Брайан Кин – Упырь (страница 3)

- П-пожалуйста...

То, что находилось между ног существа, напряглось и направилось к ней, как магнит.

Хныча, Карэн отпрянула в сторону, отползая назад, как краб.

Она не ушла далеко.

Во тьме пел Принc, но услышать его могли только мертвые.

Час спустя через кладбище прокралась еще одна фигура с фонариком.

Функция автореверса на стереосистеме автомобиля снова перевернула кассету Принса на вторую сторону. Заглавная композиция - заунывное гитарное соло - завывала на полную громкость, достигая своего громоподобного крещендо.

Ворча, фигура выключила стереосистему. Кладбище снова погрузилось в тишину. Фигура обследовала верхушки надгробий, пока не нашла то, что искала: драгоценности - в основном принадлежавшие двум подросткам, а также некоторые другие. Прихватив добычу, фигура перешла к делу.

Над луной проплыло облако, и ночь стала еще темнее. Фигура взглянула вверх и вздрогнула.

Затем фигура собрала покрытую запёкшейся кровью одежду и одеяло, пустые банки из-под пива, окурки и другие вещи и положила всё это в багажник машины. Немногочисленные останки тела Пэта были брошены сверху, и фигура захлопнула багажник. Затем она счистила кровь и мозги Пэта с надгробия. В животе заурчало, когда фигура закончила это ужасное дело. Красная вода стала розовой, затем прозрачной. Закончив, фигура опорожнила ведро далеко от места преступления. Вернувшись, она села за руль "Новы", завела машину и уехала. Фары были выключены. Водитель ехал медленно, чтобы не пришлось тормозить, и поэтому не было видно мигающих стоп-сигналов, которые мог бы заметить ночной прохожий - кто-то возвращался домой с поздней смены на бумажной фабрике, или с последней стопки в "Вистл Стоп", или дети пробирались по улице, когда им пора спать.

Темнота поглотила машину. Единственным признаком того, что она здесь когда-то стояла, были две глубокие колеи в траве. Кладбище снова было пустынным, и когда сова прокричала во второй раз, вокруг не было никого, кто мог бы ее услышать.

Даже мертвых не было.

Глава 1

Это был первый день летних каникул, и в голове Тимми Грако роились все возможности. В течение следующих трех месяцев его ждали волнения, веселье и по-настоящему крутые приключения. Предстояло исследовать километры леса, проехать на велосипеде до газетного киоска, чтобы купить еженедельную порцию комиксов, порыбачить на местном пруду, разбить палатку и рассказать истории о привидениях, а особенно потусоваться в клубе.

И все началось с этого - субботних утренних мультфильмов.

Молоко в его миске превратилось в сахарный разноцветный осадок. Тимми съел еще одну ложку "Фрути Пебблз", с восторженным вниманием уставился в телевизор и старался не замечать отца.

- Тимоти, ты меня слышал? - Рэнди Грако повысил голос, соревнуясь с громкостью телевизора.

Тимми кивнул, откинув темную челку с глаз:

- Да, пап. Прополоть сад. Я сделаю это, когда закончится "Тундарр".

"Тундарр-варвар" был любимой утренней субботней передачей Тимми, заменившей "Геркулоидов" и "Тарзана, повелителя джунглей", а до них - "Страну потерянных". (Шоу Багза Банни и Даффи, конечно, оставалось его абсолютным чемпионом). Над "Тундарром" работали два его любимых создателя комиксов, Стив Гербер и Джек Кирби, и Тимми пристрастился к этой программе. Многие ребята в школе утверждали, что "Хи-Мэн и Повелители Bселенной" лучше, но Тимми просто смеялся над ними. Они были новичками. Он же был знатоком мультфильмов.

- Нет, - возразил отец, его тон оставался терпеливым, но граничил с чем-то другим. - Ты сделаешь это сейчас. Никаких споров.

- Папа...

Было очень трудно услышать телевизор.

- Если ты хочешь деньги, чтобы покупать комиксы и играть в эти дурацкие видеоигры, то тебе придется работать на улице и по дому. Таковы правила.

Дедушка Тимми, который сидел рядом с ним на диване, вздохнул.

- О, почему бы тебе не отстать от него, Рэнди? Это первый день летних каникул. Тундарр и Оокла Мок сражаются с Крысиным народом. Он может прополоть сад позже.

- Не лезь в это. Я сам решу, что лучше для моего мальчика.

- Я не могу не вмешиваться, - сказал старик: - Ты делаешь это здесь, пока я пытаюсь смотреть свои мультфильмы. Я ничего не слышу, когда вы разговариваете.

Заиграла реклама игрушки, которую Тимми не хотел.

Но он все равно смотрел ее, притворяясь заинтересованным. Он чувствовал напряжение в воздухе. Его отец и дед смотрели друг на друга. Потом дед кашлянул и снова посмотрел на телевизор.

Отец Тимми говорил медленно, так же, как он говорил с Тимми, когда тот попадал в беду.

- Папа, мне бы очень хотелось, чтобы ты не подрывал мой авторитет в доме. Мы договорились, что если ты будешь жить здесь с нами, то будешь уважать Элизабет и меня...

