Брэд Мельтцер – Трюкач (страница 60)
– 1876 год, когда добавили Колорадо. Я родом из этого штата, – мастер-сержант сделал глубокий вдох через нос. – Мэм, если вы хотели о чем-то поговорить…
– Мне позвонили сегодня утром. Насчет крушения самолета на Аляске. Ну, звонят мне, положим, всю неделю, но этот звонок поступил от начальника канцелярии Белого дома. Как, бишь, зовут этого жучилу?
– Гэлен Гиббс.
– Вот-вот. Звонит мне каждые несколько часов, требует отчета о проделанной работе.
– Мне он звонит каждые несколько минут.
Сюй, оторвав взгляд от флага, усмехнулась.
– Поэтому можете себе представить мое удивление, когда Гиббс позвонил мне сегодня утром в полшестого утра и спросил, почему не готов заключительный отчет о вскрытии. Не только вскрытии главы Библиотеки Конгресса, но и всех остальных пассажиров самолета – Клиффорда Эдди, Роуз Маккенберг и Амедео Вакки. Сказал, что ни один отчет до сих пор не подан. Странно, не правда ли? Наши медэксперты обычно скрупулезны на этот счет. Отчеты полагалось ввести в систему сразу же. Но почему-то не ввели.
Мастер-сержант сидел и молчал, сложив руки перед собой на столе – как в молитве.
– А теперь представьте себе еще большее мое удивление, когда я спросила доктора Синклера об отчетах, а он сказал, что… отдал их вам, Фрэнсис. Что вы лично запросили у него отчеты обо всех жертвах, даже о директоре Библиотеки Конгресса.
– Мэм, расследование поручено вести мне. Я имею полное право их просмотреть.
– Просматривайте. Но только после их подачи. Вы можете прочитать их в компьютере, как все остальные.
– Я вас понял, мэм. Но поймите и вы меня: ввиду последних событий на базе я предпочел бы читать оригиналы и больше не доверяю тому, что выкладывают в сеть.
– Это что еще значит?
– Это значит, что мне страшно надоело ходить вокруг да около, мэм. Мы оба понимаем, о чем вы просите. Когда тело Нолы Браун доставили с Аляски, оказалось, что это вовсе не мисс Браун. Клиффорд Эдди, Роуз Маккенберг и Амедео Вакка тоже не те, за кого себя выдавали, не так ли? Вы это знали с того самого момента, когда погибших обложили льдом и отправили к нам.
Теперь настал черед полковника Сюй стиснуть телефон, словно она хотела его придушить.
– Кроме того, мэм, вам хорошо известно: когда дело касается неоконченного расследования, я не имею права делиться результатами.
Сюй хотела было что-то возразить, однако сдержалась. После паузы она заговорила снова:
– Фрэнсис, когда людям говорят, что здесь командую я, они подразумевают, что я человек серьезный, ведь смерть – не смешная штука. Я же со временем поняла, что в Довере то и дело случаются комичные вещи – мертвецы пукают, при бальзамировании у трупа встает член. Чем не повод для смеха? Но если взять ваш осуждающий тон, Фрэнсис, в нем нет ничего смешного. Вы следите за ходом моей мысли? Если вы измените в этом отчете хоть слово, вы нарушите закон.
– То есть вы не видите проблемы в том, что наш мед-эксперт подделывает отчеты? Вы это сами придумали или получили приказ сверху?
– Я вас предупреждаю – умерьте вашу прыть. Вы же военный человек.
– Не просто военный – морпех.
Сюй закатила глаза.
– Фрэнсис, оставьте бахвальство при себе. Вам не следовало брать этот отчет прежде, чем его доставили мне!
– Вы обвиняете меня? Это вы вмешиваетесь в неоконченное рас…
Раздался громкий звонок. Телефон Пушкаря. Мастер-сержант покосился на номер абонента. Номер был ему знаком. Полковнику Сюй, которая успела его заметить, тоже.
202-406 и код зоны. Секретная служба США.
– Почему они звонят вам? – поинтересовалась Сюй.
Мастер-сержант не ответил.
Дзы-ы-ынь.
– Отвечайте на звонок, – велела полковник.
Пушкарь не притронулся к телефону.
Дзы-ы-ынь.
– Фрэнсис, отвечайте на звонок. Я вам приказываю!
Дз…
Рука полковника коброй метнулась к кнопке громкой связи.
– Говорит полковник Сюй. Кто это?
– Терри О’Хара, Секретная служба, – зазвучал сильный, решительный голос. – Мне нужен сержант Сте-ранко.
– Сержант вас прекрасно слышит. Он – мой подчиненный. Чем мы могли бы вам помочь, агент О’Хара?
Звонящий сделал небольшую паузу.
– Мэм, я не уверен, что вы в курсе насчет объекта нашего розыска. Мы считаем, что объект проник через систему безопасности.
