Бренда Джойс – Маскарад (страница 3)

Лизи подошла к любимой старшей сестре:

– Разве не ты мне как-то сказала, дорогая, что брак служит определенной социальной цели?

Никто не мог объяснять тему более разумно, чем ее старшая сестра.

Джорджи закрыла глаза.

– Полагаю, ты также упомянула, что это взаимовыгодно для обеих сторон, – продолжила Лизи, зная, что в точности повторяет слова сестры.

Джорджи посмотрела на нее:

– Лизи, тогда мы обсуждали помолвку Хелен О'Дэл с этим глупым пижоном сэром Ланденом!

– Мама так предана своему долгу перед нами, – мягко проговорила Лизи. – Я знаю, она иногда ведет себя нелепо, но всегда старается сделать как лучше.

Джорджи подошла к столу и села, нахмурившись.

– Я и так чувствую себя ужасно, а тут еще ты…

Лизи села рядом с ней, взяв ее за руку:

– Ты обычно такая стойкая! В чем же дело?

Джорджи серьезно посмотрела на нее:

– Я просто думала не ходить на этот бал. Я надеялась провести вечер читая «Тайме» папы. Только и всего.

Лизи знала, что это не все. Но не может быть, чтобы она хотела избежать маминого сватовства. К тому же Джорджи всегда была покорно вежлива, когда другая женщина на ее месте чувствовала бы отвращение.

Джорджи вздохнула:

– Я никогда никого не встречу в «Адаре». Мама сошла с ума, если думает иначе. Если кто-то и может заполучить там мужа, так это Анна. Внимание уделяют только ей.

Это правда. Анна была такой красивой и беззаботной. И очень любила пофлиртовать.

– Ты что, завидуешь? – удивленно спросила Лизи, чувствуя, что права.

Джорджи скрестила руки на груди:

– Конечно же нет. Я очень люблю Анну. Все ее любят. Но это правда. Знатные кавалеры завтра вечером будут у Анны, а не у тебя или у меня. Так что какой смысл?

– Если ты действительно хотела остаться дома, то могла бы притвориться, что у тебя мигрень или жуткое несварение, – произнесла Лизи.

Джорджи посмотрела на нее, наконец-то улыбнувшись:

– У меня никогда не бывает мигрени и здоровье как у быка.

Лизи дотронулась до ее руки:

– Думаю, ты ошибаешься. Да, Анна кокетка, но ты такая умная и такая гордая! К тому же ты красивая, Джорджи, и однажды найдешь настоящую любовь, я в этом уверена. – Она улыбнулась. – И это может быть в «Адаре»!

Джорджи покачала головой, но она улыбалась.

– Ты начиталась дешевых романов. Ты такой романтик! Настоящей любви не существует. В любом случае я выше почти всех мужчин, которых встречаю, а это для них серьезное оскорбление, Лизи.

Лизи рассмеялась:

– Полагаю, что да, – но только до тех пор, пока ты не встретишь своего мужчину. Он может быть на голову ниже тебя, и, поверь мне, ему будет все равно, какой у тебя рост.

Джорджи откинулась на спинку стула:

– Разве не здорово, если Анна очень-очень хорошо выйдет замуж?

Лизи встретилась глазами с сестрой. Она могла прочитать ее мысли.

– Ты имеешь в виду кого-то очень богатого?

Джорджи закусила губу и кивнула:

– Мама будет так рада, и наше финансовое положение улучшится. Я не буду возражать, если мне придется остаться старой девой. А ты?

– Я знаю, что однажды ты найдешь своего возлюбленного! – воскликнула Лизи, искренне веря своим словам. – Я некрасивая и толстая, и у меня просто нет выбора, кроме как остаться незамужней. Да я и не против! – быстро добавила она. – Кому-то придется заботиться о маме с папой, когда они состарятся. – Она снова улыбнулась, но перед глазами возник образ Тайрела де Уоренна. – У меня нет иллюзий по поводу своей судьбы – так же, как я убеждена по поводу твоей.

– Ты не толстая, – сразу же запротестовала Джорджи. – Просто маленького роста и немного плотная. И ты очень хорошенькая! Ты просто не хочешь думать о моде. В этом мы очень похожи.

Но Лизи думала о Тайреле де Уоренне и его судьбе. Он заслуживал того, чтобы найти настоящую любовь. И однажды он найдет ее. Она хотела, чтобы он был счастлив. Очень хотела.

Ход ее мыслей изменился. Ей сказали, что на прошлый бал Тайрел нарядился арабским шейхом. Интересно, в каком костюме он придет завтра.

– Что ж, я и не надеялась, что мне удастся отделаться от бала, – проговорила Джорджи.

Лизи посмотрела на нее:

– Тебе нравится мой костюм?

Джорджи моргнула. Затем лукаво рассмеялась:

– Знаешь, многие женщины умерли бы за твою фигуру, Лизи.

– Что это значит? – с жаром спросила Лизи, зная, что стройная сестра намекает на ее пышные формы.

– У мамы будет удар, когда она увидит тебя в этом костюме, – весело захихикала Джорджи, а потом взяла ее за руку. – Ты выглядишь в нем чудесно.

Лизи надеялась, что Джорджи говорит правду. Она напомнила себе, что Тайрел не посмотрит в ее сторону. Ни разу. Но если это все-таки произойдет, она не хотела выглядеть как корова. Она молилась, чтобы он не посмотрел в ее сторону и не подумал, какое жалкое зрелище она являет собой.

– Может быть, ты скажешь мне, из-за чего краснеешь? – смеясь, поинтересовалась Джорджи.

– Мне жарко, – резко ответила Лизи, поднимаясь. – Я не краснею.

Джорджи подпрыгнула:

– Если ты думаешь, что меня можно одурачить, то ошибаешься! Я знаю, что ты как на иголках, потому что это твой первый бал в «Адаре». – Она улыбнулась.

– Я не влюблена. Уже нет, – настаивала Лизи.

– Конечно нет. Я хочу сказать, ты не смотрела влюбленным взглядом на Тайрела де Уоренна часами напролет на Дне святого Патрика. О нет. Ты не начинаешь внимательно слушать и не краснеешь каждый раз, когда его имя упоминается в разговоре. Ты не смотришь из окна кареты так, словно приклеена к нему, когда мы проезжаем «Адар»! Конечно же эта глупая влюбленность наивной школьницы в прошлом!

Лизи обхватила себя руками, молча признавая правоту слов Джорджи.

Джорджи обняла ее:

– Если считаешь, что больше не любишь Тайрела де Уоренна, подумай снова. Мама с папой могут поверить в то, что твоя детская влюбленность в прошлом, но Анна и я знаем лучше. Мы твои сестры, милая.

Лизи не выдержала:

– Я так нервничаю! – Она сжала руки. – Что мне делать? Я буду выглядеть глупо в этом костюме? Есть ли шанс, что он вообще заметит меня? И если да, то что подумает? – заплакала она.

– Лизи, я понятия не имею, заметит ли он тебя среди сотни гостей, но если заметит, то подумает, что ты самая красивая шестнадцатилетняя дебютантка на балу, – твердо произнесла Джорджи.

Лизи не поверила ей, но Лидия зашла в комнату именно в этот момент. Она посмотрела на сестер:

– Ну что? Сестра немного образумила тебя, Джорджина Мей?

Джорджи встала с раскаивающимся видом:

– Извини, мама. Конечно же я пойду на бал.

Лидия прослезилась от восторга.