Борислав Григорьев – Родина Боси (страница 6)

Между тем дела шли успешно. Он отлично понимал, что мотивация, похвала и конкуренция – лучший способ организовать эффективную работу по ловле крабов. Он устраивал соревнования, присваивал самым ловким почётные звания, где-то великодушно хвалил и не скупился на комплименты, а где-то журил и называл неумехами.

И вот уже каждый старался внести свой вклад в дело, которое, в общем-то, нужно было Босе. А ему нужны были крабы – потому что это был их с матерью ужин. Ну и, конечно, часть крабов удавалось продавать там же, на бетонных плитах, когда ближе к вечеру по набережной прогуливались отдыхающие.

Вечером, после ловли, по пути домой нужно было нарвать лавровый лист – он рос прямо на улице. На плите дома закипятить кастрюлю воды, посолить по вкусу и закинуть в неё крабов.

Так как крабы жили и были пойманы в порту, первым, что образовывалось на поверхности кастрюли, была тонкая масляная плёнка нефтепродуктов. Её нужно было аккуратно снять ложкой – и ужин почти готов. Оставалось только приготовить лапшу быстрого приготовления на бульоне от крабов – и можно было садиться за стол.

Так прошло пару недель жизни на море.

И однажды мама сообщила, что должна на неделю уехать в родной город по делам. Ему предстояло остаться совсем одному.

– Не побоишься? Будешь же один тут целую неделю! – спросила мать.

Она переживала невероятно, но особого выбора у неё не было. Ехать вдвоём – не на что, а не ехать она не могла.

– А чего тут страшного? Я же жил уже без тебя, – отозвался Бося.

Впрочем, тут он немного врал. В тот миг ему сделалось отчаянно грустно, и даже захотелось заплакать. Но разве он мог показать слабость? Да и смысла в этом не было: мать не могла не ехать. А он не мог не остаться.

Перед отъездом мама дала ему сто рублей на неделю. Это были очень скромные деньги. В холодильнике оставалась кое-какая еда и запас дошираков. А на сто рублей можно было покупать свежий хлеб и самые простые продукты.

Оставшись один, он почувствовал себя совсем по-новому. Получалось, что теперь он сам себе хозяин – совсем взрослый, совсем мужчина.

А разве может мужчина взять деньги у женщины? Даже если эта женщина – его мать.

В первый же вечер Бося загадал: «Я не потрачу мамину сотню, а верну ей деньги – даже больше, чем она оставила». И соревнование с самим собой началось.

На следующий день он подошёл к стеклянной двери офиса с табличкой «Набор персонала». В груди билось сердце, наполненное надеждой.

Офис был тесный и душный: вентилятор лениво гонял тёплый воздух, пахло бумагой, дешёвым кофе и каким-то канцелярским клеем. За стеклом было слышно, как кто-то спорит по телефону.

Преодолев робость, он постучал и вошёл. За столом сидела строгого вида женщина в очках – даже не подняла глаз от документов.

– Добрый день, я хотел бы узнать, есть ли у вас вакансии для подростков? – начал он.

Женщина мельком взглянула на него и чуть заметно улыбнулась.

– Сколько тебе лет?

– Мне двенадцать, – ответил он с гордостью.

– К сожалению, мы не можем взять тебя на работу. Нам нужен минимум шестнадцать лет и опыт работы, – ответила она без всякой эмпатии.

Он не сдался и отправился дальше, решив попробовать все возможные варианты. Он знал: такие препятствия – лишь начало пути к взрослой жизни. Следующий пункт – кафе на пляже, где всегда кипела жизнь. Возможно, именно там ему повезёт найти своё первое рабочее место…

Выйдя на улицу, он злился. Как набрать «опыт», если тебе даже не дают попробовать?

Он запомнил: важны попытки. Чем больше стучишься – тем выше шанс, что где-то откроют.

Крабовый бизнес уже начинал приносить небольшие деньги. Пока сколоченные им банды добывали крабов на ближайших пляжах и соревновались, кто больше добудет, он нашёл работу в парке аттракционов.

Сначала познакомился с кассиршей и предложил ей помощь. Кассирша была грузная и полная женщина, весь день проводила в маленькой будке у входа. А он по её поручению покупал продукты. Магазин был далеко – километрах в полутора. Кассирша выдавала деньги и список, а он приносил всё необходимое. За это он получал сто рублей в неделю – так появились регулярные деньги.

Затем он познакомился с водителем паровозика, который катал детей.

Задача была простой: приглашать людей и собирать деньги прямо на месте, чтобы они не доходили до кассы. Получалось идеально: вроде как водитель ни при делах – при этом получал дополнительный заработок и он, и Бося.

