Борис Земцов – История отечественного государства и права (страница 44)
Таким образом, в подавляющем числе случаев те из помещиков, кто пожелал бросить службу и отправиться жить в деревню, отличались от крестьян лишь тем, что не работали. Дом же их был не намного лучше крестьянского, культура – почти такой же.
Помещики этой группы не имели шансов не только улучшить свое положение, но даже сохранить его. Дело в том, на Западе существовало право майората, когда родовое имение доставалось в наследство только одному, старшему сыну. В 1714 г. Петр I попытался пойти по этому пути и принял соответствующий указ, но в 1730 г. дворянство добилось его отмены. В результате родовые имения продолжали постоянно дробиться, редкое поместье оставались в руках одной семьи дольше трех-четырех поколений.
Немаловажной причиной отсутствия у дворян политических амбиций являлся принцип комплектования этого слоя. Поскольку государству постоянно не хватало чиновников, дорогу на государственную службу пришлось открыть представителям других сословий. Петр I в 1722 г. издал Табель о рангах; в соответствии с этим документом все чиновники и офицеры получали право личного дворянства. Такие дворяне составляли приблизительно треть общего числа дворян и помещиками не являлись. Они целиком зависели от государства, и ни о какой политической оппозиции с их стороны и речи быть не могло.
Кроме того, среди потомственных дворян более 60% являлись иностранцами, оказавшимися на русской службе (главным образом – немцы), а также жителями завоеванных территорий (поляки, грузины). Отсутствие у русских дворян политических прав эту группу практически не волновало.
Политические амбиции являются прямым результатом богатства. В России имелся узкий слой баснословно богатых дворян. Например, Н.П. Шереметьев в конце XVIII в. имел 198,7 тыс. крепостных. Десятками тысяч крепостных владели Ф.А. Апраксин, А.Д. Голицын, Н.Ф. Головин, А.Н. Демидов, В.В. Долгорукий, А.Л. Нарышкин, А.М. Черкасский. Политическая индифферентность этого слоя определялась расположением земельных владений. С XVI в. раздававшие землю приказы и коллегии не принимали во внимание местонахождение других владений дворян. Земли раздавались по мере включения в состав России новых территорий. Например, с 1703 по 1740 гг. в районе Финского залива было роздано почти 1 млн. десятин. Новые массовые раздачи последовали после присоединения Крыма и Новороссии в последней четверти XVIII в.: дворянство получило там не менее 625 десятин. В результате крупные состояния представляли собой совокупность рассеянных по стране имений. Например, земли богатейшего в XVII в. царедворца Б.И. Морозова были разбросаны по 19 губерниям, земли Шереметевых в XVIII в. – по 17, Воронцовых – по 16. Если, например, в Англии, лендлорд имел в графстве родовое поместье, там же он являлся и высшим должностным лицом (на службе государства), то в России высшим должностным лицом всегда являлся губернатор, для которого основными были интересы государства. При столкновении интересов местных дворян и государства губернатор никогда не вставал на сторону дворян. В лучшем случае он мог выступить ходатаем перед вышестоящими органами.
Обретение гражданских прав горожанами. В определенной степени реформы Петра I подтолкнули развитие промышленности, ремесла и торговли. Но в условиях общей несвободы его усилия не могли привести к быстрому увеличению городского населения. Поэтому инициативу формирования городского сословия опять взяло на себя государство
В 1785 г. была принята жалованная «Грамота на права и выгоды городам Российской империи». Отныне все горожане обретали единый сословный статус – мещане, который делился на шесть разрядов:
– домовладельцы,
– купцы 3-х гильдий,
– цеховые ремесленники,
– все иногородние и иностранцы,
– именитые граждане,
– посадские (все, кто не вошел в первые пять разрядов).
Мещане получали личные и имущественные права. К личным правам относились: право на охрану чести и достоинства, личности и жизни, смену места жительства, на выезд и т.д. К имущественным – право на наследование и приобретение любого вида собственности, на занятие промыслами и ведение торговли и т.д. В определенной мере мещане получали систему самоуправления. В обязанности городских органов самоуправления входило развитие социальной инфраструктуры, городской торговли и обеспечение порядка.
Принадлежность к этому сословию становилась наследственной, а лишение сословных прав происходило в судебном порядке (в случае совершения уголовного преступления).
Судебная система в городе тоже становилась сословной.
