Брайан Смит – Те, кто убивает (ЛП) (страница 3)
— Что?
— То, что ты делаешь. Стоишь там, — pука девушки скользнула внутрь сумки. — Это подозрительно. Ты должeн сделать что-нибудь, чтобы успокоить меня прямо сейчас.
Роб начал двигаться. Его трясло. Твердый асфальт под его ногами, казалось, вот-вот превратится в зыбучие пески. На самом деле, это было бы здорово. Супер. Пусть мир разверзнется и поглотит его целиком. Это не могло быть хуже, чем когда какая-то сумасшедшая телка с пистолетом везла его кататься по шоссе в ад, которое наверняка заканчивалось тупиком.
Ударение на слове
Каким-то образом, однако, ему удалось добраться до другой стороны "Гэлакси", не упав и не испугавшись каким-либо иным образом. Чудо. Он открыл дверь со стороны водителя и скользнул за большой красный руль автомобиля.
Он захлопнул дверь и снова начал трястись.
— О, Боже. Блядь. О, черт.
Девушка уставилась на него.
— Испугался?
— До усрачки.
— Xорошо. С тобой все будет в порядке, пока ты слишком напуган, чтобы выкинуть какую-нибудь глупость.
— Ладно.
— Заводи машину.
Роб уставился на свою правую руку и заставил себя сосредоточиться, пока она не перестала дрожать. Ключ уже был в замке зажигания. Он повернул его, и старый двигатель V-8 взревел, оживая.
Он откинулся на спинку сиденья и снова посмотрел на девушку.
— Что теперь?
— Подожди.
Она положила пистолет на приборную панель и начала рыться в сумке. Он услышал, как звякнуло множество предметов. Он посмотрел на нее. Все ее внимание, казалось, было сосредоточено на том, чтобы найти что-то внутри сумки. Он посмотрел на пистолет.
Он потянулся за ним.
Ее кулак появился из ниоткуда и с силой врезался ему в переносицу. Боль пронзила его, и он откинулся назад на своем сиденье. Струйка крови вытекла из одной ноздри и потекла мимо губ в рот. Его глаза расширились, когда он уставился на нее. Пистолет все еще лежал на приборной панели. Но любая мысль о том, чтобы снова дотянуться до него, увяла и умерла. Разум Роба помутился. Мир вращался вокруг своей оси. Происходящее с ним было настолько чуждым и выходило за рамки его опыта. Он, как и любой другой, повидал немало потасовок на школьном дворе, но никто в его взрослой жизни никогда не бил его. Жестокость была просто шокирующей.
И не имело ни малейшего значения, что она была девчонкой. Или что он был крупнее и, вероятно, сильнее. Она обладала дикой быстротой дикого существа. И она никогда не колебалась — ранить или причинить боль. Эти качества были так же очевидны, как и ее красота. Он никогда в жизни не чувствовал себя таким запуганным, и его приводила в ужас мысль о том, что он может сделать что-то еще, что разозлит ее.
Она поставила сумку на пол.
Солнце отразилось от чего-то блестящего в ее руках.
Роб нахмурился.
— Наручники?
Она потянулась через него и схватила его за левое запястье. Она надела на него один из браслетов и защелкнула его. Затем она защелкнула другой на руле. Роб разинул рот при виде своей руки в наручниках.
Он посмотрел на нее.
— Это действительно необходимо?
— Я обнаружилa, что разумное использование наручников — эффективный способ держать таких идиотов, как ты, в узде.
— Мне кажется, это немного чересчур. И я не идиот.
— Мне все равно, что ты думаешь. Так что заткнись и веди машину, идиот.
Роб включил передачу на "Гэлакси" и нажал на педаль газа. Машина отъехала от заправки.
— Стоп.
Роб нажал на педаль тормоза и посмотрел на нее. Она снова смотрела на парковку торгового центра. "Гэлакси" был остановлен на краю стоянки "Квик Мартa". Улица между торговым центром "Стрип Mолл" и круглосуточным магазином была временно свободна от движения.
Он кашлянул.
— Эм… мне просто подъехать туда?
— Нет. Подожди.
Они ждали.
Прошло несколько минут.
Cо стоянки торгового центра "Стрип Mолл" выехал фургон и повернул направо на улицу.