- Тише, - дед Тимми прервал его: - Сколько раз я должен тебе повторять? Мы не можем слышать это, пока ты говоришь.

Тимми подавил улыбку.

- Неважно, - проворчал Рэнди Грако: - Я сделаю сам, - oн посмотрел на них обоих и протопал к двери: - Но это еще не конец. Я не собираюсь терпеть это все лето.

Когда он ушел, Тимми и его дед посмотрели друг на друга и рассмеялись.

На кухне, по радио матери Тимми тихо играла песня Долли Партон, одна из любимых песен Элизабет Грако. Снаружи они услышали, как Рэнди открывает дверь гаража.

- Спасибо, дедушка.

- Не надо об этом. Кроме того, это важнее. Жаль, что у них не было таких вещей, когда я был в твоем возрасте.

- Что вы смотрели по телевизору?

- Смотрели? Мы ничего не смотрели - у нас даже не было телевизора. Мы слушали радио. У нас тоже были программы, но не такие.

Тимми нахмурился, пытаясь представить, что слушает "Гром" по радио, а не то, что обычно крутили - Майкла Джексона и Синди Лопер, Хьюи Льюиса и News, Journey и "Come On Eileen" Dexy's Midnight Runners. Тимми только начинал открывать для себя музыку. Iron Maiden. Twisted Sister. Sugar Hill Gang. Duran Duran. Eurythmics. Van Halen. И новые андеграундные металлические группы, такие как Metallica, Slayer и Anthrax, на которые его подсадили ребята из школьного класса. Более старые вещи, такие как "2112" Rush, "Mob Rules" Black Sabbath и сольный материал Dio. Один из ребят в школе показал ему, что если перевернуть обложку альбома Dio вверх ногами, то на ней будет написано "Дьявол". Тимми еще не был уверен, какая именно музыка ему нравится, но он знал, что это не "Come On Eileen". Эта песня годилась только для грязных шуток на детской площадке.

- Не-а, - повторил его дед, - никаких таких передач.

- А какие у вас были программы? - спросил Тимми.

Дед нахмурился:

- Ну, давай посмотрим. Была "Тень". Тебе бы понравилось. "Зеленый Шершень" и "Без света". "Одинокий рейнджер". "Эймос и Энди". О, и "Супермен", конечно.

- Супермен был тогда?

- Да, был. Хотя никакого "Тундарра".

- Он тебе больше нравится?"

- О, да, - голос его дедa упал до шепота: - Супермен - пизда.

Оба рассмеялись над запретным словом.

Бабушка Тимми умерла пять лет назад. Хотя он не признавался в этом вслух, Тимми иногда с трудом вспоминал ее, особенно ее голос, и это его огорчало. Дэйн Грако, отец Рэнди и дедушка Тимми, жил с ними последние девять месяцев. Ошибка на лестнице во время развешивания рождественских гирлянд привела к перелому бедра, а затем к почти смертельному приступу пневмонии.

В сочетании с его сердечным заболеванием и общим ухудшением здоровья, родители Тимми перевезли его в свой дом, вместо того чтобы оставить его жить одного или, что еще хуже, поместить в дом престарелых. Он занял свободную комнату в конце коридора, рядом с комнатой своего внука.

Тимми любил своего дедa и с удовольствием проводил с ним время. Он казался таким классным, таким непохожим на других взрослых, особенно на стариков. Он не разговаривал с Тимми свысока и не обращался с ним как с ребенком. У дедa по-прежнему было чувство юмора. Он разговаривал с Тимми как с равным и искренне интересовался тем, что нравится Тимми. Совместный просмотр субботних утренних мультфильмов был одним из их еженедельных ритуалов.

Отец Тимми, Рэнди, работал семь дней в неделю посменно на бумажной фабрике, где находили работу большинство мужчин в городе. Мистер Мессингер, владелец газетного киоска, где Тимми и два его лучших друга, Даг Кайзер и Барри Смелтцер, покупали свою еженедельную порцию комиксов, однажды сказал им, что если бумажная фабрика выйдет из бизнеса, то весь город высохнет и исчезнет. Все остальные предприятия в городе, химчистки, бары, "Пицца Дженовы", продуктовый магазин, почта, хозяйственный магазин, cтанция техобслуживания "Old Forge" и даже церкви, жили и умирали в зависимости от того, насколько хорошо шли дела на фабрике. Если у нее был плохой квартал, то плохой квартал был и у самого города. В прошлом году профсоюз объявил забастовку, а когда руководство не пошло на уступки, забастовка растянулась на десять месяцев. Тимми вспомнил, как он ехал на велосипеде по городу и увидел отца, идущего по линии пикета. Он выглядел усталым и измученным; он шаркал, как зомби из фильма "Рассвет мертвецов", который Тимми смотрел однажды поздно вечером по 43-му каналу. Тимми помнил, как его отец жаловался на "крыс", и как ему тогда казалось это забавным, пока ему не объяснили, что такое "крысы" на самом деле.

Тимми до сих пор не был уверен, что все понял. У "крыс" тоже были семьи, и им нужно было работать, чтобы содержать их.