Борис Виан – «Пена дней» и другие истории (страница 56)
– Господа, позвольте считать заседание открытым. Предоставляю слово докладчику, который гораздо лучше, нежели я сам, расскажет вам об успехах нашего предприятия со времени предыдущего заседания.
– Господа, напомню вам, что наше Общество, созданное по инициативе технического директора Амадиса Дюдю, имеет целью строительство и эксплуатацию железнодорожной магистрали в Эксопотамии.
– Я придерживаюсь на этот счет другого мнения.
– Да вовсе нет, постарайтесь вспомнить.
– Ах да! Я перепутал!
– Господа, со времени нашего последнего заседания мы получили от господина Дюдю ряд серьезных рассмотрений, которые техническое бюро нашего Общества досконально изучило. Теперь мы стоим перед необходимостью срочно отправить на помощь техническому директору опытный руководящий персонал и технических исполнителей.
– На прошлом заседании секретарю было поручено укомплектовать весь штат персонала. Сейчас он нам расскажет о результатах своей деятельности.
– Господа, я добился участия в нашем предприятии одного из самых видных специалистов в области железнодорожного строительства.
– Я придерживаюсь на этот счет другого мнения.
– Погодите, он совсем не об этом!
– Ах, да-да!
– Итак, я пригласил Корнелиуса Шмонта.
– Как, и все?
– К несчастью, Корнелиус Шмонт стал жертвой автомобильной аварии. И все же благодаря неустанным поискам за короткий период времени мне удалось заменить его другим блистательным инженером. Более того, убив одним выстрелом двух зайцев и одну утку, я нанял на работу еще одного талантливого инженера и хорошенькую секретаршу. Посмотрите внимательно на карточку номер четыре в комплекте господина Агата Мариона. (Это ничего, что она немного истрепалась в процессе пользования.) Женский профиль в левом верхнем углу очень напоминает профиль вышеозначенной секретарши.
– Господа, передайте же карточку!
– Я придерживаюсь на этот счет другого мнения.
– Из-за ваших бесконечных замечаний мы теряем драгоценное время.
– Извините, я думал о другом.
– А где технические исполнители?
– Дело как будто пошло на лад.
– Господа, в тот же день я нанял на работу врача и студента-медика. Их присутствие будет просто необходимо, когда несчастные случаи на производстве достигнут настоящего размаха.
– Я придерживаюсь на этот счет другого мнения.
– А технические исполнители?
– В силу соглашения, подписанного на месте господином Дюдю, питание и расселение руководящего технического персонала берет на себя владелец ресторана Баррицоне.
– Господа, уже сейчас можно сказать, что секретарь добросовестно выполнил свою работу. Кроме того, я имею вам сообщить, что один из моих племянников, Робер Гундос де Хватай, просто создан для того, чтобы взять на себя функции коммерческого директора. Я предлагаю дать ему возможность самому назначить себе оклад и самостоятельно подыскать секретаршу.
– Превосходно.
– Что касается технических исполнителей, я полагаю, им можно назначить обычную зарплату, добавив к ней подъемные.
– Я придерживаюсь на этот счет другого мнения.
– Теперь он, пожалуй, прав.
– Что такое техник-специалист? Никаких тут особых талантов не надо. Применяй себе на практике то, что в тебя вдолбили, – и дело с концом.
– Не платить им подъемных!
– Нет, кое-что заплатить все же следует.
– Тут надо подумать.
– Господа, заседание окончено.
– Отдайте мою карточку!
– Но мы же ничего не решили с техниками.
– Обсудим на следующем заседании.
– Я придерживаюсь на этот счет другого мнения.
Заседатели как попало повскакивали со своих мест и далеко не стройными рядами покинули зал.
Привратник раскланялся с ними у выхода и, волоча хромую конечность, медленно вернулся в зал испустившего дух заседания. Одинокие сигаретные дымки смердели на поле брани.
III
Так уж заведено в природе, что маленькие дети, равно как и детеныши животных, начинают сосать все, что им попадет в рот; главное – научить их сосать в нужном месте.
