Брайан Кин – Убить Уайти (страница 6)

На мгновение они замолчали, уставившись на меня, без всякого выражения. Затем Джесси ударил ногой по спинке моего сиденья, а Дэррил захихикал.

- Ларри превратился в поэта и все такое.

- Пошел ты, Дэррил.

Джесси снова пнул сиденье.

- У тебя все плохо, не так ли?

- Да, - прошептал я. - Она невероятная.

- Ты собираешься попытаться...

Я пожал плечами.

- Лучше оберни свое дерьмо дважды, если будешь. Никаких поебушек с ней без "резинки".

- Почему?

Джесси вздохнул.

- Я тебе уже говорил, чувак. Сондра была шлюхой. Да, она милая и все такое, но это ничего не меняет. Она работала в массажном салоне. И они там не просто могут подрочить. Они верят в настоящий хэппи-энд - полное "ебать, я давно тебя люблю". И некоторые из этих девушек проделывают трюки в клубе, так что я не удивлюсь, если она все еще делает это и там. Любой может переспать в "Одессе". Даже Юл.

- Эй, - крикнул Юл. - Что это значит?

Джесси проигнорировал его.

- Все, что тебе нужно сделать, Ларри, это найти девушку, которая готова, а потом заплатить ей за "Запрещенный танец".

Дэррил стряхнул пепел в пепельницу.

- "Запретный танец"?

Джесси кивнул.

- Ага. Платишь четыреста баксов, и они ведут тебя в заднюю комнату и показывают тебе секреты "Запрещенного танца". Это код и все такое. Это значит, что ты хочешь получить секс.

- По-настоящему? - Дэррил был заинтригован.

- Совершенно точно.

- Чушь собачья, - сказал я. - Я могу понять, что в массажном салоне можно провернуть трюк, но стрип-клуб - это гораздо более громкое дело. Если бы это было правдой, копы бы их закрыли.

- Спроси Лу Майерса.

- Лу Майерс - клоун в заднице.

- Да, но он также знает своих шлюх. Чувак тратит на них половину своей зарплаты каждую неделю.

Я хрюкнул.

- Легко понять, почему. Лу не встречал ни одного "Биг Мака", который бы он не съел. Я удивлен, что этот жирный ублюдок вообще может трахаться.

- Я слышал это. Но он трахается. И он делает это в "Одессе" и в массажном салоне. А копы ни хрена с этим не делают, потому что они тоже трахаются - вместе с деньгами на стороне. Подумай об этом. Как ты думаешь, почему такой чувак, как Уайти Путин, привозит этих телок из России? Это не просто танцы. Он заставляет их трахаться. Ему не нужно платить налоги, медицинскую страховку или давать им оплачиваемый отпуск. Это идеальная подстава. А если его "конюшня" иссякнет, он всегда может заказать еще девочек.

- Значит, Уайти - сутенер?

- Может быть, но я не знаю наверняка. Я знаю только, что у него есть связи и что тебе не стоит с ним связываться. По словам Лу, он находит этих девушек в Чечне, Грузии, Армении и прочем дерьме.

- Джорджии? - нахмурился Юл.

- Не в нашей Джорджии, - сказал Джесси. - Грузия за границей, в Европе, тупое дерьмо. Люди Уайти привозят этих девушек в Штаты. Провозят их контрабандой через порт в Балтиморе. Оттуда они попадают в сеть. Отправляют их в другие города. Им не нужно беспокоиться об иммиграционных документах и прочем. Взамен девушки занимаются проституцией, чтобы расплатиться с русскими. Поэтому они устраивают их на работу в стриптиз-клубы, массажные салоны - в подобные места. Например, в те, которыми владеет Уайти. Он владеет и другими заведениями. Рестораны. Бары. Уайти - большой человек здесь, в Йорке, но он - мелкая шишка в большой схеме вещей. Предположительно, он связан с гораздо более крупной группой с Брайтон-Бич в Нью-Йорке.

- Значит, он не просто сутенер, - сказал я. - Тоня была права. Он из русской мафии.

Джесси поднял руки вверх.

- Йоу, я просто говорю. Вот и все. Я ни хрена не знаю. И вы, ребята, тоже не должны. Серьезно, не стоит с этим связываться. Чем меньше вы знаете, тем лучше для вас.

Я задумался, действительно ли Уайти был связан с мафией, или все, что сказал Джесси, было полным дерьмом. У Джесси была дурная привычка преувеличивать правду. В глубине души у него всегда были проблемы с самооценкой. Обычно его ложь и полуправда были направлены на то, чтобы казаться более важным. Более захватывающим. Как в этот раз. Мало того, что он повел нас в крутой стрип-клуб. Это должен был быть стриптиз-клуб, принадлежащий и управляемый русской мафией, и он должен был знать все большие секреты, к которым остальных нас не подпускали.

Но Тоня тоже намекнула, что Уайти был в мафии. Связан с ней. Она была серьезна или просто велась на бредни Джесси? Подыгрывала заказчику.

Я задумался о названии клуба. "Одесса". Оно было не русское. Это было немецкое название. Оно расшифровывалось как: "Organisation der ehemaligen SS-Angehorigen", или "Организация бывших членов СС". Я узнал это, смотря канал "The History". "Одесса" должна была быть тайным обществом, занимавшимся спасением нацистских военных преступников. Как же это связано со всей этой русской мафией?

