Брайан Уэлч – Спаси меня от меня самого (страница 21)
Из-за этого случая она убедила меня, что мы сможем сделать также. Мы с волнением разговаривали об этом и мечтали о нашем совместном будущем, в котором мы будем полностью чисты. Ребекка разговаривала со Скотти несколько раз по телефону, и каждый раз он вселял в неё много позитивной энергии и жизни. Затем в один день, Ребекке позвонила жена Скотти. Он снова впал в зависимость. Потом принял слишком большую дозу.
И умер.
Ребекка была потрясена и теперь все надежды просто смыло в унитаз.
Вскоре после передозировки Скотти, снова настало время отправляться в тур — на этот раз с Metallica и Kid Rock. В то время Ребекка, в своей наркозависимости, перешла от плохого к худшему. В то время как я был в туре, она начала веселиться без остановки. В один день, когда я был в туре, мне позвонил мой друг и сказал, что в моём доме происходят какие-то дикие вечеринки. И шум. Сумасшедшие бритоголовые чуваки. Я звонил домой, но Ребекка не отвечала или кто-то другой отвечал и говорил, что её нет здесь, а потом вешал трубку. Самое плохое заключалось в том, что я не знал где была Джинни во время всего этого сумасшествия. Я был беспомощен. Это был полный кошмар.
Я слышал, что она постоянно тусуется с одним парнем. Он был бритоголовым преступником, и когда я спрашивал её о нём, она всегда отвечала мне: «Да, он мой старый друг ещё с тех времён. Он мне как брат. Я стараюсь помочь ему.» Да, это была правда — он был старым другом с прошлых времён, как и Скотти. Но он не был чистым, и я знал, что он не был просто другом.
Я купился на её оправдания, на какое-то время, как и всегда, но потом мне позвонил мой друг, который работал в ломбарде. Он сказал мне, что какой-то бритоголовый парень пытался продать им большой золотой медальон, а когда его спросили, что это за медальон, он ответил, что это «Korn». Я опознал этот медальон — исполнительный директор рекорд-лейбла сделал несколько таких и подарил их, как личные подарки, каждому парню из Korn. И вот теперь какой-то бритоголовый пытался получить двести баксов за него в ломбарде.
Я взбесился и позвонил Ребекке. «Какого хрена происходит?» Я думал сейчас она начнёт извиняться и скажет, что ей нужны были деньги, чтобы помочь другу, ну или что-то в этом роде. Но то, что она мне ответила, было последними словами, которые я мог только ожидать услышать от неё:
— Я бросаю тебя.
Я просто не мог поверить своим ушам:
— Что ты имеешь ввиду
— Мать твою, я бросаю тебя! — ответила она, крича, — я собираюсь подать на развод и получить половину твоих денег!
Я был потрясён. Этого просто не может быть. Мой самый худший страх становился явью. Я твёрдо решил не отпускать её. Я сказал: «Прости меня, Ребекка. Слушай, мы же можем поработать друг над другом, решить наши проблемы. Я возьму отдельный автобус для нас, заберу тебя и Джинни, и мы будем вместе независимо от того, куда мы поедем.»
— Нет, — ответила она, — я ухожу.
Было слишком поздно.
И я полностью потерял контроль над ситуацией. Это был один из самых худших дней в моей жизни. Я умолял её по телефону не бросать меня, но никакого проку из этого не было. Я спросил её, трахалась ли она с тем парнем, но она всё отрицала. Знаете, для меня было просто самым важным, чтобы она не допускала такого. Несмотря на все свидетельства, истории, инциденты, я очень хотел верить в то, что она мне не изменяла.
Весь мой мир был полностью уничтожен, что напрочь сорвало мне башню. Это снова привело меня к кокаину, кстати. Я начал принимать много кокса, только для того, чтобы затупить боль от разлуки с Ребеккой. Я был настолько потрясён и был так зол. Я не зал, как мне справиться с этим, так что я обратился к лучшему из доступных путей и единственной дороге, которую я действительно знал: наркотики.
Несколько раз я пытался дозвониться до Ребекки, чтобы поговорить с ней, но она никогда не отвечала на мои звонки. В конце концов, я решил словить её во время трёхдневного перерыва в нашем текущем туре. Я хотел, чтобы она знала, что я собираюсь лететь домой во время перерыва, чтобы увидеть её и Джинни. Я сосредоточился на своём последнем шансе схватить обоих своих девочек и спасти их от наркотического безумства, царящего в нашем доме. Я надеялся, что всё, что я смогу ей сказать от себя, изнутри, повлияет на Ребекку. За несколько дней до перерыва, я снова позвонил домой, но вместо Ребекки я услышал голос няньки Джинни. Она сказала мне, что Ребекка наняла её присматривать за Джинни в течение нескольких дней. Почему? Потому что Ребекка уехала в Oregon, где жила её мать (в доме, который мы купили для неё). Ребекка знала, что я буду пытаться поговорить с ней, чтобы она не бросала меня, но вместо того, что дождаться меня, чтобы выслушать, она скрылась. Я думаю она оставила Джинни, потому что знала, что я очень скучаю по ней и должен увидеть её.
