Братья Бри – Слёзы Шороша (страница 94)
Глава седьмая
Два мешка с подарками
Тем временем в доме Малама шли последние приготовления к секретному походу.
Убийство Суфуса и Сэфэси заставило Фэлэфи вновь собрать членов Управляющего Совета и Хранителей Слова для срочного разговора. Было решено, что Хранители Слова отправятся в путь сегодня же с наступлением темноты, а восемь сотен воинов Дорлифа и лесовики выйдут в Нэтлиф не на третий день после Новосветной Ночи, а в ночь, следующую за ней. Сразу после короткого совета Фэлэфи попросила знакомого лесовика, пришедшего на праздник, срочно вернуться к своим и сообщить Савасарду одно слово – «сегодня». И уже к середине пересудов Савасард прибыл в дом Малама с необычными новосветными подарками, которые ему помог доставить сюда Эвнар. Затем Эвнар отправился к Фэлэфи. У него была хорошая весть для неё: Правитель лесовиков Озуард решил отрядить в помощь Нэтлифу четыре сотни воинов, а командиром этого отряда назначил его.
Семимес и Мэтью занесли два походных мешка в гостиную и с нетерпением ждали, когда Савасард развяжет узлы на них. Нэтэн, Малам и Гройорг тоже были рядом, и любопытство притянуло и их взоры к мешкам. Уединившийся в своей комнате Дэниел, услышав Мэтью («Дэн! Подарки из леса подоспели!»), сразу же пришёл в гостиную.
Савасард вынул из мешка кожаный поясной ремень с прилаженными к нему тремя кожаными чехлами для нужных в любой дороге вещиц.
– С Новым Светом, дорогой Малам! Это тебе от меня подарочек.
– А-а! Заметил, что мой истрепался! – воскликнул морковный человечек. – Благодарю тебя, дорогой друг!.. Надо же – с чехлами! Вот этот аккурат для моей фляжки. А этот коробочку вспышек приютит. Благодарю тебя, Савасард! Очень угодил ты мне.
– Это тебе, Гройорг-Квадрат, прибавка к воинству, что на поясе у тебя, – сказал Савасард, протягивая Гройоргу кинжал в ножнах (чёрная рукоять кинжала имела оранжевую насечку и на конце оранжевый камень, а ножны были украшены узорным орнаментом). – В походе пригодится.
– Пригодится… пригодится, Мал-Малец в помощь мне! Спасибо тебе, Савасард-Ясный! – Гройорг вынул кинжал из ножен. – Жаль будет такую красоту в ход пускать – только в крайнем случае.
– Нэтэн, друг мой, прими от меня это.
– Вот так подарочек! – не удержал в себе свой восторг Семимес, увидев колчан с боевыми стрелами.
– Благодарю тебя, Савасард, – сказал Нэтэн и, поднеся к губам колчан, прошептал стрелам: – Я люблю вас, но не люблю тех, кто встанет на вашем пути.
– Этот кинжал тоже тебе.
– Не хуже, чем твой, Гройорг-Квадрат, – похвастался Нэтэн.
– Но и не лучше, Нэтэн-Смельчак, – прохрипел в ответ Гройорг. – Лучшим его делает рука.
– У меня такое чувство, что в этом я с тобой не сравнюсь, – признался Нэтэн.
– Во владении кинжалом с этим парнем никто не сравнится, – заметил Малам.
– Мал-Малец в помощь мне! – выразил удовольствие Гройорг, услышав от старого друга похвалу в свой адрес, вместо привычного сердитого «Гройорг!».
– Но зато у меня есть ещё один помощник, повыше ростом и пошире в плечах, – сказал Нэтэн, кивнув на свой меч.
– А у меня есть помощник, который не оглядывается ни на чей-то рост, ни на ширину плеч – он просто-напросто бьёт, Мал-Малец в помощь мне, – не остался в долгу Гройорг.
– Семимес, дружище, прими и ты подарок от меня. С Новым Светом!
Семимес выдохнул из груди изумление, которое, облачившись в звуки, вышло наружу протяжным скрипучим «а-а!». Такого подарка он не ожидал. Это был выточенный из камня конь вороной масти. Отшлифованное до слепящего блеска чёрное тело его играло красноватым отливом, словно он скакал сквозь пламя, и оно отражалось в нём. В отличие от вороного Семимеса, этот смотрел зрячими глазами, взор которых был устремлён вперёд. Семимес подошёл к стене с вороным и поставил каменного коня на верхнюю полку.
– На этом коне должен сидеть Семимес-Победитель, – сказал Гройорг.
Эти слова почему-то не обидели Семимеса, как обидели в прошлый раз, и ему не захотелось подраться с Гройоргом. На мгновение он вообразил себя Семимесом-Победителем, который сидел на этом прозревшем вороном, и в нём, Семимесе-Победителе, была какая-то сила, и у него, Семимеса-Победителя, была… власть. «Элэи», – вдруг промелькнуло у него в голове, и он очнулся… и, повернувшись к друзьям, к Савасарду, сказал:
– Савасард… Савасард, друг мой, я буду помнить это всегда… всегда.
