Брайан Томсен – Шерлок Холмс на орбите (страница 69)

Я закончил просматривать документ и передал его обратно Холмсу.

— Убийства в Черном Куполе на протяжении нескольких лет, — сказал я. — Жертвы — одинокие туристы. Для основной отрасли экономики Марса, туризма, это тяжелый удар.

Холмс кивнул.

— Конечно. Элементарно, мой дорогой Уотсон. Это единственное нерешенное дело главного инспектора. Теперь он собирается уходить в отставку и желает создать себе незапятнанную репутацию. Кроме того, на него давят вышестоящее начальство и министерство туризма — самая влиятельная организация на планете.

Ле Бек поднял руки, затем презрительно опустил.

— Если вы уже все знаете, то, может, посмотрите в своих компьютерах имена преступников, и я тут же вернусь, чтобы арестовать их? Наверняка кто-то из самих же этих грязных туристов. Ходят по нашим чистым куполам и воняют.

Мы с Холмсом переглянулись. Болтовня разнообразных сыщиков-любителей, многие из которых занимали весьма важные посты во многих эпохах, никогда не переставала нас забавлять.

— Дорогой мой инспектор, — сказал я, — это общее заблуждение дилетантов касательно природы времени. Вы думаете, оно черно-белое.

— Вы думаете, из-за гвоздя подкова отвалилась, — сказал Холмс. — Из-за подковы всадник погиб.

— Да, да, — нетерпеливо перебил его Ле Бек. — Я знаю теорию. Битва проиграна, история изменилась.

— А вот и не так, — торжествующе сказал Холмс. — На самом деле все наоборот. Время не черно-белое, оно скорее имеет множество оттенков серого.

— Как и жизнь, — добавил я. — В нем нет однозначности.

— Другими словами, главный инспектор, — подвел итог Холмс, — загадки остаются загадками, пока их не решили. Независимо от того, когда они произошли во Времени.

Ле Бек выглядел смущенным.

— Но…

Я решил пояснить.

— Существуют некие так называемые Великие Загадки: убийства и другие преступления, которые остаются неразгаданными, пока на них не обратит внимание величайший детектив всех времен мистер Шерлок Холмс!

— И его верный друг и помощник доктор Уотсон, — добавил Холмс.

Ле Бек с сомнением покачал головой.

— Естественно, — продолжил я, — решенными в истории сейчас считаются только те Великие загадки, которые мы и в самом деле решили с Холмсом. Ваш случай мы еще не расследовали, но только на этой неделе рассмотрели пять подобных случаев, а за месяц кажется, двадцать шесть. Понятно, что мы пользуемся большим спросом во всех столетиях. В общем-то, это довольно прибыльное занятие, кроме того, можно получить приятные и полезные сувениры вроде наших имплантированных компьютеров. А так как мы возвращаемся через минуту-другую после того как отбыли в другую эпоху — сколько бы времени мы там ни провели, — то оно не мешает нашим делам и жизни здесь, в нашем столетии.

— Хотя путешественники во времени появляются здесь целыми толпами, — сказал Хомлс. — Наша домохозяйка, миссис Хадсон, косится на нас иногда. Все вы выглядите довольно странно.

— Я понимаю, — сказал Ле Бек, осматриваясь по сторонам, словно только что увидел наш дом. — Довольно мрачное и грязное место, — добавил он с явным неодобрением. — Почему вы так популярны, Холмс? Примитивный сыщик из практически доисторической эры…

Холмс не обратил внимания на открытое оскорбление, взглядом призывая меня поступить так же.

— Вина доктора Уотсона, конечно же, — сказал он, смягчая это высказывание улыбкой. — Будущим поколениям не потребовалось много времени, чтобы догадаться, что те предположительно вымышленные рассказы, которые он писал под псевдонимом Конан Дойл, являются правдивыми повествованиями о наших подвигах. Для меня это тяжелое бремя, но для многих грядущих эпох я останусь величайшим детективом всех времен. Это ясно по тому оживленному потоку посетителей, которые являются из будущего.

Ле Бек едва не фыркнул, но ничего не сказал.

— Таким образом, девятнадцатое столетие, — сказал я, — останется временем высочайшего расцвета криминалистики, несмотря на все технологические изощрения будущих веков.

— Многими из которых мы, кстати, пользуемся, — добавил Холмс.

— С другой стороны, — продолжил я, — это и столетие величайшего расцвета преступности, так как здесь проживает самый главный злодей, профессор Мориарти. Увы, он также осведомлен, как и мы. Вне всякого сомнения, его посещают криминальные элементы из будущего.

— Но хватит рассуждений, — отозвался Ле Бек. — Если мне и в самом деле без вас не обойтись, давайте же разберемся с моим случаем как можно быстрее.

Мы с Холмсом встали.

