Брайан Кин – Городская готика (страница 10)
- Копы не появятся, - сказал Маркус. - Мы теряем время, йоу.
- Может быть, - согласился Лео. - А может и нет. Но, по крайней мере, мы что-то сделали.
- Хороший поступок, - похвалила Лаванда, протягивая им тарелку с печеньем. – Вы молодцы парни. Так вы далеко пойдете в жизни.
Лео улыбнулся, но Перри казалось, что парень просто играет на публику.
- Куда? - спросил Джамал. - В соседний квартал? Черт, миссис Уоткинс. Отсюда не выбраться, если только ты не умеешь читать рэп или играть в баскетбол. Или не будешь продавать наркотики.
- Это ты верно подметил, - сказал Дуки.
- Я был бы признателен, если бы вы, мальчики, не ругались в моем доме. - Лаванда отложила печенье. - Мистер Уоткинс ругается, но это потому, что он старый и неисправимый.
- Извините. - Дуки опустил взгляд в пол.
- Ничего страшного. И послушай меня. Не говори, что из этого района нет выхода. Не думай так. Всегда есть возможности. Всегда есть двери. Нужно только подождать, пока откроется нужная. Вы все можете стать кем захотите. Люди говорили, что никогда не будет черного президента[7], и они ошибались, не так ли?
- Он не полноценный черный, - сказал Джамал. - Его мать была белой.
Лаванда нахмурилась.
- Прояви немного уважения. Этот человек - наш президент. Вы знаете, как тяжело ему пришлось бороться, чтобы достичь сегодняшнего положения? Ты должен равняться на него, а не на этих рэперов.
- Может быть, - пожал плечами Джамал, - но это не отменяет того факта, что его мать была белой.
- И что с того, что она была белой? - сказала Лаванда. - Это не имеет значения. Он такой же черный, как ты или я.
- Он точно чернее Криса, - поддразнил Маркус. - На этой улице нет никого более желтого, чем Крис.
- Пошел ты, ублюдок, - сказал Крис, повышая голос. - Завязывай. Я уже говорил тебе об этом дерьме.
- Йоу, - крикнул Лео. – Вас просили следить за языком, тупицы. Так что заткнитесь!
Перри сделал большой глоток пива и молча проклял мягкотелость своей жены. Он снова взглянул на экран телевизора и мысленно добавил ее выбор развлекательных программ в свой список того, что нужно проклинать.
Свет фар мелькнул на стене, пробился сквозь занавески, прочертил по фотографиям в рамке и часам, которые Перри и Лаванда получили в качестве свадебного подарка. Лео отдернул шторы и снова выглянул на улицу.
- Это полиция? - спросил Маркус. - Они наконец-то появились?
- Нет, - сказал Лео, вглядываясь пристальнее. - Это старый фургон. Проезжает мимо очень медленно, как будто они что-то или кого-то ищут.
- Спецназ, - предположил Перри. - Или, может быть, какие-нибудь парни под прикрытием.
- Я так не думаю. - Лео покачал головой. - Он выглядит довольно побитым. За рулем белый чувак. Я его плохо вижу, поэтому не могу быть уверен, но не думаю, что видел его здесь раньше. И фургон тоже.
- Куда он едет? - спросил Перри.
- О, черт... - Лео повернулся и уставился на парней. Его глаза округлились. - В сторону дома.
Перри отставил свое пиво.
- Ну, тогда это наверняка копы.
- Давайте выйдем на улицу и посмотрим, - предложил Джамал. - Может быть, увидим, что там за дерьмо.
Парни повставали, но Лаванда подняла руку, призывая, чтобы они сели обратно.
- Подождите, - сказала она. - Мы не знаем, что происходит. Если будет стрельба или что-то еще, то вы все здесь в большей безопасности.
Перри вскочил на ноги.
- О, пусть идут и смотрят. Ничего страшного с ними не случится, если только они не пойдут прямиком туда.
Лаванда нахмурилась, посмотрев на мужа. Перри нахмурился в ответ. Они смотрели друг на друга какое-то мгновение, а потом Перри первым отвел взгляд, со вздохом отвернувшись.
- Идем, парни, - сказал Лео, направляясь к двери. - Мы и так отняли у вас слишком много времени, миссис Уоткинс. Нам пора идти. Спасибо, что разрешили воспользоваться вашим телефоном.
- Мальчики! - Лаванда вскочила со стула. - Мне бы очень хотелось, чтобы вы остались здесь.
Лео перевел взгляд с Перри на своих друзей и на Лаванду, а затем покачал головой.
- С нами все будет в порядке. Как сказал мистер Уоткинс, ничего не случится, если мы не станем туда сильно близко подходить.
- Черт, - пробормотал Маркус. – То, что должно случится, все равно случится, независимо, где мы будем.
Лаванда уперла руки в бедра, плотно сжала губы и кивнула Перри.
- Ты пойдешь туда и подождешь с ними.
