Брайан Уэлч – Спаси меня от меня самого (страница 37)
Мы начали встречу с того, что сделали небольшое вступление о том, как мы собираемся помочь их детям. Мы все были очень нервированы, так что старейшина группы заговорил. Пытаясь успокоить нас, он сказал нашему переводчику: «Мы даже не можем сосчитать сколько людей мы уже убили. Если бы мы хотели убить вас, то вы бы уже были мертвы.»
Утешает. Я постарался вспомнить, что господь сказал мне не бояться. К несчастью, это мне не помогло.
Мы стали рассказывать им о том, какими способами мы будем помогать им, как внезапно какой-то пьяный парень начал что-то кричать на нас. Я даже не представляю, где они тут брали алкоголь, видимо они делали его сами из сока деревьев. Иногда пьяницы приходили, покупали алкоголь, напивались, становились дикими, и рылись в домах, в которых живут люди, и иногда даже убивали людей. В то время как этот пьяный человек устроил сцену, наш переводчик объяснил нам, что этот человек говорит о том, как правительство Индии давало им различные обещания, но никогда не выполняло их. В результате, они начали есть людей. Они не были дикарями — они просто были голодными людьми.
Встреча закончилась без каких-либо заминок, так что Стив, Фейз, Тарун и я начали обходить их владения, чтобы подыскать хорошее место для строительства детского дома. Пока мы шли, тот пьяный человек начал преследовать нас и продолжал выкрикивать нам вслед разные оскорбления. Чтобы ещё больше обострить ситуацию, он нёс на плечах такую большую штуку, которую они используют для охоты. Это была большая дубина, как бейсбольная бита, которой вы ударяете мяч, но с торчащими крюками по сторонам. Они использовали эту дубину, чтобы убивать свою добычу (животных или людей), а затем использовали эти крюки, чтобы дотащить жертву до дома. И теперь этот парень шёл к нам. Со своей охотничьей дубиной. Всё было похоже на то, что ситуация обостряется.
Я начал быстро молиться как сумасшедший. «Боже, пожалуйста, измени сердце этого человека. Заставь его злость уйти. Ты говорил мне не бояться, но это очень сложно сейчас.»
Он подходил всё ближе и ближе, и когда он наконец-то достиг нас, он застыл на один момент, посмотрел на нас, а затем внезапно разрыдался на плече Стива. Он начал говорить переводчику, который переводил его слова для нас: «У меня пять дочерей.» Он опустился вниз, взял кулак песка в руку и сказал: «Это всё, чем я могу накормить их.»
Это было сумасшествие. В одну минуту, он смотрел на нас так, будто собирался атаковать нас, затем я молился, и в следующую минуту он уже рыдает на плече Стива, открывая своё сердце нам.
Бог очень прекрасен.
Что ж, мы все начали плакать, конечно, потому что мы только что увидели то, насколько эти люди нуждались в нашей помощи. Серьёзно, всё, в чём они
В то время как мы покинули Индию, у меня не возникало ни тени сомнения в голове, что эта поездка полностью изменила мою веру. Видеть эти детские дома и помогать детям Лоади было невероятным опытом — это дало мне возможность увидеть Бога совершенно в другом ракурсе, увидеть его планы относительно меня, я уже не упоминаю о том, каково это видеть как верность Богу проходит через те вещи, которые выглядят настолько опасными для вас. Вся поездка вдохновила меня и моя вера в Бога была настолько сильна, что я решил по возвращению в Штаты, собрать пресс-конференцию, чтобы рассказать жителям Америки о вещах, которые происходят здесь. Я чувствовал, что наверное причина того, что очень немногие люди оказывают помощь этим людям, заключается в незнании обстановки, в том, что никто не знает через какие страдания проходят люди там.
К несчастью, я быстро обнаружил, что на самом деле это не было причиной. Я увидел после возвращения, что многие американцы не разделяют моего отношения к данной проблеме. После того как я вернулся и рассказал об Индии, я всё ещё был возвышен своей новой жизнью с Христом, так что я постоянно думал, что каждый, кому я расскажу о проблеме, сразу же прыгнет в первый самолёт и полетит помогать им, как я. Увы, но это было не так. Но всё равно это не отменяло того, что я пережил, что я увидел там.
В конечном счёте, Бог изменил моё сердце в той поездке, и, как и всё, что он делает, на это была своя причина. Однажды сделав это, он готовил меня к новой жизни в совершенно новом направлении, и он хотел, чтобы я был готов к тому, что меня ожидает впереди настолько, насколько это возможно.