Девушка ударила его по плечу.
— Следуй за этим гребаным фургоном.
Роб мгновение смотрел вслед фургону, прежде чем подчиниться команде. Дорога между торговым центром "Стрип Молл" и "Квик Мартом" была узкой, с двумя полосами движения. Он успел хорошо разглядеть людей внутри фургона, когда они выехали на улицу. В нем было несколько молодых людей примерно того же возраста, что и его похитительница. Все они были, возможно, на три или четыре года младше его. Студенческого возраста. Но они совсем не были похожи на эту девушку. Они выглядели… ну… нормально.
Его колебание было кратким, но достаточно долгим, чтобы быть заметным.
Он попытался придумать неискреннюю причину, по которой она захотела бы последовать за молодыми людьми в фургоне.
На ум ничего не приходило.
Пистолет снова был у нее в руке. Она прижала его к месту на его бедре.
— Вот где находится твоя бедренная артерия. Я выстрелю, и ты быстро истечешь кровью.
Роб нажал на педаль газа "Гэлакси".
Раздался вой клаксонов, когда старая машина вылетела на улицу. Роб проигнорировал последующие гневные жесты. Он резко вывернул руль вправо и поспешил догнать удаляющийся фургон.
ГЛАВА 2
Она больше не могла выносить звука его голоса. Серьезно. Вот так все пошло наперекосяк между Зои Мартин и Чаком Кирби, ее парнем, с лета, когда они учились в младшем и выпускном классах средней школы Смирны. У нее начинала болеть голова каждый раз, когда он открывал рот. От этого у нее ныли зубы. Не имело значения, что он говорил. Или каким тоном это было сказано. Он мог быть счастлив и смеяться, отпуская шутки. Или злиться и набрасываться на нее (хотя это было довольно редко). Он мог сказать что-нибудь ласковое, из тех вещей, которые должны растопить сердце девушки, и это только вызвало бы у нее желание бросить все.
Дело в том, что они просто
Прошло уже больше трех с половиной лет, впереди целых четыре года. Наступили весенние каникулы, а это означало, что лето не за горами. Перспектива еще одной годовщины в качестве девушки Чака вызывала чувство отчаяния и страха. Иногда она чувствовала, как тает ее молодость, исчезая медленными, но неумолимыми каплями в космическую канализацию. Каждый прожитый день был еще одним упущенным шансом на что-то новое. От этого ей было чертовски грустно. И, возможно, это сделало ее незрелой, из-за чего она немного потеряла сон в последние месяцы, но она начала воспринимать свои чувства как искренние. Ее не волновало, означало ли это, что она поверхностна. Она была молода, было еще несколько месяцев до исполнения установленного законом возраста употребления алкоголя. Пришло время принять незрелость, пока она все еще находилась на том этапе своей жизни, когда это было приемлемо. Через два коротких месяца ее первый курс в Университете Вандербильта станет историей. Как и ее отношения с Чаком. Она хотела снова стать по-настоящему беззаботной, насладиться своей молодостью и испытать уровень эмоциональной свободы, которого у нее не было со времен старшей школы. Где-нибудь в будущем настанет время для вечных отношений.
Желательно, где-нибудь в отдалении.
И с кем-нибудь, кроме Чака.
Она приняла решение несколько недель назад.
До сих пор она держала это в секрете, никому не сказав ни слова, даже своим самым близким друзьям. Эта чертова экскурсия в Миртл-Бич была главной причиной, по которой она до сих пор не объявила об этом официально. Поездка находилась в стадии планирования с конца прошлого лета. Отец Чака, крупный девелопер, платил за все, основными расходами были домик на пляже и аренда фургона. Большой "Шевроле Экспресс" потреблял столько бензина, что у среднестатистического защитника окружающей среды случился бы инфаркт, но щедрость Конрада Кирби по платиновой карте сделала бессмысленным даже рост цен на топливо. Все было покрыто, вплоть до непредвиденных расходов.
Но ее сдерживали не только деньги.
Нужно было подумать о ее друзьях.
Аннa-Лиза Коллинз и Эмили Синклер. Не просто ее подруги, а
Это было то, чего стоило ждать с нетерпением.
Тем временем…
— Тебе не следовало быть таким грубым с этой девушкой.