Брайан Ламли – Титус Кроу (страница 13)

— Вот именно, — кивнул Кроу. — Твари пришли в движение, и кто знает, сколько у них гнезд и где эти гнезда могут находиться? Нам известно, что есть туннели в Западном Мидленде — по крайней мере, я сильно подозреваю, что это так. Еще один подкоп — в Хардене на северо-востоке Англии — но ведь могут быть еще десятки других! Не забывай слова сэра Эмери: «Он ждет времени, когда сможет заразить весь мир своей мерзостью…» Откуда нам знать — может быть, то вторжение в тысяча девятьсот тридцать третьем году было не первым? Что ты скажешь о заметках сэра Эмери насчет Адрианова вала и Эйвбери? Там тоже были их гнезда, Анри?

Кроу умолк — мне показалось, что он не может подобрать нужные слова.

А я встал и принялся ходить по кабинету — по той части пола, которую Кроу успел расчистить. Но все же… Я снова был озадачен. Что-то из того, что сказал Кроу… Мой разум еще не успел освоиться с сегодняшними откровениями.

— Титус, — наконец проговорил я, — что ты хочешь этим сказать — «гнездо в Западном Мидленде»? Ну, то есть, я понимаю — в Хардене творится нечто ужасное, но с чего ты взял, что нечто подобное может произойти в Мидленде?

— А! Тебя это зацепило. Но как я вижу, ты кое-что упустил, — сказал мне Кроу. — Но это можно понять, потому что пока тебе известны не все факты. Вот послушай: Бентам забрал яйца семнадцатого мая, Анри, а чуть позже, в этот самый день в Коулвиле, в двухстах милях оттуда, были отмечены линейные толчки в направлении с юга на север. Мне это видится таким образом: некоторое число особей из гнезда в Мидленде подобрались близко к поверхности земли — там, где почва более рыхлая, им, естественно, перемещаться проще. Затем они отправились проверить, что произошло с гнездом в Хардене. Если наложить Харден и Коулвил на карту — как я и поступил, продолжая руководствоваться опытом Эмери Уэнди-Смита, — то ты обнаружишь, что эти города расположены почти что четко на севере и юге на одной линии относительно друг друга! Но все это, в свою очередь, говорит нам о кое-чем еще… — Кроу продолжал более взволнованно: — Кое о чем, чего я сам не замечал вплоть до последнего времени — в Коулвиле нет постоянно живущих взрослых особей, как в Хардене! Эти четыре харденских яйца были предназначены для того, чтобы образовать ядро нового конклава!

Немного помолчав, чтобы дать мне уяснить эту информацию, Кроу продолжал:

— Как бы то ни было, это коулвильская… экспедиция, назовем ее так, приступила к работе в Хардене примерно двадцать шестого числа того же месяца, и это вызвало обвал грунта в шахте, о котором мне написал Бентам. Обнаружив, что яйца исчезли, твари проложили ментальный след к жилищу Бентама в Элстоне.

Кроу сделал паузу и порылся в бумагах. Из них он выудил газетную вырезку и передал ее через стол мне для ознакомления.

— Как видишь, Анри, отмечались подземные толчки в Стенхопе, округ Дарем, двадцать восьмого числа. Надо ли уточнять, что Стенхоп находится точно между Харденом и Элстоном?

Я снова откинулся на спинку кресла и сделал приличный глоток бренди, которым меня угощал Кроу.

— Титус, совершенно ясно, что тебе нельзя хранить яйца здесь! — воскликнул я. — Господи, да прямо сейчас — невидимые, неслышимые, разве что в виде небольших толчков, засекаемых чувствительными сейсмографами, — эти подземные осьминоги, эти жуткие вампиры могут пробираться сюда, прожигая себе путь в недрах Земли! Ты подвергаешь себя куда более серьезной опасности, нежели Бентам — до того, как он отправил тебе яйца посылкой.

И тут вдруг у меня возникла идея. Я наклонился и ударил кулаком по столу.

— Море! — громко произнес я.

Похоже, Кроу немного испугала моя эмоциональная вспышка.

— Что? — спросил он. — Что ты этим хочешь сказать — «море», де Мариньи?

— Да вот что! — Я ударил кулаком по ладони другой руки. — Нет никакой нужды уничтожать яйца и навлекать на себя месть разгневанных родителей! Нужно просто отвезти яйца к морю и бросить их туда. Разве сэр Эмери не говорил, что эти гады боятся воды?

— Это мысль, — медленно протянул Кроу. — И все-таки…

— Что?

— Ну, у меня на уме было использовать яйца иначе. В смысле, более конструктивно.

— Использовать?

— Нам нужно остановить Шудде-М’еля раз и навсегда, друг мой, и ключ здесь, у нас, в наших руках! — Он постучал по коробке кончиком пальца. — Если бы только я мог продумать план, систему, которая могла бы заработать, найти способ… Но для этого мне нужно время, а это значит, что яйца должны оставаться здесь, а это значит, что…

— Титус, погоди, — грубо прервал я своего друга, примирительно подняв руки вверх. У меня появилась какая-то смутная мысль, она требовала, чтобы я сосредоточился. В следующее мгновение я радостно прищелкнул пальцами.

— Ну конечно! Я же чувствовал, что что-то не дает мне покоя. Ну-ка, поправь меня, если я ошибаюсь, но мы неопровержимо установили, что это чудище Шудде-М’ель и ему подобные описаны в цикле Мифов о Ктулху?

