Брайан Томсен – Однажды в Королевствах (ЛП) (страница 4)
— И я предлагаю тост. Давайте выпьем за самого великого путешественника! Воло, за вас!
— За Воло! — выкрикнул Пэсспоут.
— За Воло! — вторила ему толпа.
Пока слуги расчищали сцену, а силачи готовились к метанию хафлингов, почётные гости начали ощущать растущую толпу. Крупный мужчина с чёрной, слегка седой, бородкой и посохом в руке, пытаясь протиснуться к своему столику, толкнул Пэсспоута по затылку так сильно, что великий драматург чуть не ударился лицом о жаркое, лежащее на тарелке перед ним.
Сам Пэсспоут не считал себя бойцом, так что решил не придавать этому инциденту большого значения, дабы избежать физических разбирательств с крупным бородачом.
Другие посетители таверны начали толпиться вокруг столика Воло, Пэсспоут и Гнорма.
Молодая девушка посмотрела на колени Воло — место, которое великий путешественник пообещал приберечь для молодой официантки Молли, после чего вздохнула и сказала:
— Так здорово встретить Воло, самого известного путешественника во всех Королевствах.
Услышав это. Воло улыбнулся, а его грудь гордо вздулась.
— А ещё я всегда хотела познакомиться с настоящим Маркусом Вэндcом.
— Простите? — переспросил Воло. Его грудь опустилась, а лицо стало озадаченным.
— Это ваше имя, не так ли? — спросила пышная блондинка, — Я слышала, что вы предпочитаете, чтобы вас звали Марко.
— Эм, моя дорогая, — начал Воло, отводя взгляд от глубоко декольте девушки, — меня зовут Волотамп Геддарм. Воло, для моих друзей и знакомых. Это именно я самый известный и великий путешественник во всех королевствах.
Пышная блондинка продолжила расспрос, не подозревая, что вызывает этим раздражение у почтенного гостя:
— Но я слышала, что самым величайшим путешественником во всех королевствах является Марко Воло.
— Самозванец, хвастун и лжец, — ответил Воло, теряя терпение.
К разговору присоединился мужчина. Он протиснулся через толпу, встал рядом с блондинкой и сказал:
— Да, я тоже слышал о приключениях Маркуса Вэндса. Может в Королевствах два великих путешественника?
Может из-за выпитого эля, а может из-за кричащего внутри него эго, но мастер Воло начал выходить из себя. Он стукнул рукой по столу и сказал громко и чётко:
— Я единственный великий путешественник в Королевствах, а тот, кто считает иначе — ошибается.
Мужчина с мощной грудью, чёрной бородой и посохом в руке протолкнулся в первые ряды и спросил:
— А можете ли вы это доказать?
Воло повернулся к ещё одному несогласному, но не смог разглядеть его сквозь полумрак, царивший в помещении. Тем не менее, Воло ответил:
— Конечно могу!
— Вы согласны подвергнуть себя испытанию? — снова спросил мужчина.
— Я согласен на любое испытание только в том случае, если тестирующий выйдет из тени и посмотрит мне в глаза.
— Тогда испытание состоится, — утвердил мужчина, после чего вышел из тени, отбросил свой плащ и показал всем собравшимся знаменитый чёрный посох.
Толпа, которая в этот момент была сосредоточена на метании хафлингов, затихла, разглядев этого мускулистого мужчину в возрасте, с его чёрным посохом и слегка седой, но всё ещё чёрной, козлиной бородкой.
Даже Пэсспоут приостановил свою трапезу.
— Хелбен Арунсун, — торопливо проговорил Майло, — Простите. Я не знал, что вы здесь, иначе выделил бы вам столик получше. Старею…
Знаменитый маг игнорировал слова Майло и продолжал пристально смотреть на Воло.
— Должно быть, вы прибыли на заседание гильдии Боевых Магов, — продолжал Майло, — Ох, представьте только, архимаг Уотердипа в моей таверне…
— Молчать! — приказал архимаг. И после его слов в таверне наступила гробовая тишина. Подобно льву, настигающему свою жертву, Хелбен подошёл к Воло, смотря прямо в глаза путешественнику и спросил:
— Ну что, ты действительно считаешь себя самым великим путешественником во всех Королевствах?
— Да, Господин, — ответил Воло, пытаясь не нарушать грань между уважением и самодостаточностью, — На самом деле, этот вопрос не стоит обсуждения — я единственный самый великий путешественник во всех Королевствах.
— Значит, небольшое путешествие с запада на восток через весь Торил не вызовет у тебя затруднений, не так ли, великий путешественник?