На стереосистеме Circle of Fear перешел в Deftones. Джесси снова закрыл глаза и заснул. Юл снова начал грызть ногти. Дэррил зажег еще одну сигарету и кивал головой в такт музыке.

Может ли Сондра действительно быть шлюхой? Это казалось невозможным. Большинство проституток, которых я видел, обычно в старых повторах "Копов", выглядели затасканными. Сломанные, изжеванные, тощие, обрюзгшие наркоманки, от которых исходила аура сурового отчаяния. У них были шрамы, как эмоциональные, так и физические, и оба были видны наблюдателю. Но в Сондре этого не было. Она казалась... свежей.

Может быть, я был наивен, но я просто не мог этого увидеть. Сондра казалась выше всего этого. Просто наблюдая за ее танцем, она казалась ангелом, а не дьяволом.

Джесси проснулся, когда мы выехали на шоссе и остановились на красный свет. Он потер лицо и огляделся.

- Мне нужен кофе, - пробормотал он.

- Это точно, - Дэррил выкинул окурок в окно. - Я мог бы сходить в "Деннис". Одна из этих "Лун над моим окороком"[6] была бы сейчас, пипец, как кстати.

Я свернул на стоянку "GPS" и высадил парней у их машин. Юл теперь был в полной панике, гадая, не выяснит ли Ким каким-то экстрасенсорным способом, где он был. Заднее сиденье было усыпано блестками. Мы еще немного побеседовали с ним об этом, а затем попрощались. Юл пошел домой с озабоченным видом. Дэррил и Джесси отправились завтракать. Я ехал домой с яростным возбуждением, думая о Сондре.

Когда я вошел в дверь своей квартиры, мой кот Вебстер зашипел на меня. Он был раздражен. Его тарелка с едой была наполовину заполнена, но Вебстер никогда не был кошачьим питомцем с наполовину заполненной тарелкой. Он всегда воспринимал тарелку как полупустую и очень злился, если я не наполнял ее постоянно. Это объясняло, почему он был таким толстым.

Он жил у меня много лет. Я работал на заводе "Harley Davidson" через временное агентство (без возможности наняться на работу, что очень плохо, потому что я бы с удовольствием получал некоторые из этих профсоюзных зарплат), и я нашел его там. Тогда он был еще котенком. Я решил, что либо его кто-то бросил и оставил на произвол судьбы, либо у кого-то был приплод, и он удрал. Один из моих коллег нашел его прячущимся под штабелем салазок. Хорошо, что так. Если бы мы его не нашли, его бы убили, как только погрузчик попытался бы поднять штабель.

Его глаза были едва открыты, он был таким маленьким. Его кожа была тонкой, а ребра торчали наружу. Я взял его домой, купил в зоомагазине специальное молоко и кормил его из детской бутылочки для кукол, пока он не стал достаточно взрослым, чтобы есть настоящую еду. С тех пор он был у меня. Теперь он был большой, толстый и ворчливый. Угольно-черный мех и зеленые глаза, живот, который колыхался, когда он шел, любил спать и есть, все еще имел когти и знал, как ими пользоваться - особенно на чертовой мебели. Мой диван и кресло были разорваны в клочья.

Вебстер ненавидел всех, особенно Джесси. Он рычал и шипел на Джесси каждый раз, когда парни приходили. Но он любил меня, и я любил его в ответ. Без него моя квартира была бы гораздо более одиноким местом.

Я нагнулся. Вебстер позволил мне взять его на руки. Я почесал ему макушку и за ушами. Он немного мурлыкал, наслаждаясь вниманием и прощая меня за пренебрежение к его тарелке с едой. Через несколько минут его хвост начал вилять - сигнал, что он больше не хочет, чтобы его держали, поэтому я положил его на землю и покормил. Затем я проверил автоответчик. Сообщений не было. И никогда не было. Как и на моем мобильном телефоне.

В квартире было тихо. Всегда тихо. Я ненавидел то, что я чувствовал из-за этого. Я включал стерео - играл Machine Head[7] - и пытался убить тишину.

Несмотря на мой сжатый график в "GPS", моя социальная жизнь была не очень активной. Обычно после работы я тусовался с Дэррилом, Юлом и Джесси. В воскресенье после обеда я навещал своих родителей и ужинал с ними. Мама всегда спрашивала, встречаюсь ли я с кем-нибудь. Папа всегда что-то бормотал про себя. Думаю, он думал, что я гей. Иногда я думал о том, чтобы подколоть его, сказать ему, что так и есть, что у меня есть спутник жизни по имени Андре и мы любим друг друга. Но у моего отца больное сердце, и это дерьмо не было бы смешным, если бы у него случился сердечный приступ.

Изредка я ходил в кино один или на игру или концерт с ребятами. Но это было практически все. Никакой девушки. Было трудно знакомиться с девушками. Конечно, у меня были случайные интрижки то тут, то там - на одну ночь или на выходные. Но ничего постоянного. Ничего значимого или серьезного. Я завязал с барной сценой. Женщины, которых я встречал в барах, обычно оказывались чертовски сумасшедшими, и чаще всего я узнавал об этом только после того, как встречался с ними несколько недель. Все они были королевами драмы, шлюхами внимания или просто не в себе, а одна была замужем (она рассказала мне об этом на четвертом свидании, когда ее муж рано вернулся с работы).