Брайан Олдисс – Мир-Кольцо (страница 94)

— В таком случае я не понимаю… — начал удивленный Комплейн, но советник поднял руку.

— Я прочту тебе содержание этикеток, находящихся на коробках, и ты поймешь. Сохранились только этикетки, — сказал он. — Здесь, например, написано так: “Фильм — “Вид Новой Земли с воздуха, из стратосферы, с орбиты. Середина лета, северное полушарие”. А здесь: “Фильм — “Флора и фауна. Континент А, Новая Земля”. И так далее.

Он положил коробку и, помолчав, добавил:

— Вот, молодой человек, ответ на твой вопрос. На основании этих коробок можно утверждать, что корабль счастливо добрался до планет Проциона. Сейчас мы летим назад, к Земле.

В захламленной комнате воцарилось молчание. Каждый из присутствующих думал о своем. Первой опомнилась Виан, она встала и сказала, что уже нужно идти.

— Подожди, — сказал Комплейн. — Вы сказали нам так много и в то же время так мало. Если мы действительно летим к Земле, то когда до нее доберемся? Как мы это узнаем?

— Мой мальчик, — начал Трегоннин, потом вздохнул, как будто хотел изменить содержание своего ответа. — Мой мальчик, разве ты не видишь, как много уничтожено… Ответы не всегда ясны. Исчезли даже некоторые вопросы, если ты понимаешь, что я имею в виду. Позволь мне ответить так: мы знаем расстояние от Новой Земли — так ее называли колонисты — до Земли; оно составляет, как я уже говорил, одиннадцать световых лет. Однако, мы не можем установить, с какой скоростью движется корабль.

— Но одно мы все же знаем, — вставила Виан. — Расскажи Рою о Реестре Носа, советник.

— Да, я как раз собирался это сделать, — сказал Трегоннин. — Еще до того, как мы, то есть Совет Пяти, приняли власть над Носом, нами управляли люди, называющиеся губернаторами. Благодаря им Носовики из слабого племени превратились в могучий народ. Губернаторы имели обычай передавать один другому Реестр или Завещание, и именно этот Реестр или Завещание я получил от последнего губернатора перед его смертью. Это только перечень имен губернаторов, но под фамилией Первого губернатора написано, — он закрыл глаза и процитировал: “Я четвертый капитан корабля в его обратной дороге домой, однако титул этот звучит сейчас смешно, и я предпочитаю называться губернатором, если это не слишком претенциозно”.

Советник открыл глаза.

— Теперь ты видишь, — сказал он, — что хотя фамилии трех первых исчезли, мы знаем сколько поколений жило на корабле с момента его старта к Земле: двадцать три.

— Это очень большой отрезок времени, — сказал Мараппер. — Когда мы достигнем Земли?

— Этот вопрос уже задавал твой друг, — напомнил Трегоннин. — Я могу только сказать, что знаю, как долго длится наше путешествие, но никто не знает, как долго оно будет продолжаться и когда кончится. Прежде чем появился первый губернатор, произошла какая-то катастрофа или что-то в этом роде, и с той минуты корабль мчится без остановки в космическом пространстве, без капитана, без контроля и можно даже сказать — безо всякой надежды.

Когда наступило время сна, Комплейн, несмотря на усталость, не мог заснуть. Перед его глазами мелькали вызывающие страх образы, он терялся в собственных домыслах. Снова и снова анализировал он каждую деталь рассказа советника, стараясь как-то переварить его.

Все это было очень огорчительно, но среди множества фактов одна небольшая и почти незаметная деталь их визита в библиотеку не давала ему покоя и возвращалась снова и снова, как зубная боль. Сначала она казалась совершенно незначительной, и Комплейн, единственный, кто заметил ее, не произнес об этом ни слова. Теперь же значение этого факта все возрастало, пока не затмило даже мысли о звездах.

Когда Трегоннин читал свою лекцию, Комплейн взглянул на потолок. Из-за находящейся там решетки внимательно, как будто все слыша и понимая, выглядывала крыса.

3

— Ограничения для твоего я, Рой! — взорвался Мараппер. — Перестань лезть в дела Носовиков. Я знаю, что это работа той девушки. Запомни мои слова, она тебя использует! Ты так занят мыслями о пикантных тайнах, которые скрывает ее юбка, что не можешь отличить дерева от глонов. Помни, что мы прибыли сюда с собственными целями.

Комплейн покачал головой. Утром следующей яви они со священником сидели в столовой. Зал был полон офицеров, но ни Виан, ни Скойт еще не появлялись. Мараппер снова вернулся к своей любимой теме о совместном завоевании власти.

— Ты несносен, Мараппер, — коротко сказал Комплейн, — и прошу тебя, не примешивай к этому инспектора Виан. Носовиков тревожат гораздо более важные вещи, чем жалкое стремление к власти. Кроме того, чего ты добьешься, если убьешь многих из них? Чем это поможет кораблю?

— К черту корабль! Слушай, Рой, поверь своему старому священнику, который никогда тебя не обманывал. Эти люди используют нас в своих целях, и здравый рассудок подсказывает сделать с ними то же самое. Вспомни, что Наука наказывает всегда думать только о себе, чтобы избавиться от внутренних комплексов.

— Ты кое-что забыл, — сказал Комплейн. — Литания кончается словами: “…а корабль дойдет до порта”. Это один из основных догматов Науки. Ты всегда был очень плохим священником, Мараппер.

Разговор прервался появлением Виан. Она заявила, что уже позавтракала. Мараппер извинился с большим, чем обычно, раздражением и удалился.

Что-то в поведении Виан подсказало Комплейну, что она довольна уходом Мараппера.

— Фермура уже допрашивали? — спросил он.

— Нет, просто один из членов Совета Пяти — Зак Дейт — виделся с ним. Роджер, то есть мастер Скойт, будет допрашивать его позднее, а сейчас он занят непредвиденными делами.

Он не спрашивал, что это за дела. Ее близость ошеломила его настолько, что он вообще с трудом мог говорить. Больше всего ему хотелось сказать, что только чудом можно уложить волосы так красиво, но вместо этого он спросил, что ему делать.

— Пока отдохни, — оживленно сказала она. — Я пришла, чтобы показать тебе Нос.

Экскурсия оказалась интересной. Так же, как и в Кабинах, здесь было много пустых и открытых комнат. Виан объяснила, что их содержимое осталось на планете Проциона, Новой Земле. Другие комнаты превратили в фермы гораздо большие, чем в Кабинах. Многих животных Комплейн никогда раньше не видел, впервые увидел он и плавающих в бассейне рыб. От Виан он узнал, что они поставляли белое мясо, которое ему так нравилось. Везде видны были разнообразные формы, нередко разводимые в особом освещении. Были также специально культивируемые глоны. Одну очень длинную комнату превратили в сад — деревья росли у стен, а кусты и более мелкие растения — на середине, в специально подготовленных рвах. Здесь Комплейн впервые увидел грейпфрут. Было очень жарко, работники были обнажены до пояса, и с лица Комплейна стекал пот.

На сельскохозяйственных палубах работало много мужчин и женщин, выполнявших различные обязанности, простые и сложные. Как мирные люди, Носовики считали сельское хозяйство главным своим занятием. И тем не менее, несмотря на огромные усилия, урожаи, по словам Виан, не удавались, а животные подыхали без видимых причин. Голод постоянно угрожал Носу.

Они перешли на другие палубы, где местами было совершенно темно, а на стенах виднелись шрамы от ударов, нанесенных неизвестным и забытым оружием. Следы катастрофы были видны до сих пор. Наконец, они добрались до уровня силовой установки, которая, как утверждала Виан, была запретной территорией для всех, кроме нескольких офицеров. Здесь не жил никто, все здесь было оставлено времени. Царила полная тишина, везде лежала пыль веков.

— Иногда я представляю себе, как здесь было когда-то, — прошептала Виан, водя фонарем по стенам. — Наверняка, шумно. В этом отсеке вырабатывалась энергия движения. Здесь должно было работать множество людей.

Двери по обе стороны коридора совершенно не походили на обычные двери корабля. В них были вмонтированы тяжелые колеса. Они прошли последним коридором и оказались в огромном, высотой в несколько этажей, зале. Луч фонаря упал на стоящие с обеих сторон огромные резервуары необыкновенных форм, между которыми находились странные тяжелые конструкции на колесах, с черпаками, крюками и металлическими захватами.

— Все это когда-то жило, — прошептала Виан, — а теперь мертво… — В зале не было эха, поскольку массы металла поглощали все звуки.

— Именно этим управляла бы Рубка, — добавила она, — если бы мы сумели ее найти.

Они повернули назад, и Виан ввела его в другой зал, напоминающий предыдущий, хотя и несколько меньше. Здесь, несмотря на то, что слой пыли был так же толст, как и везде, раздавался постоянный глубокий звук.

— Видишь, здесь сила еще не умерла, — сказала девушка, — она по-прежнему живет за этими стальными стенами. Идем, я тебе кое-что покажу!

Она завела его в боковую комнату, которую целиком занимала огромная машина. Окруженная плитами, она выглядела как три огромных колеса, соединенных ступицами. С обеих сторон машины торчала труба диаметром несколько футов, исчезавшая в потолке. По совету Виан Комплейн приложил руку к одной из труб — оказалось, что она отчетливо вибрирует. Сбоку одного из колес находился контрольный люк. Виан открыла его. Глубокий звук тут же усилился, как будто невидимый арфист дернул струну.

Комплейн заглянул внутрь: в темноте что-то непрерывно вращалось, издавая этот глубокий звук. Из небольшой трубки в самом центре маленькими каплями капала жидкость, падая на вибрирующую ступицу.