Boroda – Управляю недопониманиями (страница 16)

— Дорогой муж, думаю, не стоит пугать нашу дочь.

— Я не столько пугаю, сколько озвучиваю свои мысли, — мужчина хмыкнул, бросив насмешливый взгляд на жену. — Но и каплю здравомыслия в голову нашей милой Хлои, думаю, вложить стоит. Касательно медальона, переживать не стоит. Я приглашу мага Башни, который проведёт проверку, и сам проконтролирую, чтобы крышка не была открыта. И да, после проверки носи его с собой. Всегда, когда покидаешь наш особняк.

— Подарок бандита? — графиня Хельга вздёрнула брови в удивлении.

— Это что-то вроде пайцзы покровительства. В Великой Степи подобное выдавал Великий Хан, владыка всех каганов. Знак того, что обладатель находится под его защитой. Их существует несколько видов, несущих разное предназначение, но эта — именно что защищает обладателя. С таким медальоном в руках Хлоя может войти в самый злачный притон столицы, поесть там лучших блюд, пнуть самого страшного бандита, назвать всех присутствующих мусором и отребьем, после чего спокойно вернуться домой. По всем вопросам Люди Ночи будут идти к своему Лорду.

— Дочь! — графиня твёрдо посмотрела в глаза Хлои. — Никогда, слышишь! Никогда не проверяй слова своего отца!

— Да я и не…

— Пообещай! Пообещай, что если тебе захочется поесть — ты пойдёшь в нормальное заведение! Что ты не будешь пинать страшных головорезов и звать бандитские банды мусором!!!

— Я… да, я обещаю, — Хлоя недоумевала. Она, так-то, вообще не собиралась заниматься чем-то подобным…

Мысли девушки прервал смех отца. Мужчина весело смеялся, поглядывая на возмущённо сопящую графиню.

— Вот вы смеётесь, муж мой, а Хлоя уже навещала бандитское логово! — матушка сложила руки под грудью. — А если бы её там убили? Или захватили, чтобы продать в рабство? В Империю или на Архипелаге! И после такого вы подаёте молодой леди идеи для приключений!!!

— Дорогая супруга, — граф продемонстрировал широкую, весёлую улыбку. — Думаю, не стоит пугать нашу дочь.

Несколько секунд папа с мамой глядели друг на друга. Матушка возмущённо, отец весело, слегка насмешливо.

— Ой, всё, — отвернулась графиня, обижено надув щёки.

— Мама, ты такая булочка, — Хлоя не удержалась, захихикав в кулачок.

— Какая я тебе булочка?! — проворчала мама.

— Самая настоящая, — граф с нежностью смотрел на дующуюся супругу. — Вы у меня обе — булочки.

***

Грязь. Голод. Вонь. Полумрак. Холод.

Маленькая девочка со страхом оглядывалась, чувствуя, как из глубины души поднимается ужасное чудовище.

Огромное, мерзкое. С тысячами лапок и щупалец. Оно противно скрипело хитиновым панцирем, мерзко хлюпало сотнями слюнявых ртов с гнилыми зубами. Десятки жутких глаз с жадностью, голодом глядели на душу маленькой девочки.

У чудовища было имя — Ужас.

Её личный монстр, живущий вместе с ней всю жизнь.

Страх почувствовать вонь.

Страх увидеть грязь.

Страх оказаться в полумраке.

Страх ощутить холод.

Страх перед сосущей болью в пустом желудке.

Снова. Снова оказаться здесь. В доме для сирот. Маленькой, никчёмной, грязной и сопливой.

Никому не нужной.

Маленькое сердечко оглушало девочку стуком. Глаза видели смутно из-за скопившихся слёз. Она хотела кричать, но воображаемый монстр, выбравшись наружу, сдавил её горло спазмом ужаса. Руки… слабые, худые, с грязными, местами обломанными ногтями. Нечесаные волосы, не знавшие ни расчёски, ни нормальной стрижки, висели грязными колтунами. Тряпки, в которые она была одета, мерзко воняли.

— Чего встала, как статуя, — заставил её вздрогнуть грубый, смутно знакомый голос, от которого монстр по имени Ужас довольно заворчал, вырастая ещё больше.

Девочка обернулась.

Высокий мужчина с испорченным дешёвым вином, и не менее дешёвыми наркотиками лицом, смотрел на неё со злобой и отвращением.

— Язык проглотила? — гнилые человека зубы заставили девочку содрогнуться в отвращении, которое, помимо воли, проступило на её лице.

Гримаса не укрылась от внимания отвратительного мужчины. Неопрятно одетый, не менее, а то и более вонючий чем она человек скривил лицо… морду, да. Скривил мерзкую морду в гримасе ярости.

Удар ноги выбил из груди девочки весь воздух. Казалось, человек просто проломил ей грудную клетку.

Тихий хрип боли, сип покидающего лёгкие воздуха. И отвратительный смешок.

Мерзкая рожа нависла над ней.

— Больно? Так и должно быть, мелкая тварь. Когда видишь воспитателя должно поклониться, проявить уважение, поняла? Чего молчишь? А-а-а… Говорить не можешь? Ничего, это пройдёт. Или нет. Мне похер — ты просто маленькая дрянь. Сдохнешь или станешь очередной грязной шлюхой на улицах нашего славного города — мне особо не важно.

