Брайан Олдисс – Мир-Кольцо (страница 89)

Когда ее глаза остановились на нем, Комплейн почувствовал какую-то странную дрожь. Что-то в позе Фермура подсказало ему, что и — на него девушка произвела сильное впечатление. Ее прямой взгляд, нарушающий основополагающее табу Кабин, все сильнее его беспокоил.

— Так значит, это вы — бандиты Грегга, — сказала она, наконец.

Сейчас, после внимательного осмотра, было видно, что она потеряла к ним интерес.

— Наконец-то мы схватили нескольких из вас. Вы доставили нам массу неприятностей. Теперь вас подвергнут пыткам, потому что нам нужны конкретные сведения. А может, вы хотите рассказать все добровольно, прямо здесь?

Голос ее был холоден и равнодушен. Было ясно, что пытки являются обычными средствами, применяемыми к людям их сорта.

Первым заговорил Фермур.

— Ты добрая женщина, и мы просим тебя избавить нас от пыток.

— Я не хочу и не должна быть доброй, — ответила она, — а что касается моего пола, то это не должно интересовать вас. Я — инспектор Виан, и допрашиваю всех пленников, доставляемых сюда. Самых упрямых мы пропускаем через специальные шестерни. Вы, как отъявленные мерзавцы, не заслуживаете ничего лучшего. Мы должны знать, как добраться до предводителя вашей банды.

Мараппер широко развел руками.

— Поверь, мы ничего о нем не знаем, — сказал он. — Не знаем мы и о мерзавцах, которые ему служат. Мы не имеем с ним ничего общего, а наше племя живет за много палуб отсюда. Я смиренный священник и ни в коем случае не посмел бы лгать.

— А ты, я вижу, скромник, — сказала она, воинственно выдвинув вперед подбородок. — А что вы делаете так близко от Носа? Разве вы не знаете, что наш район опасен?

— Мы даже не догадывались, что находимся так близко от Носа. — ответил священник. — Глоны были очень густые, а мы пришли издалека.

— А откуда вы, собственно, прибыли?

Это был первый вопрос, который задала им инспектор Виан. Независимо от того, обращалась ли она к ним или слушала ответ, девушка в сером мундире не удосуживала их взглядом. Они были для нее никем, просто сворой согнанных вместе собак; как люди они для нее не существовали. Они лишь составляли незначительную деталь какой-то хрупкой, требующей решения проблемы.

По мере того, как продолжался допрос, она начала терять уверенность, что они члены какой-то банды. Банда эта, как следовало из ее слов, совершала налеты ка Нос с базы, расположенной далеко, и все это происходило в то время, когда имелись другие, гораздо более важные проблемы.

Разочарование Виан, вызванное тем, что они представляли для нее гораздо меньший интерес, чем она предполагала, сделало ее еще холоднее. И чем больше нарастал этот холод, тем разговорчивее становился Мараппер. Его буйное, легко возбудимое воображение, подсовывало ему бесчисленные видения, из которых неизбежно еледовало, что эта суровая женщина одним движением пальца может отправить их в Долгое Путешествие. В конце концов, он выступил вперед и положил руку на ее стол.

— Одного вы до сих пор не поняли, — сказал он с нажимом. — А именно того, что мы не обычные пленники. Когда ваш патруль напал на нас, мы были в пути к Носу с очень важной информацией.

— Да ну? — Ее подвижные брови выражали триумф. — Ты же только что говорил, что ты всего лишь смиренный священник из маленького селения. Мне уже надоели противоречия в твоих показаниях!

— Знание! — сказал Мараппер. — Разве важно, откуда оно происходит? Я серьезно предупреждаю вас, что я человек ценный.

Виан холодно улыбнулась.

— Значит, Вас нужно оберегать, раз вы обладаете такой ценной информацией. Так, священник?

— Я сказал, что я располагаю некоторым знанием, — с нажимом подчеркнул Мараппер, надувая щеки. — Если при этом ты проявишь снисходительность и пожалеешь моих бедных, ничего не понимающих друзей, я буду очень счастлив.

— Вот как? — Она впервые за весь разговор села за стол, и на лице ее появилась улыбка.

— А ты, — показала она на Комплейна, — если ты ничего не понимаешь, то что ты можешь предложить?

— Я охотник, — сказал Комплейн, — а мой друг Фермур фермер. Правда, мы ничего не знаем, но можем служить своей силой.

Виан, не глядя на него, положила руки на стол.

— Думаю, что ваш священник прав. Знаниями можно нас подкупить, но не силой. Силы у нас пока достаточно.

Она повернулась к Фермуру.

— А ты, дылда, — сказала она, — ты не произнес до сих пор ни слова. Что можешь предложить ты?

— Молчанием я только прикрывал свое беспокойство, госпожа, — мягко сказал он. — В нашем племени не было дам, которые в чем-либо могли бы соперничать с вами.

— Этого тоже нельзя принять в качестве взятки, — равнодушно сказала Виан. — Ну, хорошо, священник, надеюсь, твоя информация окажется интересной. Может, ты наконец скажешь, в чем дело?

Мараппер сунул руки под стол и энергично покачал головой.

— Я оставляю эту информацию для более высокого начальства, — сказал он. — Сожалею, но я не могу тебе ее передать.

Она, казалось, не обиделась. Видимо, она была весьма уверена в себе, потому что руки ее, лежавшие на столе, даже не дрогнули.

— Я немедленно вызову своего начальника, — сказала она.

Один из стражников получил приказ и исчез, чтобы вскоре вернуться с энергичным мужчиной средних лет.

Новоприбывший сразу произвел на них сильное впечатление. Глубокие морщины избороздили его лицо, как вода, текущая с гор, прорезает себе русло, и возраст подчеркивала седина в его светлых волосах. Глаза у него были широко открыты, линия рта говорила об упорстве и сильной воле. Агрессивное выражение лица смягчала улыбка, которой он одарил Виан, после чего мужчина немедленно завел с ней тихий разговор в углу комнаты. По мере того, как Виан рассказывала, он то и дело посматривал на Мараппера.

— Что ты думаешь насчет прыжка к дверям? — прошептал Фермур Комплейну.

— Не дури, — ответил Комплейн. — Нам ни за что не выбраться из этой комнаты, не говоря уже о Стражниках на границе.

Фермур пробормотал что-то непонятное и, кажется, решил попробовать в одиночку, но в эту минуту к ним подошел мужчина, беседовавший с Виан, и сказал:

— Мы хотим подвергнуть вас испытаниям. Скоро мы снова вызовем тебя, священник. А пока, стражники, отведите пленников в третью комнату.

Приказ был выполнен немедленно. Несмотря на протесты Фермура, его вместе с Комплейном и Мараппером вывели из комнаты и, проведя по коридору, втолкнули в другую. Стражники закрыли за ними дверь. Мараппер был несколько смущен, ибо понимал, что попытка спастись за их счет может грозить потерей доверия. Поэтому он решил вернуть его, поддержав их дух.

— Ну, ну, дети мои, — сказал он, протягивая к ним руки, — Долгое Путешествие всегда имеет свое начало, как говорит Наука. Носовики более цивилизованы, чем мы, и от них можно ожидать самого худшего. Позвольте мне прочитать последние молитвы.

Комплейн отвернулся и сел в самом дальнем углу комнаты, то же самое сделал и Фермур. Мараппер последовал их примеру и уселся на свой мощный зад, положив руки на колени.

— Держись от меня подальше, святой отец, — сказал Комплейн. — Оставь меня в покое!

— У тебя что, нет и на грош разума? — спросил священник голосом сладким, как густой сироп. — По-твоему, Наука допускает покой в последние часы жизни? В последний раз ты должен быть приведен в сознание. Что ты сидишь здесь в отчаянии? Разве твоя жалкая паршивая жизнь стоит хотя бы плевка? Что в тебе настолько ценно, что не заслуживает полного уничтожения? Рой Комплейн, ты болен и тебе нужны мои советы.

— Прими к сведению, что я уже не твой прихожанин, — сказал Комплейн слабым голосом. — Я сам собой займусь.

Священник скривился и повернулся к Фермуру.

— А ты, друг мой, что можешь сказать ты? — спросил он.

Фермур улыбнулся — он уже взял себя в руки.

— Я хотел провести хотя бы час с этой инспекторшей Виан, а потом могу с радостью отправиться в Путешествие, — сказал он. — Можешь ты мне это устроить, Мараппер?

Прежде чем Мараппер успел придумать подходящую мораль, открылась дверь, и появилось рябое лицо, а за ним рука, энергично машущая священнику. Мараппер встал и пригладил одежду.

— Я замолвлю о вас словечко, дети мои, — сказал он и с достоинством вышел за стражником в коридор. Через минуту он стоял лицом к лицу с инспектором и ее начальником, который, опершись об угол стола, заговорил первым:

— Пространства тебе. Если я правильно понял, ты священник Генри Мараппер. Меня зовут Скойт, мастер Скойт, и в мои обязанности входит допрос всех чужаков. Каждый, кто попал сюда, на Нос, оказывается передо мной или перед инспектором Виан. Если ты тот, за кого себя выдаешь, тебе не сделают ничего плохого, но из Бездорожий выползают странные создания, от которых мы должны защищаться. Я слышал, что ты хотел что-то сообщить нам.

— Я прошел долгий путь через множество палуб, — сказал Мараппер, — и не одобряю приема, с каким здесь встретился.

Скойт покачал головой.

— Что ты хотел нам сказать? — спросил он.

— Я могу сообщить это только капитану.

— Капитану? Какому капитану? Капитану стражи? Другого здесь нет.

Мараппер оказался в неловком положении, потому что не желал употреблять слово “корабль”, пока это не станет неизбежным.

— Кто ваш начальник? — спросил он.

— Инспектор Виан и я отвечаем только перед Советом Пяти, — гневно ответил Скойт. — Встреча с Советом до подтверждения нами значимости твоей информации невозможна. Быстрее, священник, у нас есть и другие дела. Терпение — одна из старомодных добродетелей, которой у меня нет. Так что же это за сведения, о которых ты так много говорил?