— Нас ждет небольшая прогулка на Марс, — сказал Холмс. — Игра продолжается. Ну что, мы идем, главный инспектор? — На мгновение он задержался, рассматривая отполированную до блеска обувь инспектора. — Уотсон, будьте так добры и почистите инспектору ботинки, перед тем как мы отправимся в путь. Ведь он должен выглядеть безупречно, не так ли?

Я посмотрел на него, но его лицо сохраняло беспристрастное выражение. Подавив свою гордость как врач и как человек, часто помогавший Холмсу, я взял маленькую щетку и листок бумаги для записей с бокового столика. Наклонившись — не без труда, ибо мы с Холмсом по-царски обедали и запивали вином все удачно решенные дела в том или ином времени, — я тщательно счистил песчинки на бумагу и снова выпрямился. Холмс протянул руку, и я подал ему листок.

Ле Бек нетерпеливо хмыкнул, когда Холмс одной рукой поднес листок к глазам, а другой проделал в воздухе несколько хватательных движений, означавших, что он роется в картотеке.

— Признаюсь в том, — сказал Холмс монотонным голосом, перелистывая невидимые страницы, — что написал несколько монографий технического содержания, относящихся к области расследования преступлений. Поначалу, перед тем как мы с Уотсоном потребовались в других временах, они касались местных вопросов, вроде «Определения сортов табака по пеплу». В данном исследовании я перечисляю сто сорок разновидностей сигар, сигарет и трубочного табака, сопровождая описание цветными иллюстрациями, показывающими различие в цвете пепла.

— Что такое табак? — спросил Ле Бек, не на шутку сбитый с толку.

Мы с Холмсом вздохнули; единственное, чего по-настоящему не хватало в будущих эпохах, так это хорошего табака. Он же был, смею добавить, одной из причин, по каковой мы оставались в своей квартире на Бейкер-стрит в девятнадцатом веке, вместо того чтобы переехать в более роскошные апартаменты по другому адресу, бесчисленное количество которых предлагалось нам в качестве награды за успешно проведенное расследование.

— Сейчас нам более подходит трактат по марсианскому песку, — сказал Холмс, — ага… вот он… в котором я описываю около четырнадцати тысяч пятидесяти шести его разновидностей, с дополнениями в виде высококачественных голограмм и описаниями местностей, где он был найден. Просто удивительно, насколько компьютеры увеличивают наши способности.

Ле Бек на этот раз продемонстрировал видимость уважения.

— Так вы и есть тот самый Холмс? Мне казалось, вы занимались только примитивной детективной работой. Издательство Гермесского университета, две тысячи сто пятидесятый год? Я коллекционирую работы, связанные с полицией и следовательской работой, — сказал он со скромной надменностью.

— Хм-м, две тысячи сто пятьдесят пятый, полагаю, — поправил Холмс. Он сделал жест, которым убрал файлы и кинул песок в огонь вместе с бумажкой, которая тут же загорелась. — Песок с окрестностей Черного Купола, — сделал он вывод.

Ле Бек снова принял надменный и презрительный вид.

— Конечно. Я расследовал убийство этим утром. Появилась необходимость выйти наружу на несколько минут. Потом, перед тем как я успел вычистить свои ботинки, меня вызвало командование и потребовало, чтобы я отправился к Шерлоку Холмсу, который покончил бы с этими нераскрытыми таинственными убийствами. То, с чем бы и я мог справиться.

Он сделал паузу и посмотрел на каждого из нас по очереди.

— Вы думаете, подозревали и меня?

Холмс поднял бровь.

— Ну что ж, можно подозревать кого угодно, до тех пор пока мы не найдем ответа. За исключением, разве что, Уотсона. Я ручаюсь за него, он был все время здесь, со мной.

Ле Бек презрительно надул щеки, но пригласил нас совершить вместе с ним путешествие во времени. И вот, чтобы положить конец серии убийств на протяжении двадцати одного года, мы с Холмсом облачились в серебристые костюмы и последовали за ним.

Первый Черный Купол был построен в 2054 году швейцарскими колонистами на берегу Южного моря, между этой великой красной равниной и областью Огигия — темная выпуклость посреди красного ландшафта. Эту первоначальную конструкцию сменили затем несколько более крупных куполов. Сейчас, в 2368 году, центральный купол все еще был окрашен в черный цвет, согласно традиции, давшей имя городу.

Мы с Холмсом материализовались на таможенном пункте вслед за Ле Беком. Наши одежды и тела были подвергнуты строгой очистке. К нашему общему негодованию, у Холмса отобрали трубку и кисет с табаком, а у меня конфисковали сигары из нагрудного кармана пальто. Запах щедро разбрызганных антисептических средств чувствовался даже тогда, когда мы ехали по городским улицам мимо бесконечных рядов туристических отелей. Все вокруг было невероятно чистым, согласно обычаям местной культуры. С тротуаров можно было в буквальном смысле есть, хотя марсианские полицейские сразу бы пресекли попытку столь грубого загрязнения кристально чистой поверхности.