Брайан Эвенсон – Катализатор (страница 42)

В наушнике послышался голос командира охранников:

– Мы готовы, сэр. Открывайте дверь.

– Подождите немного, – сказал Генри и снова переключил внимание на яму. Он просидел так секунд тридцать или даже больше.

– Эй, это же не очередная ложная тревога? – спросил командир охранников.

– Нет, – рассеянно ответил Генри, – я просто должен подумать, как заставить их отойти от двери.

– Сколько их там? Я уверен, мы сможем взять ситуацию под контроль.

– Вы хотите сказать «убить их»?

– Всех убивать необязательно. Просто дадим им урок.

Генри уже открыл рот для ответа, но вдруг замолчал и уставился на монитор. В яме что-то зашевелилось.

На этот раз у лейтенанта Хейли на миг перехватило дыхание, когда пришел импульс. Она покачнулась на своем стуле и потеряла сознание.

Джейн стояла рядом с женщиной, одетой во все белое, и не сразу признала в ней свою мать. Она казалась моложе, чем помнила Джейн, и не была больна, но сомневаться не приходилось: это мама. Она точно так же смешно наклоняла голову, когда задавала вопрос, так же двигалась и потирала руки, в точности как мать. Нет-нет, это мама. В этом не могло быть сомнений.

Разве что моложе. И не больная.

Безусловно, это можно как-то объяснить. Джейн как раз думала об этом, пытаясь найти это объяснение, когда мать спросила:

– Хочешь посмотреть мой сад?

– Конечно. С удовольствием.

И это была правда. Джейн представила себе, как мама показывает ей грядки с овощами или клумбы, где над прекрасными цветами гудят пчелы. И они будут там гулять и беседовать, как часто делали раньше, пока мама не заболела. Но постойте, мама совсем не больна. Должно быть, она поправилась. Вот и объяснение. Да, так оно и есть.

Только цветов там не было. Не было овощей и фруктов. Мама завела ее за угол, и Джейн увидела вырастающее из земли нечто, напоминающее два длинных рога или клыка, переплетающихся между собой. Оно было огромным – занимало всю площадь сада и терялось высоко в небесах. Но ведь это же не сад? Мама подвела Джейн к этому предмету, дотронулась до него и стала рассказывать, как выращивала его, как о нем заботилась. А потом сделала шаг и оказалась внутри его, проведя за собой дочь. Они осторожно пробирались дальше, и мама дотрагивалась до всего, показывала на каждую частичку и говорила:

– Видишь ли, я рассказываю тебе все это потому, что ты можешь стать даже лучшим садовником, чем я.

– Лучше, чем ты?

Мать кивнула:

– Когда ты вырастишь его, когда настанет твой черед, он станет еще прекраснее.

Джейн пришла в себя не на полу, а за своим столом, лихорадочно набрасывая на планшете страницу за страницей. Она знала, что все ее записи уходят к Гроттору. Но что он с ними делает дальше?

Она решила поискать старые рисунки, взглянуть на них и разобраться в том, что с ней происходит, какие уроки она получает, но не обнаружила в компьютере этих файлов. Они были удалены. Но кто их удалил, она сама? Джейн не помнила. Возможно, это сделала она, но зачем? Или Гроттор? Да, может быть. Но она доверяла коммандеру. А стоило ли? Не исключено, что Гроттор, получив от нее информацию, затем стер файлы с ее машины и теперь считал, что у нее ничего не сохранилось.

Вот только все это оставалось внутри Джейн, у нее в голове. Она чувствовала, что эти изображения сделались частью ее.

Наверное, она должна пойти к себе в каюту и снова все зарисовать, но на этот раз уже для себя, чтобы, когда придет время, решить, как поступить с этим. А результаты переправить своим друзьям, людям, которым можно довериться.

Нет, Гроттор не имеет никакого права единолично владеть такой информацией. Она должна быть доступна всякому, кто пожелает стать садовником.

– Я буду у вас через два-три дня, – настаивал Серый, – и бесполезно спорить по этому поводу. Она нужна нам.

– Но лейтенант Хейли – ценный работник. Она толковая и амбициозная. Вы получили от нее все, что хотели, и теперь она заслуживает того, чтобы ее оставили в покое.

Серый покачал головой:

– Мы всегда хотим большего. И думаю, она еще может нам пригодиться. Мне кажется, у нее внутри спрятано больше, чем кажется на первый взгляд. Я должен лично вскрыть ей череп и забрать это. Если я прав, она хранит ключ к следующей стадии проекта.

– Но вы не можете…

– Могу и сделаю.

Кэлли Декстер работала одновременно с несколькими компьютерами, пытаясь понять смысл имеющихся данных и то, как они связаны друг с другом, когда услышала звук, больше всего похожий на хлопанье крыльев. Сначала она не обращала на него внимания, но вот что-то стукнулось в дверь, и Кэлли подумала об охраннике, до смерти разбившем себе голову. Может быть, он все же остался жив? Может быть, сейчас он пытается встать?

