Бренда Купер – Рассказы. Часть 1 (страница 57)

— Нет, здесь такого не было. — Младший чародей, сидя на камне, растирал от рождения изуродованную ногу. Он должен был прибегать к лечению каждые полчаса, и это отнимало у него много сил.

— Может быть, и так, однако если это сделал тот же человек, то он изменил своей обычной манере.

Ночью Маг снова видел сон, сон яркий, красочный, тревожный. Проснулся он с мыслью о Чародее Холмов.

— Давай заберёмся на холмы, — предложил он Клабфуту утром. — Надо узнать, не связаны ли мёртвые поселения с Чародеем Холмов. Посмотрим, нет ли на какой-нибудь вершине мёртвого пятна.

Так они совершили ошибку, которая чуть не погубила их.

Последний холм, на который они попытались взобраться, был из странной, рассыпающейся в пыль от прикосновения, породы. Они подошли к нему перед закатом солнца, когда и терпение их и холмы были уже на исходе.

Клабфут стоял на вершине холма, когда Маг добрался до него.

— Пошли отсюда, — сказал он, посмеиваясь, — никто в здравом уме не будет строить замки на этой груде песка.

Клабфут резко обернулся и крикнул:

— Уходи отсюда, ты же стареешь на глазах!!!

Маг быстро поднял руку к лицу: прямо под пальцами, он чувствовал это, проступали морщины, которые становились всё больше и больше. Поспешно, но крайне осторожно он повернул назад. С трудом подавил в себе желание бежать и шёл, бережно ставя ноги, ощущая похрустывание ставших вдруг совсем хрупких костей. При каждом шаге с головы его целыми клоками сыпались седеющие на глазах волосы.

Чуть позже, покинув предательский холм, Маг, чуть живой от усталости и бешенства, задыхаясь, прорычал:

— Это моя ошибка! Теперь я знаю, что он сделал! Клабфут, мы найдём мёртвое пятно внутри холма.

— Но сначала надо вернуть вам молодость! — Клабфут уже выкладывал из сумки необходимые принадлежности: кусок древесного угля, серебряный нож, мешочек с травами и листьями.

— Там, наверху, плохое место, что-то внутри холма засасывает Ману. Я думаю, ему часто приходится переезжать с места на место, и он поднял холм подобно штормовой волне, а когда Мана истощилась, холм рухнул, накрыв замок и всё окрест него. Но этот человек всё снова повторит.

— Вполне возможно, что именно так он и поступил. Но что он сделал с городком Хэтзерилл?

— Может статься, мы никогда этого не узнаем. Но одно я знаю: произошло что-то плохое, очень плохое. — Маг тронул пальцем морщинки у глаз.

VI

В тот день он бродил по торговым рядам города, разглядывая ковры. Обычно это очень приятная работа. Та часть торговых радов, где продавались ковры, была самой яркой и красочной. Аран — торговец коврами шёл по радам, и то там, то здесь его окликали по имени. Вокруг кипели торговые страсти.

Аран торговал в Ринилдиссене уже почти тридцать лет. Сначала как помощник Ллорагинези, потом сам. Большие морские корабли и караваны верблюдов доставляли сюда самые красивые и дешёвые ковры с островов и со всего материка.

Товар этот пользовался большим спросом: крупные торговцы и лоточники, а также богатые покупатели, желавшие украсить свои дома и дворцы, — все стекались в Ринилдиссен. Но сегодня великолепие и сверкание ковровых радов только раздражали Арана. Он шёл и думал об отъезде.

Какой-то лысый человек неожиданно вышел навстречу ему из-за горы выделанных сфинксовых шкур. Лысый, как яйцо птицы Рух, он однако выглядел молодым и здоровым. Обнажённый по пояс, как это принято среди портовых грузчиков, он носил штаны из отличного сукна, а двигался надменно и степенно. Аран почувствовал, как человек этот бесцеремонно разглядывает его, и поймал себя на мысли, что где-то они уже виделись.

Незнакомец проводил Арана долгим взглядом. Пройдя мимо, Аран обернулся и буквально подпрыгнул от удивления: на обнажённой спине человека сияла многоцветная пятигранная татуировка.

— Маг! — невольно вскрикнул Аран и тут же запнулся, пожалев о своей несдержанности.

Маг посмотрел на него укоризненно, как смотрят на неучтивых, невоспитанных прохожих. Он совершенно не изменился, только облысел. А ведь прошло почти 30 лет. Самому Арану без малого пятьдесят, лицо избороздили морщины, повествуя о богатой приключениями жизни, поседевшие волосы поредели, лишь клин чёлки одиноко темнел на лбу, свидетельствуя о вдовстве. Ему вдруг в мельчайших подробностях представилась их первая встреча.

Не раз в эти годы по ночам он мечтал, как отомстить Магу, но сейчас, при встрече, у него было только одно желание — поскорее уйти.

— Извините, — пробормотал он и вдруг неожиданно для себя добавил: — Но мы с вами уже встречались.

— Неужели? — холодно поинтересовался Маг. — Я что-то не припомню.

— Я когда-то пытался обокрасть вашу пещеру, — со свойственной ему прямотой ответил Аран.

