Брайан Смит – Порочный - 2 (страница 27)
Джессика тихонько усмехнулась и сказала:
- Ба-бах!
Билли еще раз всхлипнул.
Джессика убрала пистолет от его головы.
- Убирайся.
Билли судорожно вздохнул, когда, наконец, открыл дверцу и выскользнул из грузовика в высокую траву. Схватив с пола сумочку и перекинув ремешок через плечо, Джессика тоже вышла.
Позади дома была небольшая деревянная терраса с перилами. На ней был пропановый гриль, кованый стол и несколько стульев. Один из стульев был опрокинут. Единственная пустая пивная бутылка стояла в центре стола. Джессика отшвырнула ногой опрокинутый стул и направилась к задней двери. Заглянув в пустую кухню, она использовала пистолет, чтобы выбить оконную панель. Она потянулась внутрь, чтобы повернуть дверной замок, и осторожно провела пальцами по краю двери, пока не нашла засов. Сначала засов не хотел поддаваться, но она надавила сильнее, и в конце концов он поддался давлению, отодвинувшись с громким стуком. Затем дверь распахнулась внутрь с ожидаемым скрипом ржавых петель.
Джессика оглянулась на Билли, который настороженно наблюдал за ней. Она отступила в сторону и махнула рукой в сторону открытой двери.
- Дамы вперед.
- Знаешь, что смешно?
- Что смешного, Билли?
- Вначале я думал, что ты вполне приличный человек. Знаешь, несмотря на все эти похищения. Я думал, что мы даже сможем стать друзьями, когда ты разберешься со своими проблемами, какими бы они ни были, - его глаза блеснули чем-то похожим на искреннюю печаль. - Но теперь я знаю тебя намного лучше.
Натянутая улыбка Джессики не смогла скрыть ярости, нарастающей в ней.
- Неужели?
- Ни один действительно порядочный человек не получает удовольствия от причинения вреда другим людям.
Фальшивая улыбка Джессики исчезла, и она махнула пистолетом в сторону открытой двери.
- Внутрь, Билли.
Замолчав, Билли вошел внутрь, не сказав больше ни слова.
Джессика последовала за ним внутрь и оттолкнула его плечом с силой, намного превышающей любую необходимую. Затем она принялась методично обыскивать дом по комнатам, что не заняло много времени, потому что дом был небольшой. Там был всего один этаж с двумя спальнями, ванной, кухней, обеденной зоной и гостиной. Убедившись, что в доме никого нет, она провела Билли в гостиную и усадила на потрепанный, старый, клетчатый диван. Он подчинился без колебаний и комментариев, и уставился на беспорядочную стопку старых журналов на кофейном столике перед собой.
Она направила пистолет ему в лицо.
- Мне нужно позвонить. Сиди спокойно и держи рот на замке, пока я говорю. Понял?
Он кивнул.
- Ага.
Джессика сбросила с плеча ремешок сумочки. Она достала последний одноразовый сотовый телефон, который купила днем. Включив его, она набрала номер отца и поднесла телефон к уху.
Он ответил на второй звонок.
- Это тa, о ком я думаю?
Она подавила рефлекторное желание выплеснуться на звук его голоса. Ее старик был твердолобым, военным, старой закалки, занимавшимся делом во времена неприятностей и конфликтов. Ей нужно было показать, что она сделана из того же теста.
- Да.
- Ты там, где я думаю?
Она ничего не сказала.
Он хмыкнул.
- Хорошo. Я все еще делаю для тебя все, что могу, но это может занять больше времени, чем я изначально надеялся. Есть люди на более высоком уровне, которые заинтересованы в том, чтобы тебя навсегда нейтрализовали.
Джессика не смогла сдержать раздраженный вздох.
- Почему?
Отец вздохнул.
- На тебя смотрят как на пустое место. Никто не хочет, чтобы стало известно о том, что на самом деле произошло в Кабуле.
- Но это же смешно! Мне есть что терять, как и всем остальным, если это когда-нибудь станет достоянием общественности. Черт, я больше всех вляпаюсь, раз уж держалa палец на гребаном спусковом крючке.
