Брайан Смит – Те, кто убивает (ЛП) (страница 47)
— Ты настоящая?
Глаза Зеба затрепетали, и мир на секунду стал белым, прежде чем снова обрел четкость. Из его рта потекла еще одна струйка крови.
— Я думаю, ты настоящая.
Лулу только улыбнулась.
— Ты настоящая. Я думал, что я — особенный, и именно поэтому я мог слышать тебя, когда никто другой не мог. Но… Я был неправ…
Лулу покачала головой.
Зеба внезапно пробрал озноб.
Он подумал обо всех людях, которых убил, и об их отчаянных мольбах о пощаде. Он не был готов, даже близко не был готов к этому, но сейчас у него не было права голоса. У него перехватило дыхание, и он слегка содрогнулся. Когда судороги прошли, он услышал вой приближающихся сирен.
Лулу опустилась на пол и оседлала его.
Зеб попытался что-нибудь придумать.
Что-нибудь.
Но все, что он мог слышать сейчас, — это эхо криков своих жертв.
Потом он ушел.
Лулу смотрела ему вслед.
Она поцеловала его в губы.
А потом тоже ушла.
ГЛАВА 30
ГЛАВА 31
Трех часов безделья на пляже и купания в океане было для Чака более чем достаточно. Ему нужно было отдохнуть от солнца. Он собрал полотенце и пустые бутылки из-под "Короны" и сказал Зои, что собирается вернуться домой и принять душ. Зои улыбнулась и сказала, что скоро придет. Он наклонился для поцелуя, почувствовал, как ее язык скользнул к нему в рот, и ухмыльнулся.
— Ты уверенa, что не хочешь принять душ вместе со мной?
Она улыбнулась.
— Может быть, позже?
Он усмехнулся.
— Kонечно. Парень никогда не может быть слишком чистым.
Он направился по пляжу к дому, сначала перебрался через поросшую травой дюну, а затем по короткому мостику добрался до забора, окружавшего бассейн на заднем дворе. Он открыл калитку и шагнул внутрь, задержавшись на некоторое время, чтобы смыть песок с ног шлангом. Он проник в дом через нижний этаж, прошлепал мокрыми ногами к лестнице и начал подниматься на третий этаж. Он остановился на площадке второго этажа, когда услышал женский стон, очень слабый, доносившийся из одной из комнат дальше по короткому коридору. Он повернулся и посмотрел в глубь коридора. Там было две комнаты. Две двери. Одна справа была закрыта, другая слева приоткрыта. Звук раздался снова. Определенно женский. Член Чака дернулся в плавках.
Все это время, проведенное на солнышке и созерцании множества обнаженных женских тел поблизости, довело его до изнеможения. Он вдруг пожалел, что не приложил больше усилий, чтобы заманить Зои обратно в дом. Он хотел повеселиться так же, как кто-то в одной из этих комнат. Он был уверен, что звук доносился из-за приоткрытой двери. Его охватило желание узнать, кто это был. Он был удивлен. Обычно он не был склонен к вуайеризму, но нельзя было отрицать силу желания. Он взглянул на следующую лестницу, ведущую на третий этаж. Пусто. Затем он проверил лестницу, ведущую обратно на первый этаж. Тоже чисто. Он глубоко вздохнул и начал двигаться по коридору как можно тише.
Это был хороший вопрос. Он не имел права этого делать. Это было чертовски рискованно. Но желание было слишком сильным, чтобы сопротивляться. Он подошел к приоткрытой двери и заглянул в щель.
Он подавил вздох.
Анна-Лиза и Эмили целовались на кровати. Они лежали на матрасе, и Анна-Лиза была сверху. Возбужденный член Чака болезненно давил на ткань его плавок, когда он наблюдал, как две девушки извиваются и целуются. На Аннe-Лизе не было топа, только шорты, а Эмили была в крошечном белом бикини. В том, что он видел, не было ничего нежного. Они целовались с таким голодом, словно пытались поглотить друг друга. Чак не мог в это поверить. Эти двое были лучшими подругами Зои, но он был уверен, что они ненавидели друг друга. Но Эмили никогда нельзя недооценивать. Он был уверен, что это она подстрекала к этому. И все же он не мог представить, как она соблазнила Анну-Лизу.
Анна-Лиза прервала поцелуй и села, оседлав Эмили.
— Я хочу сесть тебе на лицо.
Она расстегнула шорты и повернулась, чтобы выскользнуть из них. Чак проглотил комок в горле и поборол желание залезть в свои плавки. Вуайеризм — это одно, но будь он проклят, если рискнет, что кто-нибудь застанет его за мастурбацией в коридоре. Ему в голову пришла мысль, заставившая его нахмуриться. Почему дверь была открыта? Кстати, о риске. Но это было очевидно, не так ли? Это было сделано специально, вероятно, Эмили. Это было бы так на нее похоже. Она хотела, чтобы кто-нибудь это увидел.
Он услышал голос снизу как раз в тот момент, когда Анна-Лиза склонилась над лицом Эмили.
Чак отошел от двери и поспешил вверх по лестнице на третий этаж. С сильно бьющимся сердцем он направился в бар. Ему нужно было выпить, и немедленно. Душ мог подождать. Он зашел за стойку и оглядел ряды бутылок с ликером, снова мысленно поблагодарив отца за то, что тот подумал обо всем. Его отец был очень непредвзятым в отношении употребления алкоголя несовершеннолетними. Что имело смысл, поскольку он сам был большим любителем выпить еще в подростковом возрасте. Чак много лет пил вместе со своим отцом. Некоторые назвали бы такое поведение жестоким обращением с детьми. Отец просто рассматривал это как продолжение традиции.
Чак насыпал льда в стакан со льдом и до краев наполнил его "Джонни Уокер Блэк". К тому времени, когда Джо, громко топая, поднялся по лестнице в гостиную, он уже выпил половину стакана. Он заметил Чака у стойки бара и ухмыльнулся. Его плавки промокли, а ступни были покрыты песком.
Чак кивнул на его ноги.
— Ты везде оставляешь следы песка, придурок.
Джо пожал плечами и подошел к бару.
— Мы же здесь не живем, чувак. Дерьмо бывает грязным, ну и что? С этим могут справиться домработницы. Дай мне что-нибудь из того, что у тебя есть.
Чак приготовил еще один напиток и передал его Джо.
— Вот. Я должен выплеснуть его тебе в лицо, черт возьми.
Улыбка Джо погасла.
— Я что-то натворил, чувак? Я этого не делал, что бы это ни было, клянусь.
— Значит, вы с Эмили не трахались с Зои в ту ночь, когда меня избили до полусмерти в том баре?