Брайан Кин – Упырь (страница 18)

Даг покачал головой в недоумении.

- Под всем кладбищем? - воскликнул Тимми. - Это полный бред, Барри.

- Эй, не злись на меня! Это не моя вина.

- Прости, - голос Тимми стал мягче. - Я просто был в шоке, вот и все. Что твой папа собирается с этим делать?

- Я не знаю, - признался Барри. - Он мало что может сделать, разве что подсыпать грязь в просевшие места и подправить надгробия. Если это будет продолжаться, думаю, церковному совету придется что-то предпринять.

Они пересекли дорогу, прошли через двор Барри и перевалили через холм на задний двор Тимми, чтобы Кларк Смелтцер не увидел их и не нашел для Барри другого занятия. Затем они вошли в дом Тимми. Его мать устроила большой спектакль из-за травм Дага и заставила его сесть, пока она обрабатывала его ватными тампонами и дезинфицирующим средством. Даг сиял от внимания и заботы, он был счастливее, чем друзья видели его за последние несколько недель. Они покачали головами, опечаленные и озадаченные. Простое внимание матери - любой матери - изменило все его настроение.

- Что ты натворил? - спросила Элизабет. - Как ты ее так порезал?

- Я не знаю, миссис Грако. Я думаю, это был камень или что-то в этом роде.

- Ты думаешь? Эти царапины похожи на следы когтей, Даг.

- Это была куча палок. Я порезался, когда упал. Палки или камень. Я не смотрел, чтобы увидеть.

Пока Элизабет отвлекалась на Дага, Барри и Тимми пробрались на кухню и взяли бутылку уксуса и пластиковый контейнер с лимонным соком. Они включили радио его матери, чтобы перекрыть шум - Оливия Ньютон Джон говорила о физической нагрузке. Быстро наполнив свои пистолеты, они разложили пластиковое оружие на террасе, а затем вернули вещи, как раз когда Элизабет и Даг заканчивали работу. Они вошли в кухню. На Даге были старые кеды Тимми, прошлогодние, когда он увлекался скейтбордом. Они едва сходились, а шнурки были расстегнуты.

Мама Тимми понюхала воздух. Ее нос сморщился.

- Здесь пахнет уксусом.

Мальчики посмотрели друг на друга. Улыбка Дага исчезла.

- Правда? - голос Тимми надломился. - Я ничего не чувствую. Вы, ребята, чувствуете какой-нибудь запах?

Барри и Даг покачали головами.

Покачав головой, Элизабет выключила радио.

- Ребята, не хотите остаться на ужин? У нас будут гамбургеры и картофель фри. Рэнди будет жарить на гриле, когда вернется с работы.

Даг обрадовался.

- Конечно, миссис Грако. Это было бы здорово.

- Лучше не надо, - глаза Барри упали на пол. - Не хочу оставлять маму дома одну.

Элизабет нахмурилась на это странное заявление, но ничего не сказала. Она снова поморщилась от резкого запаха уксуса в воздухе. Материнский инстинкт подсказывал ей, что Тимми и его друзья что-то замышляют, но он также подсказывал ей, что это, скорее всего, не то, из-за чего они могут пострадать, погибнуть или попасть в беду, и поэтому она решила отпустить их. Отпустить - это то, с чем она боролась. Неважно, сколько Тимми лет, она все еще думала о нем как о своем маленьком мальчике и все еще волновалась. Она полагала, что так будет всегда, даже когда он станет взрослым.

- Гамбургеры и картофель фри, - сказал Даг. - Это будет в самый раз. Что на десерт, миссис Грако?

- Черничный пирог, - oна погладила Дага по голове. - Я позвоню твоей маме и удостоверюсь, что все в порядке.

- Не нужно, - сказал Даг. - Она, наверное, все равно не ответит.

- О? - Элизабет изогнула брови. - Она вернулась к работе? Рада за нее!

- Нет, она просто проводит много времени во сне.

- О...

- Мама, - прервал Тимми, избавив друга от дальнейшего смущения, - мы вернемся к ужину. А сейчас нам нужно кое-что сделать.

- Что?

- Не могу тебе сказать. Это совершенно секретно.