Перри открыл было рот, чтобы возразить, но потом передумал. Он уже видел выражение лица своей жены. Мужчина знал, что если ослушается ее, то снова будет спать на диване. Он ненавидел этот диван, мучимый своим бедром и артритом. Ему придется подчиниться ей, он знал это. Хуже того, это знала и Лаванда. С поникшими плечами он подошел к двери и вслед за подростками вышел на крыльцо. Странный фургон как раз проезжал мимо дома в конце квартала. Они наблюдали за миганием стоп-сигналов, когда он затормозил. Затем водитель погасил фары. Мгновение спустя автомобиль скрылся в темноте. Облака закрывали луну, и та сторона улицы была окутана мраком.
- Странно, - пробормотал Лео. - Что, черт возьми, он делает?
На улице было тихо. От этого Перри стало не по себе. На улице никогда не стояла такая тишина. Он посмотрел на Лео и его друзей и заметил по их позам, что тишина заставляет их тоже нервничать.
Затем издали послышались выстрелы, и все расслабились.
- Думаешь, он сначала разведывает обстановку? - спросил Маркус. - Осматривается, прежде чем подойти к дому?
Перри пожал плечами, хотя спрашивали не его. Фургон видно не было.
- Что бы он ни делал, - пробормотал Лео, - ему лучше поторопиться. Они там уже давно внутри.
Остальные парни выразили согласие с его доводом. Перри машинально тоже кивнул, но ничего не ответил. Лично он считал, что для ребят, находящихся в доме, уже слишком поздно.
Держась одной рукой за руль, Пол Синурия направил фургон к обочине. Другой рукой он сжимал пенопластовый стаканчик с теплым кофе, который купил на остановке вдоль шоссе Пенсильвания. Он подлил в него немного виски, полупустая бутылка которого была засунута под сиденье. С выключенными фарами он плохо видел: рядом с заброшенным домом не было ни одного работающего фонаря или другого дома, а плотные, медленно движущиеся по нему облака закрывали почти полную луну. Наехав передним колесом на бордюр, фургон затрясся, а затем снова съехал на дорогу. От толчка кофе пролился Полу на промежность. Ругаясь, он нажал на тормоз, поставил кофе в подстаканник и порылся в пакете из фастфуда. Найдя салфетку, вытерся и промокнул штаны. Выглядело так, будто он обмочился. По крайней мере, кофе был не горячим.
Джимми Баффета сменил Slipknot "New Abortion" в магнитоле. Пол любил говорить всем говорить, что его эклектичные музыкальные вкусы отражают то, что он человек противоречивый. Мужчина любил говорить, что он единственный настоящий ценитель их музыки. Но правда была в том, что он никогда не слышал Slipknot, пока несколько месяцев назад не нашел на стройке, куда пробирался тайком, сумку, полную компакт-дисков. На всех дисках был хэви-металл, или то, что считалось хэви-металом. Никаких длинных волос и прочив атрибутов рокеров. Только вокал, который звучал так, как будто группу возглавлял Куки Монстр. Он сдал все в ломбард, но диски Slipknot оставил себе. Ему нравились их мелодии, а их стиль напоминал ему KISS тех времен. Их музыка тонизировала его.
Как сейчас.
Пол заглушил двигатель, чтобы работающий на холостом ходу мотор не привлекал нежелательного внимания. Затем он снова отхлебнул кофе и покачал головой, уже не в первый раз задаваясь вопросом, как дошел до такого. Когда-то он был социальным работником в приюте для людей с психическими заболеваниями. Ему нравилась эта работа. Конечно, иногда она была напряженной, но это напряжение испарялось, когда он возвращался домой к своей семье - жене Лизе и двум детям, Иветте и Сабастьяну. Но потом приют был выкуплен крупной корпорацией, и они привлекли своих людей на многие должности. После четырнадцати с половиной лет работы там Пол оказался не у дел.
Пол так и не нашел новую работу. В его районе не было других подобных учреждений, а когда он поискал за пределами своего региона, то обнаружил, что многие из них также сокращают свой штат. Отчаявшись, он устроился на работу в пункт приема металлолома.
Это и привело его к этому.
Сначала Пол был поражен. Он и не подозревал, что переработка металлолома - это такой большой бизнес. Это была бурно развивающаяся отрасль с оборотом в шестьдесят пять миллиардов долларов, благодаря растущей мировой экономике и нынешнему социальному движению в сторону экологической сознательности. Металлолом был крупнейшим американским импортом в Китай после электронных компонентов. До получения работы в пункте приема металлолома Пол всегда представлял себе центры переработки как свалки. Правда оказалась совсем другой. На хламе можно было делать деньги.
Особенно если он доставался ему бесплатно.
Он начинал достаточно просто. И легально. Пол проработал неделю, прежде чем в свой первый выходной провел ревизию у себя в подвале, исследовал закоулки гаража и прошерстил сарай для инструментов. Разрозненные обломки его жизни были сложены в картонные коробки, пластиковые ящики из-под молока, мешки для мусора. Пол был приятно удивлен количеством вторсырья, которое обнаружил - алюминиевые банки из-под газировки (сохраненные для какой-то давно забытой благотворительной организации, но так и не сданные), латунные фитинги от старого резака, которым давно сломался, мотки медной проволоки, которые он сохранил от различных домашних электромонтажных работ, медные и латунные фитинги для труб и прочий хлам. В следующий понедельник он отнес все это в приемку и получил за это достаточно, чтобы покрыть один из их с Лизой платежей по автокредиту.