Водитель паровозика, Сергей, наблюдал, как тот с энтузиазмом приглашал детей и их родителей покататься и быстро собрал достаточно людей для очередного круга. Пока все рассаживались, Сергей решил задать вопрос, который давно вертелся у него на языке:

– Слушай, когда ты вырастешь, кем ты хочешь стать?

– Бизнесменом, – не задумываясь, ответил Бося.

Сергей усмехнулся:

– Ну это понятно. А кем именно хочешь стать, чем будешь заниматься?

Бося посмотрел на него с удивлением, как будто вопрос был абсурдным.

– Бизнесменом хочу. Буду заниматься бизнесом, – повторил он с тем же пылом.

– А что для тебя значит быть бизнесменом? – поинтересовался Сергей.

Бося немного помедлив, начал объяснять:

– Для меня бизнесмен – это не просто человек, который занимается перепродажей. Это человек, который решает нестандартные вопросы, мыслит иначе. Это человек, который всегда в тонусе, всегда находит выход из любой ситуации. Бизнесмен – это успешный человек, и именно таким я хочу стать.

Сергей посмотрел на него с уважением. Он видел в нём не просто мальчишку с большими мечтами— человека, который сможет добиться многого благодаря характеру и настойчивости.

Но настоящий прорыв в летней карьере произошёл, когда он познакомился с продавцами китайских игрушек. И случилось это как раз тогда, когда он остался на неделю один.

Для родителей Вячеслава это были не самые простые времена. И надо сказать, он многому научился: добывать деньги, видеть возможности, завоёвывать авторитет в самых разных компаниях и коллективах, находить выходы и решения в непредсказуемых ситуациях.

И в то лето ему подфартило: впервые появилась настоящая работа. Он договорился и устроился на набережной продавцом собачек.

Вы наверняка вспомните разноцветных китайских заводных собачек, которые умели тявкать и ходить, насколько хватало батарейки.

На набережной Туапсе было организовано рабочее пространство – рядом с кораблём «Лазурит», где начиналась крабовая история.

Место было выбрано идеально. Он организовал бригаду пацанов для ловли крабов и успевал продавать не только собачек, но и свежепойманных крабов.

Он выстраивал собачек строем, по четыре-пять рядов. А одна из них маршировала перед «полком» под ногами прохожих и звонко тявкала.

Когда солнце клонилось к закату и на набережной появлялись отдыхающие, Бося приходил на свой пост, выстраивал колонну собачек, а попутно успевал контролировать работу крабодобывающей артели. Рабочий день заканчивался ближе к полуночи, когда собачки становились почти не видны в темноте южной ночи.

Жизнь неожиданно стала невероятно насыщенной. Надо было организовывать ловлю крабов, вдохновлять, поощрять и обучать ребят, которые отправлялись на добычу; организовать рабочее место для продажи игрушек ближе к четырём часам дня; параллельно успевать выполнять поручения кассирши парка; ну и, конечно, продавать крабов вместе с собачками.

Конечно, денег на еду на набережной уходило немало. Но постепенно доход стал приближаться к 200–250 рублей в день, а к концу лета – к 500.

Когда мама вернулась, Бося выполнил обещание, данное самому себе. Встретив её, он вручил те самые сто рублей – а к ним добавил ещё сто.

Он ярко запомнил тот день, потому что именно тогда особенно остро почувствовал себя настоящим мужчиной. А деньги матери были ой как нужны.

В Туапсе Лана приехала расстроенной.

Ещё совсем недавно предполагалось, что в конце лета Вячеслав вернётся в родной городок и, как обычно, пойдёт в школу. Но жизнь внесла свои поправки.

С отцом случилась большая неприятность: он сильно повредил ногу и потерял трудоспособность на неопределённое время. Было очевидно, что нести ответственность за сына он не сможет – и вернуться в родной город Боря тоже не сможет. Впереди была полная неизвестность. Надо было срочно искать новую школу.

Лана активно искала варианты. Всё осложнялось тем, что ей нужно было найти место, где будет бесплатно предоставлено не только обучение, но и питание.

Однажды утром она спросила:

– Ты можешь взять выходной на этой неделе? Мы поедем в школу.

– Есть под Геленджиком одна школа. Тебе бы там понравилось, я думаю. Там, кстати, не задают домашних заданий, – продолжала мама. – Дети там живут и учатся. Если, конечно, сумеют туда поступить.

Идея отсутствия домашних заданий понравилась сразу. Собственно, это всё, что он понял про новую школу.

Через пару дней он взял выходной – и они отправились в поездку.

Школа в лесу

До Джубги ехали автостопом. Денег в семье было в обрез, и такой вид передвижения был летом привычным.

В Джубга их уже ждала мамина знакомая с двумя белокурыми и молчаливыми девочками. И уже впятером компания отправилась в школу.

Мать девочек имела рекомендательное письмо к директору, и именно на это письмо возлагались особые ожидания.