— Абсолютно нет, я делал это и раньше, — хвастался Воло, немного преувеличивая.
— Ты так говоришь, но есть ли у тебя доказательства?
— Моя слава и моё слово!
— Но, возможно, что ты просто лжец, в отличие от Маркуса Вэндса…а что такое слово лжеца?
— Его имя Волотамп Геддарм, человек слова, — внезапно вмешался Пэсспоут. Но быстро замолчал, ужаленный хмурым взглядом Хелбена.
— Раз ты так говоришь, значит, ты был свидетелем этих приключений?
— Нет, понимаете ли, я лишь недавно стал слугой мастера Воло. Моё имя Пэсспоут, сын Кантифласа и…
— Молчать! — вновь скомандовал архимаг. Драматург отшатнулся, — Лжец, который не может доказать свои слова, вот кем является этот Воло, — Хелбен достал из под плаща небольшой мешочек с драгоценными камнями, — Если ты и вправду великий путешественник, то сможешь пройти через весь Торил, никогда не вернувшись туда, где был.
Архимаг достал пергамент и кинул его Воло, а мешочек бросил Пэсспоуту на колени.
Все глаза в этой таверне были прикованы к Воло, который изо всех сил старался сохранить внешнюю уверенность и сохранить репутацию самого великого путешественника во всех Королевствах.
В этом мешочке, — сказал маг, — зелёные драгоценные камни легендарного некроманта Калена Верна. Вместе с этим пергаментом, они будут служить доказательством ваших приключений — как только вы будете проходить через какое-либо значимое место, один из камней сменит цвет с зелёного на красный. Вам нужно будет оставить его в этом месте и на карте появится нестираемая отметка. Это и будет доказательством вашего великого путешествия.
— Несложная задача, — ответил Воло, сохраняя уверенность на своём лице, — Но, видите ли, у меня сейчас есть другие дела — я пишу книгу о Кормире и…
— Молчать! — в третий раз за вечер скомандовал Хелбен, — Если вы пробудите в одном месте больше двенадцати часов, то камни начнут поглощать вас, но если вы выбросите камень прежде, чем он успеет окраситься в красный цвет, то остальные тоже начнут поглощать вас, — Хелбен грозно посмотрел на Пэсспоута, — Если новый хранитель камней решит прекратить это путешествие или выбросит камни…
— Я понял, — печально ответил Пэсспоут, проклиная свою “удачу’’, - Магия поглотит меня.
— Именно, — ответил архимаг.
Толпа ждала ответа Воло. Великий путешественник считал, что выбора у него не было, так как на карте стоит его гордость и репутация.
— Молли, моя дорогая, — сказал Воло так громко, чтобы слышали все, — попроси носильщиков принести нам наши походные рюкзаки и плащи. Похоже, нам придется поспать сегодня под дождём. Если это испытание докажет всем, что я самый великий путешественник, что ж… Я и мой слуга Пэсспоут пройдём через весь Торил и вернёмся сюда, в таверну “Пасть Дракона”, и эта карта будет доказательством нашего великого путешествия. Запомните мои слова, вы ещё услышите о великом путешественнике мастере Волотампе Геддарме, и его слуге, великом драматурге Пэсспоуте, сыне Кантифласа и Газель.
— Адель, — поправил его Пэсспоут.
Воло повернулся к архимагу, протянул свою руку и сказал:
— Если это то, что нужно, чтобы доказать всем мою славу, что ж, мастер Арунсун, пусть будет так. Давайте расстанемся как мужчины, пока мы не встретимся снова с доказательством нашего подвига в моей руке.
— Как мужчины, — кивнул Хелбен, — пусть будет так.
Архимаг обхватил руку Воло и тут же потряс её. Через тело великого путешественника прошёл холод, от ощущения той незримой власти, исходившей от архимага. Быстро опомнившись от своих раздумий, он сказал:
— Пэсспоут, идём. Гнорм, Майло, Молли, запомните мои слова — мы ещё вернёмся.
Повесив рюкзак на свою спину, Воло вышел в ночь, принимая вызов архимага, а вслед за мастером путешественником вышел Пэсспоут, который, несомненно, боялся приключения, лежащего перед ним.
Глава 4
— Но мастер Воло, я же просто драматург. Я никогда не уезжал из Кормира, а теперь ты требуешь, что бы я отправился в путешествие по всему Фаэруну.
— Не бойся, мой друг, — попытался успокоить Воло своего беспокойного слугу, — представь, что весь мир, это сцена, а ты игрок на ней, который входит и выходит с неё, с тем лишь изменением, что периодически меняются декорации.