— Да, — кивнул мой друг. Он явно не понимал, к чему я клоню.

— Все очень просто, — сказал я. — Как же это получается, что эти твари не находятся в плену, как их мерзкие братья и кузены из мифологического цикла? Ведь их тоже должны были засадить в плен Старшие Боги миллионы лет назад?

Я попал в точку. Кроу нахмурился, быстро встал из-за стола, пересек кабинет и взял с полки том «Заметок о «Некрономиконе» Фири.

— Пока придется удовольствоваться этим, Анри, — сказал он. — По крайней мере, пока я не сумею договориться, чтобы тебе позволили ознакомиться с «Некрономиконом» в Британском музее. И на этот раз придется устроить так, чтобы тебе разрешили прочесть всю книгу. Однако, Анри, это опасная задача. Некоторое время назад я сам читал «Некрономикон» и был вынужден забыть большую часть прочитанного — потому что это было безумие! На самом деле, я думаю, нам будет лучше ограничить твой поиск определенными отрывками из перевода Генриетты Монтаг. Ты хочешь помочь мне в этом?

— Конечно, Титус, — ответил я. — Главное, сформулируй задание. А я постараюсь его исполнить наилучшим образом.

— Хорошо. Тогда это и станет твоим особым заданием, — сказал мне Кроу. — Ты сможешь сэкономить для меня уйму времени, если составишь краткую выборку из всего мифологического цикла Ктулху с особым акцентом на Шудде-М’еле. А я пролистаю еще несколько книг, которые, как я думаю, могут понадобиться нам в дальнейшем. А прямо сейчас давай-ка посмотрим, что нам сообщает Фири.

Мы никак не могли знать об этом тогда, но все получилось совсем не так, как планировал Кроу, потому что грядущие события должны были разрушить любые планы. Но мы об этом знать не могли, поэтому мой усталый и растрепанный друг принялся переворачивать страницы произведения Фири, в котором тот пересказывает (и порой — очень ярко) жуткую книгу Альхазреда. И вот наконец Кроу отыскал нужную страницу.

— Вот оно, — объявил он. — Фрагмент, озаглавленный «Сила пятиконечной звезды».

Он уселся в кресло и принялся читать:

«Оберегом от ведьм и бесов, от Глубинных, Дулсов, Червей, Тахо-Тахо, Ми-Го, Шог-Гаотов, призраков, валузий и всех прочих подобных людей и тварей, служащих Великим Древним и их отродью, служит пятиконечная звезда, высеченная на сером камне древнего Мнара, однако от самих Древних она не так хорошо помогает. Хозяин такого Камня сумеет повелевать всеми Тварями, которые ползают, плавают, ходят и летают даже там, откуда нет возврата. В Ихе, так же как в Великом Р’льехе, в И’ха-нхтлей, а также в Йотхе, в Югготхе и Зотхике, в Н’каи и Наа-Хке, и в К’н-яне, в Каркозе и в Г’харне, и в городах-близнецах Иб и Дх-йиб, в Кадатхе и на Холодной Пустоши, и даже в озере Хали, пятиконечная звезда будет иметь свою силу. Однако даже звезды гаснут и холодеют, и даже солнца умирают, а расстояния меж звездами вырастают, так угасает и Сила всех вещей — и пятиконечной звезды, и заклятий, наложенных на Великих Древних добрыми Старшими Богами. И настанет время, как некогда было время, когда станет ясно:

То не мертво, что в вечности живет, Но будет час, когда и Смерть умрет».

— «В Каркозе и Г’харне», — повторил я, когда Кроу закончил чтение. — Что ж, похоже, вот оно, объяснение!

— Да, — сухо отозвался Кроу, хмуро глядя на страницу раскрытой книги. — Но я почти уверен, что этот текст сильно отличается от музейного экземпляра «Некрономикона». Боже, как жаль, что Фири уже нет в живых! Я часто размышлял о его познаниях на предмет «Некрономикона» — не говоря уже о целом ряде других редких книг. И все-таки здесь… — Он постучал пальцем по странице, — здесь есть ответ хотя бы отчасти на твой вопрос.

— Значит, получается, что Шудде-М’ель был пленен в Г’харне, — проговорил я, сдвинув брови. — И значит, ему каким-то образом удалось бежать! Но как?

— Возможно, этого мы никогда не узнаем, Анри, если только не…

Кроу вытаращил глаза и побледнел.

— Что? Что ты хочешь сказать, Титус?

— Ну… — протянул мой друг, — я очень верю Альхазреду — даже в переложении Фири. Мысль чудовищная, я понимаю, но тем не менее, вероятно, ответ лежит в том, о чем я только что прочел. «Сила всех вещей — и пятиконечной звезды, и заклятий, наложенных…»

— Титус! — прервал я его. — Ты говоришь, что сила пентаграммы иссякла — а если это правда…

— Понимаю, — сказал Кроу. — Понимаю! Это также означает, что Ктулху и все прочие обрели свободу передвигаться, где пожелают, и могут убивать, и… — Он встряхнулся, словно пытался высвободиться из какой-то чудовищной паутины, и сумел вяло улыбнуться. — Но нет, такого быть не может. Нет, мы бы знали, если бы Ктулху, Йог-Сотхот, Йибб-Тстл и все прочие оказались на свободе. Мы бы узнали об этом давным-давно. Весь мир…