Его мать улыбнулась.

- Вернись к четырем. Твой отец будет голоден, и если ты не придешь поесть, ты сделаешь его ворчливым.

- Будет сделано.

Все трое выбежали на улицу, собрали свое вооружение и пошли по подъездной дорожке Тимми, направляясь в сторону дома Дага.

Барри посмотрел им вслед.

- А твоя мама не удивится, почему мы оставили наши велосипеды?"

- Нет, - сказал Тимми. - Она знает, что Даг не может крутить педали ногой. Она просто подумает, что мы пошли к ручью или еще куда-нибудь.

На краю участка Тимми они свернули налево и поехали по Лафман-Роуд, которая неуклонно поднималась в гору, а через полмили выровнялась. Густой лес окаймлял обе стороны дороги, а справа от них находился лес Боумана. Если бы мама Тимми действительно наблюдала за ними из окна, она бы решила, что они идут к ручью, как он и планировал. Но вместо того чтобы идти по тонкой тропинке в лес, они продолжили подниматься вверх по холму и скрылись из виду его матери. Дорога становилась все темнее, с обеих сторон ее затеняли высокие дугообразные деревья. Казалось, они нависают прямо над головой, словно пытаясь заслонить солнечный свет. В их тени было прохладнее, но и тревожно.

Даг прихрамывал, слегка приволакивая поврежденную ногу.

- Ты в порядке? - спросил Тимми.

Улыбаясь, Даг показал ему большой палец вверх.

- Лучше не бывает. Твоя мама хорошо меня подлечила. Она такая милая.

- Сейчас ты так говоришь, - насмехается Тимми. - Но я готов поспорить, что ты изменишь свое мнение, когда она приготовит брокколи на ужин и скажет тебе, что ты не можешь смотреть "Команду "А", пока не доешь.

- "Команда "А" - это глупость. Ты когда-нибудь замечал, что они выпускают в плохих парней десять тысяч чертовых пуль, но никогда ни во что не попадают? Никто никогда не убит и не ранен.

- И что? Мне нравится.

- Ну, мне нравится брокколи, и мне нравится твоя мама.

- Хочешь поменяться?

Улыбка Дага исчезла.

- Не думаю, что ты захочешь это сделать, Тимми.

- Почему нет? - поддразнил Тимми. - Ты передумал?

- Нет. Просто я не думаю, что моя мама тебе бы очень понравилась...

- Да, - голос Тимми стал мягче. - Наверное, ты прав.

Дальше они шли молча.

На вершине холма Лафман-роуд выровнялась, открывая прямой путь к дому Дага. Слева от них лес исчез, уступив место акрам огороженного пастбища.

Из-за Кэтчера им еще предстояло перелезть через забор и исследовать территорию. Среди полей бродили и паслись дойные коровы мистера Сойера. Несколько из них стояли недалеко от дороги и смотрели на мальчиков по ту сторону забора широкими немигающими глазами. Тимми однажды слышал, как его отец сказал, что у коров самое глупое выражение лица из всех божьих созданий, но Тимми с этим не согласился. Он считал, что коровы выглядят грустными. По его мнению, в их глазах была тоска, желание, чтобы они могли выйти за ограду и пастись по другую сторону дороги. Трава в лесу Боумана, должно быть, казалась им зеленее.

- Му, - позвал Даг, его настроение снова поднялось. - Муууууууу!

- Перестань, - предупредил его Тимми. - Если Кэтчер услышит нас, он прибежит.

- Но разве мы не хотим этого на этот раз?

- Да. Но я также хочу быть готовым к нему. Это нападение исподтишка. Не зови его, пока мы все не подготовим.

Кивнув, Даг отошел от коров и начал тихо напевать песню Морриса Дэя и группы The Time. По мере приближения к дому Сойеров его хромота становилась все более заметной, а темп движения замедлялся.

- Может, нам стоит подождать, - предложил он. - Вернемся в другой день.

- К черту, - сказал Барри. - У нас есть пистолеты, и мы зашли так далеко. Чего ты боишься?

- Нет.

- Да, боишься. Признай это. Ты боишься Кэтчера.