Глава 11
В пустыню
Когда вся обстановка вокруг моей поездки в Индию успокоилась, я взял немного времени на отдых. Теперь, летом, Джинни и я могли весело проводить время вместе. Иногда она уходила в дом няни, чтобы побыть у неё, но всё же большую часть времени мы проводили вместе и это было великолепное время.
В течение тех жарких и ленивых тянущихся недель, Святой Дух начал воодушевлять меня на написание новых песен. Самая забавная вещь заключалась в том, что я чувствовал так много умиротворения и любви от Господа, что даже начал писать гораздо более мягкие мелодии, потому что теперь во мне не было злости, которую я использовал при написании песен для Korn. Но пока я писал песни, я чувствовал как сила Господа наполняет меня своей энергией, так что я начал кричать в полные лёгкие в одной из песен, над которой я работал. После того дня, я отбросил идею писать мягкие мелодии. Было совершенно ясно, что Бог хочет, чтобы я оставался честным со своими желаниями, чтобы я писал тяжёлую музыку.
В любом случае, я просто обалдел от того, как песни буквально вылетали из меня. До того момента в своей жизни, я никогда сам не сочинял полностью целые песни. Я всегда сочинял музыку вместе с группой, но Бог обеспечил меня гораздо большим музыкальным даром, чем я имел прежде в своей жизни. Я программировал ударные, писал бас и гитарные партии, организовывал последовательность куплетов, писал лирику и приводил в порядок всю песню. Это было потрясающе.
В дополнение к этому, я вернулся в Лос-Анджелес, чтобы поговорить со Стивам о разных вещах. Чем больше мы с ним разговаривали о моей музыке и моей ситуации, тем больше я видел, что Господь подталкивает меня к переезду. Обстановка в Бейкерсфилде ухудшалась на какое-то время, и даже с тех пор как я сделал публичное заявление, что теперь следую Господу, стало заметно, что все мои друзья начали сплетничать обо мне у меня за спиной, и совать свой нос во все детали моей жизни. Вся эта ситуация раздражала меня.
Кроме этих проблем с друзьями, Бог также послал мне знак, что пришло время всё менять. Однажды, когда я выезжал из гаража, я заметил птицу, которая залетела внутрь и не могла выбраться. Она просто летала кругами по гаражу. Джинни и я вышли из машины и попытались спугнуть птицу из гаража, но она продолжала просто летать из одного угла в другой. Мы долгое время пытались освободить птицу, но она просто не понимала, что дверь открыта и она может улететь. Вот тогда я и почувствовал, что Бог говорит мне, что он открыл дверь для меня, чтобы я уезжал из Bako.
Стив и я купили звукозаписывающую студию в штате Аризона, и смотря на все те вещи, которые в это время случались со мной, я приехал, чтобы увидеть, что Бог посылает меня в пустыню, также, как это он сделал с израильтянами в Библии. Он заставил их скитаться по пустыне в течение сорока лет, готовя к Обетованной земле, и в то время как я не знал, как долго я собираюсь быть в пустыне, я действительно знал, что Бог посылал меня туда, чтобы подготовить к его вызову и к моему жизненному предназначению. Я только надеялся, что это не займёт сорок лет, как в случае с израильтянами.
После того как мы поговорили, Стив и я придумали план: наша няня Конни будет обучать Джинни на дому, пока я уеду в Аризону на несколько месяцев, и каждую следующую неделю, Конни будет привозить Джинни в Аризону, чтобы увидеть меня. Это казалось очень хорошим планом, но как впоследствии обернулось, это не совпадало с планом Бога. В один день, когда я молился, я почувствовал, что Господь говорит мне избавиться от всего в моём доме в Bako, кроме самых важных вещей, в которых я нуждался, и затем выставить свой дом на продажу. К тому же, он хотел, чтобы я отпустил всех своих друзей из Бейкерсфилда, даже если это те друзья, которые помогли мне стать христианином. Тем самым он говорил мне, чтобы я избавился от всех вещей, которые вызывают у меня воспоминания из моего прошлого и сказал «Прощай» старому Брайану.
Я позвонил Конни и попросил её продать всю мою фурнитуру и моё имущество, потому что я чувствовал как Бог говорит мне, что он не хочет, чтобы я возвращался домой вообще. Затем я позвонил одному риелтору, своему другу, которого звали Джефф и попросил его продать мой дом. Они сделали всё это. Я никогда не вернусь в этот дом, потому что Бог сказал мне продать его. Конни устанавливала минимальную стоимость на те вещи, которые я держал у себя и сохранил про запас, в то же время Джефф вычистил мой дом и выставил его на продажу.