– Проник? Куда? – переспросила Сюй.
– На базу. Мы всех подняли по тревоге. После объявления режима наблюдения и повышенной безопасности советуем перекрыть доступ на базу и выезд, пока мы не обнаружим цель.
– Кого вы… Какую цель?
– Горацио, мэм. Мы считаем, что Горацио находится в Довере.
Полковник Сюй и Пушкарь недоуменно переглянулись и в два голоса спросили:
– Какой еще Горацио?
77
Эми Уэггс не на шутку прихватило. Спина болела не первый год с тех пор, как она потянула ее, спускаясь, подвешенная к тросу, во время дурацкого холостяцкого круиза, на который Эми подбила сестра.
В свои тридцать восемь лет пора бы уже знать, что сестренку не стоит слушать. И спускаться по зип-лайну – тоже. Теперь похвастаться можно только смещенным позвоночным диском, четырьмя с половиной тысячами долларов, потраченными на костоправов, да высоким регулируемым столом, снимающим напряжение с позвоночника, однако вынуждающим проводить весь день на ногах.
На часах без минуты шесть утра – любимое время дня, когда в офисе еще тихо, а в небе темно – самый лучший момент для размышлений. Этим Уэггс и была занята. Положив локти на подогнанный по высоте стол, она щелкала одну папку за другой, прочесывая все новые отчеты из Довера в поисках имени, которое утром назвал ей Зиг.
Горацио.
Два дня назад, откликнувшись на просьбу Зига найти отпечатки пальцев Нолы, Уэггс попросту сделала дружеское одолжение. Однако дружба постепенно отошла на второй план. Вся эта история пованивала с самого начала. Ей ли не знать. Тайные операции проводились почти непрерывно. В интересах национальной безопасности ЦРУ привычно маскировало имена попавших в Довер жертв, чтобы не светить своих агентов и источники. И все же в таких делах наблюдался свой ритм, свой характерный рисунок государственных проверок и секретных доступов. Составлялись отчеты. Создавались файлы.
Здесь же ничего похожего не было. И никаких следов Горацио, отметила про себя Уэггс, в очередной раз прочесывая интранет Довера.
Опять никаких зацепок.
Несколько мгновений Уэггс тупо смотрела на единственную памятную вещь, которую держала на рабочем столе, – соевую свечу в виде танцующих медведей, сувенир рок-группы «Grateful Death», сохранившийся от семейной встречи в Чикаго несколько лет назад. Подарок старшей сестры. В детстве, которое Эми провела в сельской глуши Айовы, ее сестра любила раскраски. Брат обожал головоломки. А сама Эми? Она любила соединять точки на пунктирных рисунках. Совсем несложное занятие. От точки один до точки два, оттуда к точке три, потом – четыре, пока не проявится вся картинка.
И сейчас то же самое.
Привезти труп в Довер и потом увезти… насколько сложно провернуть подобное? Ничего особенного. Выгнув спину и потягиваясь, как учил костоправ, Уэггс прикинула в уме десяток вариантов, как такое могло случиться. Был один момент, который повторялся снова и снова. Какой бы ход Зиг ни совершал на шахматной доске, противник всегда его опережал. Когда Зиг явился в зал отправлений проверить тело Нолы, кто-то уже успел его забрать. Когда приехал в мастерскую Нолы, там его ждала засада. Куда бы он ни направлялся, о его прибытии заранее знали. Как если бы кто-то следил за ним и сообщал куда надо.
Уэггс потратила еще один час на проверку всех сотрудников морга в Довере, времени их прибытия на работу и убытия домой за последние несколько недель. Установила, кто, согласно полетным листам, прилетал на базу, а кто улетал. Для надежности она даже запросила списки телефонных звонков, особенно полковника Сюй и Пушкаря. Затем перепроверила, кто из этих людей имел отношение к Зигу, Аляске, мастерской Нолы в Форт-Белвор, Секретной службе и даже Белому дому. И, разумеется, к человеку по имени Горацио.
Несмотря на все соединенные точки, общая картинка не вырисовывалась. До тех пор, пока Уэггс не протянула руку за толстым конвертом, лежавшим на краю стола. Конверт без почтовой марки. Доставлен курьером, как и просила Эми.
Двойной слой оберточной пленки при вскрытии конверта лопнул. Внутри лежал маленький черный прибор, изготовленный по стандартам Минобороны, – «Клык», которым Зиг снимал отпечатки пальцев мнимой Нолы.
– Не захватишь ли для меня «Клык»? – еще вчера спросила Уэггс коллегу из ФБР, выполнявшего поручение в Довере.
– Что-то не так со сканером? – переспросил тот.
– Надо настроить, – соврала Эми.
Дело тухлое, однако Уэггс удавалось снимать биометрические данные террористов с их оружия и взрывных устройств чуть не каждый день. Она умела находить самые незаметные следы.