Брэд Карстен – Магический поединок (страница 60)

Брейден помог ему подняться.

– Нужно убираться отсюда, чтобы я запечатал это место.

Когда они уходили, Далия попросила подождать её. Она забежала обратно, вспыхнул свет, и один из стеклянных шкафов разбился, рассыпаясь по полу стеклянными бусинами.

– Что ты делаешь? – спросил Брейден. – По-моему, я достаточно потрудился, разнося это место.

– Они виноваты в том, что у меня нет палочки. – Далия провела пальцем по рядам и остановилась на изящном экземпляре, на вид выполненном из чистого хрусталя. – Какая красотища!

Она сунула палочку в карман плаща, сделала несколько шагов к двери, затем побежала обратно и распихала по карманам ещё столько, сколько в них влезло. Далия прихватила и ту палочку, что старик приготовил для неё, в качестве улики, хотя от этого артефакта ей явно было не по себе.

Они нашли гоблина опутанным ползучими растениями и свисающим вниз головой с потолка в коридоре. Гоблин брыкался и извивался, но чем больше он сопротивлялся, тем туже стебли обвивались вокруг него.

– А вот тот самый малец, с которым я столкнулся по дороге сюда, – пояснил Брейден. – Вы бы слышали, какие гадости он болтал, когда я его связывал. Ему бы рот прополоскать мыльным заклинанием.

При этих словах гоблин вновь принялся изрыгать всевозможные ругательства.

– Помнишь, что я рассказывала тебе про заклинание немоты? – сказала Далия Чарли. Она непринуждённо направила новую хрустальную палочку на гоблина. – Силенциум, силенциум, силенциум.

Гоблин выпучил глаза. Раздался хлопок, и из его носа с громким свистом повалил пар. Физиономия гоблина исказилась от ярости, но всё, что из него вылетало, – ещё больше свиста и пара, как из трубы крайне рассерженного паровоза.

– На заднем дворе есть ящик, – сказал Брейден. – Упакуем его в него и возьмём с собой, чтобы не свинтил, как только мы отвернёмся.

По пути через город Далия молчала.

– Ты в порядке? – спросил Чарли.

– Ага, – сказала она, затем вздохнула: – Видимо, ты теперь знаешь мой секрет.

– Ты из сюжетников?

Далия кивнула.

– Как и я.

Она снова кивнула.

– Что ж, полагаю, тогда ты в хорошей компании. Мы с Элли – первоклассные сюжетники. – Он улыбнулся. – Далия, это не меняет того, кто ты есть. Ты ведь это знаешь?

– Знаю, но местные этого не понимают. Всю жизнь я пыталась скрывать своё происхождение, но получалось у меня неважно. – Она понизила голос: – Как думаешь, почему я никогда не интересовала Брейдена в… романтическом плане? Он так разозлил меня при первом знакомстве, что я на мгновение ослабила защиту, и он всё увидел. С этого момента он стал вести себя иначе. Все они такие. Стоит им узнать, и они относятся к тебе по-другому, словно ты прокажённый.

– Тогда как ты попала в Аэлиндор?

– Я родилась в нижней части города. Помню не так много, но отец был пьяницей, а у матери не было сил заботиться о нас, поэтому она целыми днями лежала в кровати. Нам нечего было есть, моя одежда разваливалась, и в конце концов меня отправили в сиротский приют, где я и повстречала Таслин. Однажды в городе вспыхнуло восстание, и толпа ворвалась в приют, чтобы забрать всё, что попадётся ей под руку. Я помню не так много, только как взрослые, мужчины и женщины, сновали по комнатам и выносили кровати, книжные шкафы и всё, до чего доберутся. Это было частью войны за сферы влияния между восточной частью города, где жили мы, и западной.

– Что ещё за сферы влияния?

– Даже не знаю. Сюжетники устроили беспорядки, затем что-то произошло, и они подожгли приют. Возможно, чтобы отвлечь принудителей, не знаю. Но мы были лёгкой мишенью. Когда прибыл Аэлиндор, от приюта почти ничего не осталось. Я мало что помню, кроме пожара. Но, по словам мадам Маккиннон, когда она нас нашла, у меня за спиной была стайка ребятишек и я каким-то образом создала щит, не подпускавший к нам огонь. Им потребовался почти час, чтобы потушить пламя и добраться до нас. Когда всё закончилось, мадам Маккиннон забрала нас с Таслин. Ей пришлось подделать документы, чтобы выставить всё так, будто мы из верхней части города, потому что технически сюжетникам не позволено изучать магию.

– А как же Томас? Он тоже пережил пожар?

Далия покачала головой:

– Он старше, поэтому отец отправил его работать на плантациях. Мадам Маккиннон разыскала Томаса несколько недель спустя и также привезла в Аэлиндор. К тому времени я не видела его так долго, что уже почти забыла, что у меня есть брат. – Она вздохнула. – Вот ты и услышал мою короткую печальную историю. Но что это меняет? Кабан, одетый в платье, всё равно кабан.

– Вряд ли тебе есть до этого большое дело, – заговорил Чарли, – но я считаю тебя замечательной. Вспомни только, как ты отработала приёмы кунг-фу на том гоблине! Это была одна из самых эпичных битв, которые я когда-либо видел! А то, как сильно ты беспокоишься о людях? Ты страдаешь целыми днями, если не можешь спасти всех до единого. Это делает тебя особенной, и если они этого не видят… Что ж, им же хуже. Тебе всегда рады в нашей команде.

– Нет уж, в следующий раз я выясню, в чьей ты команде, заранее и буду держаться как можно дальше. А то у тебя талант переворачивать мою жизнь с ног на голову! – Далия рассмеялась и потрепала его по руке. – Спасибо, Чарли. Мне важно это слышать. И кстати, ты тоже показал класс. Не дал мне свалиться в яму.

– Пожалуй, мы отличная команда. Разве нет? – улыбнулся Чарли.

– Так и есть. В самом деле отличная.

Глава 38

На территории вокруг замка было темно, только в окнах горело несколько огней.

Далия стояла у ворот, глядя на подъездную дорожку.

– И какой у нас план? Просто войдём туда, бросим палочки к его ногам и будем надеяться, что он смиренно сам побежит в тюрьму… или Башню, или что тут вас? – спросил Чарли.

Далия молчала. Её с Амброзой связывало немало важных воспоминаний, и отказаться от них ей было непросто.

В основном на обратном пути, который они проделали на поезде до Бонбёри, все молчали. А когда всё же заговаривали, избегали темы того, что ждало их по возвращении, словно это могло всё исправить.

Томас всю дорогу колдовал над новыми волшебными палочками, готовя их к последнему испытанию. Заодно он пересказал Далии всё, что узнал в библиотеке. Делал он это, чтобы помочь Чарли и Далии или, возможно, чтобы занять чем-то голову. В любом случае Чарли был ему благодарен. Томас умел больше Далии, и его заклинания могли дать им преимущество в последнем испытании, как тогда с драконом-дверью. А прямо сейчас Чарли воспользовался бы любым преимуществом. Если он правильно понимал принципы происходящего, следующее испытание должно было быть самым тяжёлым, а они и так испытывали удачу слишком долго.

Брейден решительно вышел вперёд, вырывая Чарли из раздумий.

– Нужно поговорить с Ральфом и советником Фаулином. Домениксу не терпится сразиться с Фараногом лицом к лицу, это само собой, но эльфы могут и не разделить их радости, особенно если им придётся встать на сторону Доменикса. Похоже, они друг другу не нравятся.

– Ладно, ты поговоришь с Ральфом, – сказала Далия. – А я с Фаулином от имени Аэлиндора. Я позабочусь, чтобы он понял: речь не о Домениксе, а о том, чтобы поступить правильно. Знаешь, если бы твои друзья умели себя вести, нам бы не пришлось его уговаривать.

Брейден невинно развёл руками.

– Я больше не учусь в Домениксе, забыла? Я тут ни при чём.

– Ладно, хватит вам, – сказал Томас. – Мы все в одной лодке. Я поговорю с мадам Маккиннон, затем встретимся на лестничной площадке в её башне и вместе дадим Амброзе отпор. Мы не знаем, сколько у него приспешников, так что нужно действовать осторожно. Это может быть опасно.

– Верно, – сказал Брейден, решительно кивнув. – Давайте сделаем это.

Коридоры были пустынны. Чарли почти чувствовал напряжение, исходящее от холодных каменных стен. Дома теперь держались своих флигелей, подальше друг от друга. Далия объяснила, что некоторые готовы буквально на всё, лишь бы обойти других учеников.

Они вошли в крыло Элдерина и столкнулись с последним человеком, которого хотели видеть.

– Далия? – произнесла Таслин удивлённо. – Слушай, мне нужно с тобой поговорить.

После всего, что произошло: бегства из замка, испытаний и постоянных встреч со смертью, принудителей и кровожадного создателя палочек, – Далия была не в настроении болтать попусту (и тем более с Таслин).

Не говоря ни слова, Далия сняла сумку с плеча и замахнулась ею изо всех сил. Та ударила Таслин по лицу, и девушка рухнула на пол. Она прижала дрожащую руку к рассечённому лбу и подняла широко раскрытые от удивления и страха глаза.

Далия вытащила палочку.

– Ты была мне как сестра. Я доверяла тебе. Отдала тебе всё, а ты плюнула мне в лицо и в душу. Предала меня Амброзе. И ради чего? Денег?

– Далия, я могу объяснить. Нет, Далия! Постой… – Таслин шарахнулась в сторону. Заклинание Далии ударило по плиткам. Посыпался песок и куски камня. – Пожалуйста, Далия, погоди!

Далия схватила Таслин за волосы, запрокинула ей голову и приставила палочку к её горлу. Когда Далия заговорила, её голосом можно было бы заморозить небольшой городок.

– Зачем? – вот и всё, что она произнесла.

Таслин судорожно вздохнула:

– Это я отправила тебе послание.

– О чём это ты? – Далия убрала палочку, и Таслин закашляла, прижимая ладонь к горлу. – Я отправила тебе послание в ночь, когда встретила Амброзу в коридоре. Я знала, что ты спрячешься в камине, так что встала к нему поближе, чтобы ты всё слышала.