Когда дозвонился домой и поговорил с нянькой, я собрал по частичкам план Ребекки, который был примерно следующим: отдать Джинни няньке, затем скрыться из города, чтобы не видеть меня. А после того, как я вернусь в тур, я должен был отдать Джинни обратно няньке, после чего Ребекка вернулась бы из Орегона и забрала бы её с собой.
Но план Ребекки не смог воплотиться. Спустя несколько часов, после того как я поговорил с нянькой, мне позвонила моя тёща из Орегона. Она сказала, что Ребекка только что прилетела, но она привезла с собой группу бритоголовых, развлекающихся парней, и теперь они просто затерроризировали её и всех в округе. Там были драки — наглые, грубые драки — происходили наверху Орегонского дома. Я полагаю, между этими бритоголовыми произошла ссора или что-то типа того. Там на ковре была кровь, подростки принимали наркоту, в общем всё самое сумасшедшее, что только могло быть — происходило там.
Моя тёща сказала мне, что она чувствует себя так, будто она сейчас в каком-то триллере или ужастике, так что она в полном отчаянии сказала мне, что я должен поскорее добраться в Huntington, взять Джинни и уехать с ней обратно в тур. Очевидно, Ребекка собиралась вскоре вернуться домой в Huntington Beach, так что моя тёща боялась за Джинни, что она будет посреди этого ужаса. Наркота превратила Ребекку в какого-то монстра, и все эти люди, с которыми она тусовалась, очень плохо на неё влияли.
После этого звонка, я понял, что её мать была абсолютно права: я должен забрать Джинни в дорогу с собой, ей нельзя оставаться здесь. Я имею ввиду, если Ребекка позволяла себе делать такие вещи в Орегоне, значит она собирается делать то же самое дома.
Оглядываясь в прошлое, всё в это время было так травматично, разговор с моей тёщей заставил меня ещё больше волноваться о доме. В то время как переживал разлуку с Ребеккой, так, словно она умерла, у меня всё же не было времени горевать. Это было время для меня, чтобы быть отцом, и я знал, что я должен сделать.
Так быстро, как я только мог, я прилетел домой, забрал Джинни, расплатился с няней, и вернулся в дорогу с дочерью. Всего в течение нескольких дней я стал одиноким отцом рок-звездой, но пребывание рядом с Джинни, избавило меня от большей части переживаний по поводу Ребекки. Конечно, у меня не было слишком много времени, чтобы беспокоиться о себе — я слишком волновался о том, как Джинни переживёт разлуку с матерью. Всё, на чём я сфокусировался — это заставлять себя быть уверенным в том, что с моей деткой всё будет хорошо. Теперь мы остались только вдвоём.
Глава 6
Я распадаюсь на части…
Я был удивлён тем, как хорошо мы вместе провели остальную часть тура. Это было так больно — смотреть на Джинни и знать, что её мама больше никогда не будет с нами. Но несмотря на то, что я скучал по Ребекке, я всё же чувствовал себя лучше, когда смотрел на эту прекрасную, улыбающуюся, маленькую девочку каждый день. Все остальные тоже очень полюбили её. Все парни из группы, а также техническая группа постоянно сменяли друг друга, болтаясь с нею — она была очень популярна. Даже наши крупные телохранители играли с нею и катали её в коляске. Она была большим хитом.
Несмотря на всё безумие, у меня всё ещё была маленькая надежда, что Ребекка и я сможем решить наши проблемы. Маленькая часть меня по настоящему хотела верить, что тот чувак, ради которого она бросила меня, был для неё просто другом. Я думал, что если она увидит меня с Джинни, она поймёт, что она совершила и изменится. Я просто не мог допустить, чтобы наши отношения закончились.
С того момента Ребекка стала часто звонить мне и говорить, что ей нужны деньги. Во время одного из этих звонков, она подтвердила, что её бритоголовый «друг» является её парнем. Я уже знал правду, но всё равно было дерьмово слышать это, эти слова сильно ранили меня.
И затем моя гордость взыграла во мне: