Брайан Олдисс – Мир-Кольцо (страница 83)

Мараппер хотел сразу же двинуться дальше, но остальные поддержали Вантаджа и молча приступили к еде.

— Что будет, если мы окажемся на палубе, на которой все двери будут закрыты, как эти? — поинтересовался Комплейн.

— Это исключено, — решительно сказал Мараппер. — В этом случае мы бы ничего не слышали о Носовиках. Наверняка есть дорога — и даже не одна — ведущая на их территорию. Нужно только перейти на другой уровень и поискать.

В конце концов они нашли проход на Палубу 59, а потом очень быстро на 58. Тем временем стало поздно, приближалась темная сон-явь. Их снова охватило беспокойство.

— Вы заметили? — спросил вдруг Комплейн. В эту минуту он вел всю группу. — Вид глонов изменился.

Это была правда. Гибкие до сих пор ветви становились более мясистыми и не такими твердыми. Меньше стало листьев, зато чаще появлялись восковые зеленоватые цветы. Изменилась и почва под ногами. Обычно она была твердой, пронизанной густой путаницей корней, высасывающих каждую каплю влаги, теперь же была мягкой и более темной.

Чем дальше они шли, тем заметнее это становилось, и скоро они уже брели по грязи. Они миновали ферму томатов, потом какие-то кусты с овощами, которых не смогли определить; среди явно слабеющих глонов появлялись все новые виды растений. Эта удивительная смена обеспокоила их. И все же, Мараппер, боясь темноты, объявил привал.

Они протиснулись в боковую комнату, в которую уже до них кто-то вламывался. Она была завалена рулонами толстой материи с очень сложным рисунком. Свет фонаря Фермура осветил огромное количество моли. С неописуемым звуком она поднялась с материи, с которой сразу же исчез рисунок, зато появилось огромное множество глубоко проеденных дыр. Моль кружилась по комнате, вылетая в коридор; люди чувствовали себя так, будто оказались среди песчаной бури.

При виде большой моли, летящей прямо на него, Комплейн наклонился. На мгновение он испытал странное чувство, которое вспомнилось ему позднее: хотя моль пролетела мимо его лица, ему показалось, что она залетела прямо в голову. Это, конечно, была галлюцинация, но он чувствовал, что насекомое заполняет весь его мозг. Потом вдруг чувство исчезло.

— Здесь невозможно заснуть, — сказал Комплейн и повел товарищей дальше по болотистому коридору. Следующие открытые двери, какие им удалось найти, вели в помещение, оказавшееся идеальным для установки лагеря. Это была какая-то мастерская, большая комната, заставленная рабочими столами, станками и другими предметами, с их точки зрения ничего не стоящими. Из крана, который невозможно было закрутить, текла непрерывная струя воды. Она стекала в раковину, а из нее в находившуюся где-то под палубой огромную цистерну для сточных вод. Утомленные, они умылись и подкрепились своими запасами. Едва закончили, наступила темнота, естественный мрак, наступающий каждые четыре сна-яви. Никто не требовал молитв, духовник тоже их не предлагал. Он был так же утомлен, как и все остальные, и занят теми же, что и все, мыслями. Они преодолели всего три палубы, от рубки их отделяла еще долгая дорога. Впервые Мараппер осознал, что, независимо от достоинств его плана, он не представлял истинных размеров корабля даже приблизительно.

Часы были вручены Комплейну, который должен был разбудить Фермура, когда стрелка опишет полный круг. Охотник с завистью смотрел, как остальные укладываются под столами и тут же погружаются в сон. Некоторое время он упрямо стоял, но усталость заставила его занять сидячее положение. Он настойчиво искал ответ на тысячи мучивших его вопросов, но и это вскоре утомило его. Он сидел, опершись на стол, и глядел на закрытые двери. Через круглое матовое стекло, которое в них находилось, виден был слабый контрольный свет в коридоре. Круг этот становился все больше и больше, он кружился и расплывался… и наконец Комплейн закрыл глаза…

Проснулся он внезапно, с чувством беспокойства. Дверь была открыта. В коридоре почти полностью лишенные света глоны быстро умирали. Верхушки их надламывались и падали вниз. Эрни Роффери в комнате не было.

Комплейн встал, вынул парализатор и, прислушиваясь, направился к двери. Было малоправдоподобно, чтобы кто-то мог увести Роффери — это сопровождалось бы возней и шумом, который разбудил бы остальных. Из этого ясно следовало, что Роффери покинул комнату по собственной воле. Но почему? Может, он что-то услышал в коридоре?

Действительно, издалека доносился какой-то звук, напоминающий журчание воды. Чем дольше Комплейн слушал, тем громче казался ему этот звук. Он быстро взглянул на троих спящих и вышел в коридор поискать источник звука. Этот довольно рискованный шаг показался ему более разумным, чем желание разбудить священника и объяснить ему. что он дремал вместо того, чтобы бодрствовать.

В коридоре он осторожно зажег фонарь и сразу же нашел на грязи следы Роффери — они вели в сторону еще не исследованной части уровня, на котором они находились. Двигаться теперь было легче, потому что глоны остались только в середине коридора, а стены были свободны. Комплейн двигался осторожно, не зажигая без надобности света, с парализатором, готовым к выстрелу. На пересечении коридоров он на мгновение задержался и снова двинулся в направлении, откуда доносилось журчание воды.

Глоны исчезли, и появилась смытая струей воды палуба. Комплейн чувствовал, как она омывает его ботинки, и шел очень медленно, стараясь не плескать. Это было что-то совершенно новое…

Перед ним появился свет. Когда он приблизился, то увидел, что горит он в большом помещении, отделенном от коридора двойными застекленными дверями. Он подошел к двери и остановился, читая надпись “Плавательный бассейн”. Он повторил эти слова, совершенно не понимая их значения. Заглянув в дверь, он увидел лестницу, ведущую в сторону колоннады, находящейся наверху, а за одной из колонн — тень человека.

Он немедленно отпрыгнул от двери. Человек не пошевелился, и Комплейн решил, что тот его не заметил. Человек стоял, повернувшись к нему спиной, и был похож на Роффери. Комплейн осторожно открыл дверь, и тут же волна залила его ноги. Вода текла по ступеням, превращая их в водопад.

— Роффери! — крикнул он, направив парализатор на стоящего за колонной человека.

Эти три слога, сказанные нормальным голосом, многократно усиленные резонансом, зазвучали как гром, и эхо повторило их много раз, прежде чем замерло в темноте окружающей его пещеры. Исчезающее эхо затерло все другие звуки, оставив только звенящую в ушах глухую тишину.

— Кто там? — шепотом отозвался человек.

Несмотря на страх, Комплейн сумел прошептать свое имя, после чего мужчина кивнул ему. Комплейн начал медленно подниматься по лестнице и, поравнявшись со стоящим человеком, убедился, что это действительно оценщик. Роффери схватил его за руку.

— Спал, болван! — прошипел он на ухо Комплейну.

Тот согласно кивнул, боясь эха. Роффери не поддержал этой темы и без единого слова протянул руку вперед. Комплейн посмотрел в том направлении, удивленный выражением его лица.

Ни один из них не видел такого большого помещения. Освещено оно было только одной лампой, и огромное пространство тянулось без конца и тонуло в темноте. Полом служило зеркало воды с концентрически расходящимися кругами. В свете лампы вода сверкала, как металл. На другом конце помещения из гладкой поверхности поднимались трубы, поддерживающие разной высоты помосты, а по обеим сторонам виднелись едва различимые кабины.

— Как это красиво, — вздохнул Роффери. — Скажи, разве это не красиво?

Комплейн удивленно посмотрел на него. Слово “красиво” имело исключительно эротическую окраску и применялось только в отношении чрезвычайно привлекательных женщин. Однако он должен был признать, что зрелище, открывшееся перед ними, требовало особого определения. Он снова посмотрел на воду — ничего подобного они еще не видели никогда. До сих пор вода означала для них капли, капающие из крана, тонкую струйку из резиновой трубки или же немного жидкости на дне кружки. Что может означать такое количество воды? — задумался он. Хотя мрачный и зловещий вид этот заключал в себе и нечто прекрасное.

— Я знаю, что это, — очень тихо сказал Роффери. Он смотрел на воду, как загипнотизированный, лицо его так смягчилось, что его невозможно было узнать. — Я читал об этом в книгах, попадавшихся мне для оценки, и до сих пор считал это вздором. — Он помолчал, потом процитировал: — “Мертвые не встанут, а даже самая длинная река впадает в море”. Это море, Комплейн, мы наткнулись на море. Я читал об этом много раз. По-моему, это доказывает, что Мараппер был не прав, говоря о корабле. Мы просто в подземном городе.

Слова эти не произвели никакого впечатления на Комплейна, который не придавал значения названиям. Зато его вдруг осенило, почему Роффери бросил свою хлебную должность и присоединился к рискованной экспедиции священника. Теперь он знал, что причина была та же, что и у него — тоска по чему-то, чего он никогда не знал и чего не мог коснуться пальцем.

— Зачем ты сюда пришел? — спросил он, понизив голос, чтобы снова не вызвать эха.

— Пока ты спокойно храпел, я проснулся и услышал голоса в коридоре, — сказал Роффери, — Сквозь стекло я увидел двоих людей, проходивших мимо… только они были слишком велики для людей… Это были Гиганты!