Анна обнаружил, что чемодан получился довольно увесистым. Стоило ли обременять себя таким количеством вещей сомнительной важности – вот в чем вопрос? Анна не стал на него отвечать – из чистого злорадства – и в результате оступился на последней ступеньке натертой лестницы. Нога его скользнула вперед, а правая рука взметнулась вверх и отправила чемодан в стеклянное окошко над входной дверью. Молниеносно вскочив, Анна успел выбежать на улицу и подхватить чемодан на лету. Поймав свой тяжеленный саквояж, он пошатнулся, натужился, шея его вздулась, и от воротника рубашки отлетела лучистая металлическая пуговка. (Эту рубашку он купил тому уже лет пять на какой-то благотворительной ярмарке.) Узел галстука мгновенно ослаб и распустился. Все надо было переделывать. Анна подобрал чемодан, напряг последние силы и бросил его через разбитое окно обратно; затем, пятясь, взбежал на крыльцо, проскочил в дверь и поймал чемодан на нижней площадке; задом наперед он влетел на первые десять ступенек и тут только облегченно вздохнул: галстук снова плотно облегал шею, а пуговка ласково щекотала кадык.
Во второй раз Анна вышел из дома вполне благополучно и повернул в ту сторону, куда вел его тротуар.
Рошель тоже готовилась покинуть свою квартиру. Она очень спешила, надеясь примчаться на вокзал до того, как кондуктор нажмет на спусковой крючок сигнального пистолета. В целях экономии на государственных железнодорожных линиях использовали старый подмоченный порох, а чтобы выстрел прозвучал приблизительно в нужное время, на гашетку давили за полчаса до намеченного отправления. К несчастью, иногда пистолет выстреливал сразу. Рошель потратила уйму времени на то, чтобы одеться в дорогу. Результат вышел совершенно ошеломляющий.
Между полами распахнутого легкого пальто из ворсистой кудрявой шерсти проглядывало очень просто скроенное платье цвета молодой липы. Икры были затянуты в тонкие нейлоновые чулки, а изящная ступня уютно пряталась в башмачок из рыжей кожи с металлической отделкой по краю. Чемодан следовал за ней на некотором отдалении; его тащил младший братишка. Он добровольно вызвался проводить сестру, и в благодарность она доверила ему столь ответственное задание.
Неподалеку от дома зиял черный зев метро, засасывающий неосторожных пешеходов. Время от времени происходило обратное движение, и чудовище натужно изрыгало горстку бледных, помятых пассажиров, еще хранивших на одежде тошнотворный запах его утробы.
Рошель повертела головой в надежде найти такси: самая мысль о метро повергала девушку в ужас. Только что на ее глазах страшная пасть, причмокивая, всосала пятерых, трое из которых были деревенскими, что явствовало из их тяжелых корзин с гусями. Рошель зажмурилась, пытаясь совладать с собой. На улице не наблюдалось ни одного такси. Поток различного рода авто-мобилей и -бусов стекал по покатой мостовой, вызывая неодолимое головокружение. Окончательно утратив надежду, Рошель уже готова была отдаться во власть роковой лестницы, но братишка подоспел вовремя и схватил ее за подол. Платье поднялось выше коленей, обнажив дивные ляжки, и несколько человек упали без чувств. Рошель отодвинулась от опасной ступеньки и благодарно поцеловала брата. К счастью, случилось так, что тело одного из упавших чуть не угодило под колеса пустого такси. Шины побледнели, машина затормозила.
Рошель кинулась к таксисту, протянула ему адрес, подхватила на лету чемодан, брошенный братом. Мальчик глядел ей вслед, а она посылала ему воздушные поцелуи сквозь заднее стекло, на котором болтался макабровый плюшевый мопс.
Железнодорожный билет, купленный Анжелем накануне, был отмечен рядом важных обозначений. К тому же все, что сообщили Рошель по очереди пятеро служащих, странным образом совпало с тем, что она прочла в расписании и на указателях. Так она без особого труда нашла свое купе. Анна уже был там и устраивал чемодан в багажную сетку; по лицу его струился пот. Он успел снять пиджак, и Рошель имела возможность полюбоваться его могучими бицепсами, выпиравшими сквозь полосатый поплин шерстяной рубашки. Анна поздоровался, поцеловал ей руку, и глаза его радостно заблестели.
– Как замечательно, что вы пришли вовремя!
– Я всегда прихожу вовремя, – сказала Рошель.
– Это странно, ведь вы не привыкли работать.
– О, я надеюсь, что привыкну не скоро.
Она все еще держала в руке чемодан, и Анна поспешил помочь ей:
– Простите, я загляделся на вас…
Рошель улыбнулась: оправдание пришлось ей по вкусу.
– Анна…
– Да?
– Мы долго будем путешествовать?
– Очень долго. Нам надо пересесть на корабль, потом снова на поезд, а потом на машине ехать через пустыню.
– Это просто великолепно! – сказала Рошель.
– Это более чем великолепно.
Они сели рядом.
– Анжель уже пришел, – сказал Анна.