– Благодарю тебя за добрые слова, дорогой Семимес, – ответил Савасард и добавил, вручая ему ещё один подарок: – А этот кинжал пусть послужит тебе в предстоящем походе.
Семимес поднёс кинжал к губам, обратил глаза на Нэтэна и спросил его:
– Нэтэн, тебя не заденет, если я скажу твоими словами?
– Что за вопрос, Волчатник? Валяй, говори.
– Я люблю тебя, но не люблю тех, кто встанет на твоём пути, – прошептал Семимес своему кинжалу.
– Дэнэд, Мэтэм, вы не воины, но кинжалы не будут лишними и для вас. Не бойтесь их, и тогда они помогут вам.
– Спасибо тебе, Савасард. Мы с Дэном не будем бояться: нож не такая уж непривычная вещь в любом хозяйстве, – шутя ответил Мэтью.
Семимес неодобрительно покачал головой.
– Эх, Мэт-Мэт! Додумался – сравнил боевой кинжал с кухонным ножом.
– А что? Грибы срезать и тот и другой сгодится, – не принял упрёка Мэтью.
Дэниел долго рассматривал кинжал, потом оторвал от него глаза и пристально посмотрел на Савасарда.
– Какое слово ты скажешь мне, дорогой лесовик, прежде чем мы вместе отправимся в путь?
Савасард подумал немного и ответил:
– Палерард.
– Спасибо тебе и за кинжал, и за искреннее слово, – сказал Дэниел (ему показалось, что он понял смысл этого незнакомого слова).
Савасард достал из второго мешка матерчатый свёрток, положил его на стол и развернул… Это были четыре дымчатые рубашки, прошитые металлическими нитями. Пересекаясь, нити образовывали небольшие ромбы, углы которых соединялись между собой более тонкими нитями.
– Наденьте их, – предложил Савасард ребятам. – Они не лягут на ваши плечи тяжёлым грузом, но часть ваших ран достанется им.
– Легки, как дым, из которого они сшиты, – заметил Семимес, первым облачившись в защитную рубашку.
– Теперь нам не страшны ни стрелы, ни мечи корявырей! – весело сказал Мэтью. – И это придаёт мне бодрости. А тебе, Дэн-Грустный?
Он хотел как-то расшевелить своего друга, которому после убийства Суфуса и Сэфэси, казалось, стало не до чего: он погрузился в себя и не проронил ни слова, а потом и вовсе спрятался от слов и взглядов в своей комнате и пробыл там до тех пор, пока не появился Савасард.
– И мне, – вовсе не бодро ответил Дэниел.
– О! Это ещё не всё? – спросил Мэтью Савасарда, увидев, что тот снова вынимает что-то из мешка.
– Возьмите. Это накидки, – сказал Савасард, протягивая Дэниелу и Мэтью по матерчатой трубочке. – От ветра, дождя и вражьего глаза. Их надо закрепить на поясах сзади. Я покажу.
– Гнейсовые, как у меня, – заметил Семимес, оценив опытным взглядом трубочки.
– И у меня, – сказал Нэтэн и показал свою накидку, прикреплённую к поясу. – Ретовал подарил.
– Гройорг, у меня ещё одна – для тебя. Возьмёшь? – спросил Савасард.
– Что ж не взять, вещь полезная. А иной раз и спрятаться от вражьих глаз можно, хоть я этого и не люблю.
– Эта – дымчатая, – снова заметил Семимес.
– Дэнэд, Мэтэм, я сказал, что вы не воины. Но вы Хранители Слова, и вам придётся защищать его и себя. И одних кинжалов для этого мало.
Савасард выложил на стол семь чёрных мешочков. В каждом мешочке, застёгнутом на пуговицу, было что-то размером с баринтовый орех.
– Открывай их быстрей, друг, не терпится заглянуть внутрь, – торопил его Мэтью.
– Очень не терпится, – проскрипел Семимес, на этот раз соглашаясь с Мэтью. – Что же там за хитрые штуковины, что невоинов в воинов превращают?
– Открывать не стану – объясню на словах. В мешочках – оружие, не слабее стрелы, меча и секиры.
– Вот те раз! – воскликнул Гройорг. – Я-то подумал, там гостинцы! Что же это?
– От них веет смертью, – тихо сказал Малам.
– Так оно и есть, Малам. Это оружие ещё не побывало в битве, но уже убило шестерых наших.
– Вот те раз! Зачем же ты притащил его сюда?! Здесь дети! – сердито прохрипел Гройорг.
– Это кто здесь дети?! – возмутился Нэтэн.
– Да! – присоединился к нему Мэтью. – Кто это дети?!
– Да я не в обиду вам, Мал-Малец в помощь мне! Я про то, что молодые вы все, а тут, вишь, какие страсти!