отчеты, пока вестоформа не сказала кое-что интересное.
– Погоди-ка, – встрепенулась Венли. – Повтори, что ты сказал.
– Лекарь-человек убил одного из наших во время расследования прошлой ночью, – послушно повторил мален.
– Я об этом не слышала.
– Мы сообщили вовремя, и один из Сплавленных немедленно взял на себя ответственность, поэтому мы предположили, что Рабониэль все знает. Этот человек взял с собой потерявшего сознание ветробегуна, когда бежал.
– Какому Сплавленному вы сообщили?
– Преследователю.
Тимбре тревожно затрепетала.
– А описание этого лекаря есть? – спросила Венли.
– Высокий мужчина, – сказал Царственный. – Волнистые волосы до плеч. Рабские клейма. Солдат, который был свидетелем этого события, утверждал, что человек излучал буресвет, но мы подозреваем, что солдат был просто напуган. Он оказался трусом, и его назначили в отряд мусорщиков.