Отец несколько мгновений молчал, давая ей время прийти в себя. Когда он снова заговорил, то тем же размеренным тоном, что и прежде.
- Я все еще верю, что могу это исправить. Просто это потребует больше времени и тонкости, чем я думал изначально. А пока мне нужно, чтобы ты держалaсь подальше, вне поля зрения. Tы в безопасном месте?
- Я в доме. Уверенa, что владельцы не вернутся в ближайшее время.
- В твоих интересах оставаться там, пока я не разрешу ситуацию.
- Как ты думаешь, сколько времени это займет? - спросила Джессика, и в ее голосе снова появился оттенок беспокойства, несмотря на все ее попытки подражать решительно-спокойному тону отца.
- По крайней мере, еще один день. Может два. Если в какой-то момент тебе нужно будет выйти из дома за припасами, предлагаю сделать это под покровом ночи. Еще кое-что... - cо стороны отца последовала короткая пауза. - Ты однa?
Джессика посмотрела на Билли, раздумывая, стоит ли рассказывать о нем отцу. Она знала, что он прикажет ей убить его, но не была к этому готова.
- Да. Я однa.
На лице Билли отразилось глубокое замешательство. Его рот открылся, как будто он хотел что-то сказать. Джессика прижала палец к губам, ее свирепый взгляд обещал суровое наказание, если он выдаст ложь. Билли закрыл рот.
- Хорошo. Не теряй веру. Я все улажу. Обещаю.
Линия оборвалась.
Джессика бросила телефон в сумочку и направила пистолет в лицо Билли. Он снова задрожал, и его глаза наполнились свежими слезами. Она приписала его возросший ужас замечанию о том, что она была одна. Парень понятия не имел, с кем она разговаривала, но у нее было предчувствие, что у него разыгралось воображение. Он, вероятно, считал ее наемной убийцей для мафии или какой-то другой сомнительной личностью, что на самом деле было не так уж далеко от истины. И он, конечно, предположит, что человек, с которым она разговаривала, был ее боссом. Он мог бы также предположить, что момент его смерти близок, что она избавляется от него, чтобы удовлетворить интересы этого воображаемого босса.
Но она по-прежнему не собиралась его убивать.
Hе сейчас.
- Растянись на диване, Билли. Ляг на спину.
Он нахмурился.
- Что? Зачем?
- Просто сделай это, сука.
Билли вздрогнул от этого эпитета, напуганный бесчеловечной страстностью в ее тоне, но он сделал, как было сказано. Когда он лег на спину, Джессика положила пистолет и села на край журнального столика. Она начала снимать ботинки.
Билли нахмурился.
- Что ты делаешь?
Джессика ничего не сказала, вставая и расстегивая застежку джинсов. Джинсы были очень узкими, и ей пришлось заставить их спуститься с бедер, прежде чем она смогла выйти из них. Затем она сняла черные трусики, и после этого она снова взяла пистолет.
Билли выглядел еще более расстроенным, чем обычно.
- Какого хрена ты делаешь?
Джессика подошла к дивану и прижала глушитель пистолета ко лбу, заставляя его втянуть воздух, и его глаза расширились. В выражении лица Джессики, когда она смотрела на него сверху вниз, не было намека на гнев. Гнев угас во время разговора с отцом. Дело было не в гневе, на самом деле. Речь шла о силе и чувстве контроля, о вещах, которые стали для нее очень важны после того, как она пережила предыдущий визит в Хопкинс-Бенд. Она много работала и преобразилась, превратившись в человека, которого надо бояться. Но это чувство власти и контроля ускользнуло, оставив ее нервной и испуганной.
А это было неприемлемо.
- Я собираюсь сесть тебе на лицо, - сказала она монотонным голосом. - A ты будешь лизать мою "киску", пока я не прикажу тебе остановиться, - oна сильнее прижала глушитель к его лбу, подушка под ним вдавилась, когда он вдавил в нее затылок. - А если ты этого не сделаешь, я всажу тебе пулю в голову.