Полученные мещанами права являлись не результатом их борьбы, а следствием политики «просвещенного абсолютизма». Поэтому они были неполными. У власти были свои цели: с одной стороны, она стремилась активизировать деятельность горожан в интересах развития экономики, но с другой, ограничивала их активность в интересах казны.
Духовенство. В отношении этого сословия государство проводило всю ту же политику жестокого контроля с одновременным предоставлением ему определенных привилегий. Первая линия проявлялась, в частности, в следующем:
– в 1764 г. правительство Екатерины II провело секуляризацию церковных земель (у церкви было изъято свыше 800 тыс. крепостных душ мужского пола и огромное количество земельных владений).
– 1766 и 1769 гг. – запрещение лицам податных сословий вступать в духовное звание.
Вторая линия проявлялась в таких законах:
– в 1737 г. детям духовенства разрешено вместо себя выставлять рекрутов,
– в 1769 г. была ужесточена ответственность за обиды, нанесенные священникам и монахам,
– в 1776 г. Синод запретил употреблять телесные наказания в отношении священников. Крестьянство. Крестьяне составляли основную часть населения страны, поэтому совсем не случайно с 1725 г. по 1801 г. было принято 2253 нормативно-правовых акта в отношении этого сословия1.
Крестьяне в этот период подразделялись на государственных и крепостных.
Крестьяне первой группы делились на собственно государственных и посессионных. Государственные крестьяне имели право на защиту в суде, на владение землей и движимое имущество, на переход в другое сословие, на смену места жительства. К концу века их численность составляла около 40% от общего числа. Группа посессионных (от лат. «владение») крестьян возникла в 1721 г. и состояла из государственных крестьян, прикреплявшихся к частным предприятиям. Вместо несения государственных повинностей они несколько месяцев в году работали на мануфактурах.
Крепостные крестьяне делились на помещичьих, дворцовых и монастырских.
Помещичьи крестьяне превратились в полностью бесправный слой именно в этот период. В соответствии с Соборным Уложением 1649 г., крестьяне обладали определенными правами. Так, закон охранял их жизнь и собственность, они являлись субъектами права, их промысловая и хозяйственная деятельность не ограничивалась. Да и зависимость от помещиков была не только личной, сколько экономической. Но по мере обретения дворянами личных и экономических свобод положение крестьян стало ухудшаться, и они лишились следующих прав:
– в 1724 г. – уходить на заработки без разрешения помещика,
– в 1731 г. – брать подряды и откупа,
– в 1741 г. – приносить присягу при престолонаследии (отныне за них это делал помещик),
– указ 1760 г. предоставил помещикам право ссылать своих крестьян в Сибирь. Причем местные власти могли отправить несчастного крепостного по записке помещика.
– в 1767 г. крестьянам было запрещено подавать жалобы на своих помещиков. Дворцовые (с 1797 г. их стали именовать «удельными») крестьяне принадлежали императорской фамилии. Их положение было несколько лучше, чем помещичьих.
Монастырские крестьяне принадлежали церкви. В 1764 г. в ходе проведения секуляризации государство отобрало у церкви около 2 млн. крепостных. Они стали называться экономическими. В 1786 г. они были переведены на положение государственных.
Как сословие крестьяне всех групп имели право найма работников, право заниматься торговлей и кустарными промыслами, выставлять вместо себя нанятых в рекруты.
В царствование Екатерины II на правительственном уровне впервые возник вопрос о целесообразности сохранения крепостного права.
Основной причиной появления идеи отмены крепостного права стало распространение европейской, гуманистической культуры. Это с неизбежностью переводило проблему освобождения крестьян из политико-организационной сферы в плоскость общественных дискуссий.
Близкие ко двору А.П. Сумароков, Н.И. Новиков, П.И. Панин (брат воспитателя Павла I Н.И. Панина), государственный деятель, историк и писатель И.П. Елагин, депутаты Уложенной комиссии И. Чупронов, Г.С. Коробьин, Я.П. Козельский, А. Алейников, А.И. Маслов вели критику крепостничества с моральных позиций. Они предлагали запретить продажу крестьян поодиночке (продавать только семьями), установить надзор губернаторов над жестокими помещиками и другие меры. Дипломат Д.А. Голицын, профессор Московского университета С.Е. Десницкий указывали на экономическую неэффективность крепостного права.