Мужчина поднялся на ноги, и оставив девочку, лихорадочно пытающуюся вдохнуть, пошел по своим делам.

А она, тем временем, царапала пол, била кулачком по ужасно болящей груди, чтобы хотя бы немножко воздуха попало внутрь.

С каждой секундой удушья её чудовище росло всё больше. Его десятки отвратительных глаз наполнялись мерзкой радостью, а рты сладко причмокивали. Словно сотни голодных оборванцев, готовящихся приступить к долгожданной трапезе, пуская слюни и всхрюкивая от предвкушения.

Вдохнуть не получалось. Маленькие ножки сучили по грязному полу всё тише, пока не замерли в неподвижности. Ручки девочки перестали пытаться поцарапать пол и стены, прекратили стучать по груди… Темнота застилала взор, слабое тельце прекратило содрогаться.

В тот момент, когда глазки маленького ребёнка перестали видеть даже намёк на тусклое освещение дома сирот, леди Скарлет широко раскрыла глаза.

Даже пробуждаясь, продираясь из своего кошмара, капитан рыцарей Его Величества не позволила себе ни закричать, ни позорно вскочить в страхе. Это всё ложь. Сон, мерзкая, отвратительная слабость её души.

Под одеялом было холодно.

Воины ауры намного легче переносили холод или жару, но холод был… Гибридным. Подушка, простыни и одеяло, мокрые от холодного пота. Ночь, переходящая в утро ранней весны. И страх. Холод был порождён всеми этими факторами.

Девушка отбросила одеяло, с брезгливостью поднимаясь с постели. В душ. Горячий.

Руки слегка подрагивали, когда Скарлет освобождала себя от насквозь мокрого белья. Шаги, всегда уверенные и твёрдые, сейчас давались ей с трудом, потому что в коленях чувствовалась слабость. Капитану казалось, что если она хоть немного ослабит контроль, то свалится кулём на пол. Но этого не будет.

Струи горячей воды били сверху, стекая по обнаженному телу девушки. Это согревало. Остатки страха увиденного кошмара смывало в сток, позволяя спокойнее дышать.

Скарлет сгорбилась, опираясь на стену душевой. Она не плакала. Это всего лишь вода. Капитан рыцарского ордена, третий воин ауры королевства, Мастер Меча, сильнейшая дева-воительница Эйрума не может плакать из-за страшного сна.

Горло снова сдавило, но не липким щупальцем ужаса, а уродливой, узловатой лапой злости. Руки сжались в кулаки. Девушка скрипнула зубами.

Кошмары приходили редко. Намного реже, чем бывали в детстве. Но не оставляли её в покое. Она видела сотни и своих смертей, десятки ужасных вариантов своего жалкого будущего. Мёртвая девчонка, шлюха, наркоманка, нищенка, бродяжка, жертва алтаря чернокнижника, воровка…

Сегодня сон её «порадовал» очередной смертью в доме сирот. Новым воспоминанием кошмара из которого её забрал отец.

— Когда ты от меня отстанешь? — злость схлынула, как и страх, смытая струями воды. Осталась только усталость, опустошенность. Монстр, живущий в её душе все эти годы жизни в качестве дочери Отто Бисмарка… не умирал. Он жил, несмотря ни на что, кормясь в редкие минуты её слабости. Засыпая на недели и месяцы. Но он неизменно возвращался, чтобы восторженно смотреть на её ужас, чтобы жадно облизываться уродливыми языками голодных ртов…

Кулаки разжались. Скарлет опустила плечи и поникла головой. После каждого такого сна она чувствовала себя менее счастливой. И это раздражало. Испуг, злость, опустошение, раздражение… Каждый раз одно и то же. Ей это надоело.

— Нужно что-то делать, — девушка выпрямилась, возвращая привычную прямую осанку, наполняя взгляд уверенностью дочери рода Бисмарк.

Пусть сейчас её никто не видит. В такие моменты она могла себе позволить… слегка отпустить контроль. Но «слегка» и то безобразие, что сейчас происходило — две разные вещи.

— Хватит прятаться, — твёрдо произнесла леди рыцарь, решительно хватая мочалку и гель для душа.

Глава 7

Хм-м-м… Что-то пошло не так.

Я рассчитывал, что максимум через неделю за Нэвэрмора серьёзно возьмутся компетентные органы. Как минимум, ждал рейдов стражи, активизировавшихся шпиков охранки, но… всё было тихо. Все развешенные нами ружья висели на стенах мёртвым грузом.

Ни подмазанные золотишком информаторы среди правоохранительных органов не понадобились, ни мобилизованные резервы специалистов по слежке и наблюдению не пригодились. Даже ребята, которых нежно и с любовью взращивал Мортимер, как мой будущий Теневой Корпус, скучая поплёвывали в потолок. Вода не мутилась, рыбка не ловилась.

Единственное: «сверху» начали щупать имперские банки, но там действовали очень нежно, аккуратно. Потому что Империя большая, денежек у неё много, часть крутится у нас. Не хотели с банками ссориться. У меня было несколько предположений, но желательно, конечно, уточнить. Ещё бы придумать: как это сделать?