— Ты? А, тот мальчишка из Атлантиды! Ну и как, ты больше не пытался воровать у чародеев?

— Я выбрал для себя менее опасное занятие, — спокойно ответил Аран, — и выбор этот во многом определён нашим недолгим знакомством.

— Нашим недолгим..? — Маг захохотал так, что все обернулись. Всё ещё смеясь, Маг подхватил Арана под руку и увлёк за собой.

Медленно, как бы прогуливаясь, они шли по торговому кварталу. Маг вёл Арана каким-то странным путём.

— Мы идём так потому, что мне это надо. Ну, а ты? Чем ты занимался эти тридцать лет?

'— Пытался избавиться от твоего стеклянного кинжала.

— Стеклянного кинжала? — переспросил Маг. — А, припоминаю. Но, надеюсь, у тебя осталось хоть немного времени для других дел, помимо этою?

Аран готов был разорвать Мага, но поскольку хотел кое-чего от него добиться, сдержался.

— Этим чёртовым кинжалом ты изуродовал всю мою жизнь! Ведь я вынужден был обогнуть ущелье Гвирин на обратном пути, а когда наконец добрался до Ринилдессена, то остался совсем без денег. Ни одной монетки для возвращения на Атлантиду. И ни гроша, чтобы заплатить чародею, чтобы тот вытащил твой кинжал из моей груди. Я нанялся телохранителем к торговцу коврами Ллорагинези, а теперь я самый крупный торговец коврами во всей округе. У меня здесь две жены, восемь детей и даже несколько внуков. Поэтому я уже и не надеюсь когда-либо вернуться в Атлантиду.

Они купили вина у уличного торговца, который продавал вино из двух бурдюков, висевших на плечах, и по очереди пили из большого медного кубка разносчика.

— Так что, удалось тебе вынуть кинжал? — спросил наконец Маг.

— Нет! И тебе это должно быть известно. Какое заклятие наложил ты на эту штуковину? Лучшие чародеи даже дотронуться до него не смогли. Если бы это удалось, разве я торговал бы сейчас коврами?

— А почему бы нет?

— Честно говоря, деньги у меня завелись довольно скоро. Но появлялись всё новые и новые чародеи, и я обращался к ним за помощью. Торговля коврами помогала мне раздобыть денег для оплаты чародеев. Наконец мне это надоело, я отказался от всяких попыток извлечь кинжал и решил лучше поберечь деньги. Зато я прославил твоё искусство повсеместно!

— Благодарю, ты очень любезен, — вежливо поклонился Маг, однако глаза его буквально искрились от смеха.

Аран почувствовал, как ему неприятна эта весёлость. Ему казалось, что Маг издевается над ним, и он решил побыстрее закончить беседу, задав последний вопрос:

— Я рад, что мы встретились, потому что у меня к тебе есть дело. Не мог бы ты мне что-нибудь сказать о чародее, которого зовут Холмотвор?

Лицо Мага окаменело.

— А что бы ты хотел узнать о нём?

— Правда ли, что его заклинания обладают какой-то исключительной силой?

Брови Мага удивлённо поползли вверх.

— Видишь ли, мы пытаемся ограничить применение магии в Ринилдиссене. — поспешно сказал Аран. — Население города и его окрестностей пострадает, если здесь истощится Мана и умрёт магия. Ведь тогда мы не сможем остановить наводнение, ураган, отразить нападение варваров.

— Да, да, конечно. Но всё же признайся, стеклянный кинжал изменил твоё отношение к магии?

— Это моё личное дело, Маг. Или ты хочешь прочесть мои сокровенные мысли?

— Извини, я не хотел тебя обидеть, продолжай.

— Надо сказать, от решения этого вопроса зависит не только благополучие Ринилдиссена. Если здесь исчезнет Мана, все морские тритоны вынуждены будут покинуть гавань. А здесь за доками — огромный город. И они управляют всеми портовыми устройствами, а всё рыболовство…

— Понятно. Я полностью с тобой согласен, ты же знаешь, — хмыкнул Маг. — По крайней мере должен знать…

— Извини, я продолжу. Опасения эти небезосновательны. Тому уже десять лет, как не видно ни одного живого дракона в окрестностях Ринилдиссена. Но и задолго до этого они начали как-то странно меняться. А когда я только пришёл сюда, на рынке ещё стояли палатки драконов… Что ты делаешь? — прервал вдруг свой рассказ Аран.

Маг поставил свой кубок на поднос разносчика и потянул Арана за рукав.

— Я тебя очень прошу, пожалуйста, пойдём, пока я не потерял свой путь.

— Путь?!

— Я следую туманному предначертанию. Меня ждёт неминуемая гибель, если я потеряю свой путь, а может, если не потеряю… Да, так в чём же твоя беда?

— Вот в этом, — и Аран указал на фруктовые прилавки.

Тролль внешне походил на большую человекообразную обезьяну: большая обезьянья голова на почти человеческом теле, от макушки до пят покрыт густой вьющейся шерстью. Судя по величине, это существо принадлежало к женскому полу, но грудей у него не было. В почти человеческой руке тролль держал плетёную корзину с большой дыней. Блестящие карие глаза — внимательные человеческие глаза — глянули на Арана, потом существо вернулось к созерцанию дыни.