Кэлли поднялась со стула и медленно приблизилась к прорези, хотя увидеть через нее нижнюю часть двери было невозможно. Но там определенно что-то происходило. Кэлли слышала треск, напоминающий то, как трещат в костре дрова. Она никогда не видела настоящий костер – дерево было слишком ценным материалом, чтобы сжигать его, – но помнила видеофильмы, которые смотрела в детстве.

Только в этом не было смысла. Кто стал бы здесь разводить огонь? И даже если бы развели – она бы почуяла запах и увидела дым. Но если это не костер, тогда что?

Кэлли опустилась на колени и прижала ухо к дверному полотну. Это не помогло: она по-прежнему слышала те же звуки, но менее отчетливо. Тогда она поднялась и снова попробовала выглянуть наружу. И снова ничего не увидела.

Треск «горящего костра» продолжался еще некоторое время, а затем стих. Кэлли стояла и не знала, что предпринять. Внезапно донесся новый звук – что-то двигалось, скользило вверх по двери. Да, это наверняка охранник. Значит, он все же остался жив. Значит, теперь он пытается встать.

Кэлли предусмотрительно отодвинулась вглубь помещения. Кто знает, вдруг он опять начнет буйствовать? Достаточно ли ослаб сигнал, чтобы охранник избавился от его влияния?

Вот его голова оказалась на уровне прорези в двери, и Кэлли затаила дыхание. Лицо покрывали кровавые полосы, но что-то еще изменилось в нем. Нижняя челюсть свободно болталась, будто привязанная на веревочках. Голова стала какая-то бугристая, возможно, из-за повреждений черепа. Глаза глубже, чем прежде, провалились в глазницы.

– Вы в порядке? – осторожно поинтересовалась Кэлли.

Охранник ничего не отвечал, просто стоял и смотрел на доктора.

– Вам нужно немедленно показаться врачу. Вы серьезно ранены. Вероятно, у вас шок.

Она сделала маленький шажок к двери, и тут охранник быстро просунул руку в щель и попытался схватить ее. Только на самом деле это была не рука, а длинная коса. Откуда он взял косу?

И тут Кэлли поняла, что лезвие у косы костяное. Это вовсе не оружие, а часть его тела.

Существо скреблось в дверь, желая выбраться наружу. Край прилипшей к телу простыни волочился по полу. А тварь все царапалась и билась в дверь.

Дальше по коридору, возле двери во внутреннее кольцо, стояли охранники. Они уже давно нетерпеливо переминались с ноги на ногу и все больше распалялись, пока их командир вел переговоры с Уондри. Один из них, молодой светловолосый парень по фамилии Миллар, был возбужден сильнее остальных. Вот уже несколько дней у него чесались кулаки, и вот сейчас представился великолепный шанс подраться. Но Уондри отказывался отпереть дверь.

– Слушай, остынь, – обратился к нему стоявший рядом охранник по фамилии Рамирес.

– Не могу я, – ответил Миллар. – Мне нужно быть там.

– Как ты туда попадешь? Мы не можем войти, пока не получим разрешение. А то и вообще не получим.

– Как в последний раз.

– Ага, как в последний раз, – согласился Рамирес.

Но Миллар не успокаивался. Он продолжал дергаться, слегка подпрыгивал на месте и, кажется, готов был уже ломиться в дверь.

Наконец Рамирес не выдержал:

– Слушай, с тобой и свихнуться недолго. Ты всех нас сейчас доведешь. Если тебе некуда девать энергию, пойди прогуляйся. Мы тебя подождем.

Миллар пулей сорвался с места. Так приятно было немного подвигаться – авось поможет. Он мчался изо всех сил по плавному изгибу коридора, хоть и не до конца, но все-таки понемногу успокаиваясь.

Он достиг конца коридора и остановился возле запертой двери. Постоял несколько секунд и собирался уже побежать в обратную сторону, когда услышал, что за дверью словно бы кто-то скребется.

– Есть там кто?

Звуки стали громче, и теперь к ним добавилось сдавленное шипение.

Миллар отстегнул от пояса дубинку и взвесил ее в руке. Что бы или кто бы ни находился в этой комнате, он сейчас все выяснит.

У самой двери он остановился. Вдруг это опасно? Стоит ли лезть на рожон одному?

«Ты ведь в спецкостюме, – подбодрил сам себя Миллар. – Ну что такого с тобой может приключиться?»

С первого взгляда Генри показалось, будто он видит человеческую спину с отчетливо различимым позвоночником, но без головы. «Нет, это не может быть человек, – убеждал он себя. – Обычный обман зрения из-за неудобного ракурса». Еще у этого существа не было рук, а вместо них по бокам свисали какие-то лоскуты кожи, похожие на крылья. И тут Генри понял, что это действительно крылья – существо взлетело. Он следил, переводя взгляд с одного монитора на другой, как оно перелетает с места на место, словно что-то ищет. Но что?

Еще одна подобная тварь, взмахивая крыльями, выбралась из ямы и присела на секунду на краю. Этого времени оказалось достаточно, чтобы Генри как следует ее разглядел и заметил такое, во что поначалу отказывался поверить. Теперь он понял, почему решил поначалу, что видит человеческую спину: чем бы ни было это существо теперь, прежде оно было человеком. Одним из тех двоих, чьи трупы заключенные скинули в яму.