Борис Ветров – Последний из рода Демидовых. Том IV (страница 3)

– Хозяин?! – только и смог выдавить из себя напуганный паренёк.

– Какой я тебе к дьявольской бабушке «хозяин»?! – я прибавил стали в голос, но обращение паренька меня несколько смутило.

– Это я – Персик! – веснушчатое лицо расплылось в дебильно-добродушной улыбке, с таким лицом обычно не врут… Но меня уже было не остановить…

– Я тебе сейчас твой «хвост», – я взглядом указал ниже пояса, и извращенец опустил взор туда, куда я показал. На миг мне показалось, что паренёк видит себя первый раз в жизни, – выдерну и на шее бантиком завяжу!

– Хозяин… – повторил паренёк с видом, обречённым и, показался таким жалким и напуганным, что мне стало как-то неловко, вот только я не понимал, с какой это стати я испытываю такие чувства.

Паренёк дёрнулся в сторону, его окутал пламенный сполох и дальше по коридору уже побежал Персик в обличие самого обычного рыжего кота… Ну, то есть, не совсем обычного, теперь у моего питомца отчётливо виднелись три хвоста. А в голове разразился басовитый хохот.

– Не узнал ты своё духовное животное? Хотя, как и говорил я ранее, он растёт… – отсмеявшись, пояснил вселенец.

– Мог бы и подсказать! – не удержался я от упрёка. – А то я чуть ему «хвост» не оторвал.

Но вселенец оставил меня без ответа. Он вообще редко давал о себе знать, бывали моменты, что я и вовсе забывал, что делю тело с ангелом. Но вот у меня к ангелу или же правильнее архангелу была масса вопросов, на которые он не торопился отвечать.

– Послушай, я всё понимаю, ты мне очень помог, вытащил из седьмого плана Изнанки, победил демонов. И я благодарен, но хотелось бы знать, когда ты освободишь «квартиру»?

Вселенец какое-то время молчал, и когда я уже решил, что вновь останусь без ответа, снизошёл до объяснений.

– Как только обрету благодать, покину я тебя.

Хотя я уже что-то подобное слышал, радовало, что вселенец вообще снизошёл до ответа.

– Ну хоть что-то. А почему ты не попытаешься выйти на связь со своими? – я на миг замялся, подбирая слова, и повторил вопрос, – С ангелами, которые кружили над разгромленным торговым центром? Они явно искали тебя!

Я ощутил, как Саргареил выпустил волну гнева и недовольства, а затем вновь начал погружаться в недра моего сознания или подсознания…

***

Нашёл я своего питомца в комнатке Анны Ильиничны, вот только домовой не оказалось у себя в комнате, зато наличествовал Платон Тимофеевич. Домовой заваривал чай, отчего в воздухе витал запах душистых трав. А Персик сидел на кровати в обличие уже знакомого паренька, правда, теперь на нём была надета поношенная, но добротно заштопанная одежда.

– Клемент Аристархович, чайку с нами дерябните, а?! – будто ни в чём не бывало, спросил домовой.

И тут до меня дошло, Платон Тимофеевич знал о метаморфозе моего… подопечного? Теперь называть Персика питомцем язык не поворачивался.

– Вы знали! – воскликнул я, – И не сказали мне?!

Домовой пожал плечами.

– Персик обернулся человеком всего разок… ну, может, парочку. – буднично сообщил домовой, – И толком не мог енто своё превращение обуздать. Ну мы и решили, что пока вам говорить рано.

– Да я его чуть не от… – я еле сдержался, чтобы не перейти на нецензурную лексику, – чуть не отметелил!

– Так, может, всё-таки чайку? С мятой и душицей, енти травы нервишки-то успокаивают. – лукаво улыбаясь, вновь предложил домовой.

Нет, он что издевается?!

– И кто это мы?!

Платон Тимофеевич разом сник и даже сгорбился.

– Ну… – испуганно протянул он, – Я и Анна Ильинична.

– Я жду… – разгневанно зыркнув на Персика, я перевёл взгляд на домового, – Вас обоих в гостиной, через двадцать минут! Будем решать, что делать с этой вашей «метаморфозой».

***

Когда в зале собрались все домочадцы, а позвал я на совет в первую очередь Герду, Сильвию с Ричардом, ну и решил, что Константину тоже не помешает поприсутствовать. Он вожак стаи, а Персик сейчас ближе всего к оборотням, насколько я понимаю. Или нет? В комнату крадучись вошли Платон Тимофеевич и Персик в человеческом обличии.

– Вот! – я протянул руку в направлении виновника нашего собрания, – Что нам с этим делать?

– Только не кастрируйте! – жалобно пискнул Персик и посмотрел на Герду в поисках поддержки, а затем добавил, – Я знаю, у вас… людей это принято.

– За это можешь быть спокоен. – заверил я подопечного, – Что же мы совсем нелюди какие? Делать… в смысле – очеловечивать, как будем? Имя надо тебе нормальное придумать – человеческое! Документы и легенду… – я на миг замялся, – В смысле биографию.

– Пусть будет твой троюродный брат из глубинки или вообще незаконный бастард твоего дедушки по материнской линии! А назовём Петей, это вполне созвучно с Персиком. – сразу же предложила Герда, за что получила мой осуждающий взгляд.

Нет, всё было логично, и назвать Петей, и сделать Персика родственником, но вся эта легенда рассыпа́лась как карточный домик при первом же дуновении ветра.

– Во-первых, это легко проверить, достаточно съездить в указанное по документам село или город и порасспрашивать людей. Сразу обнаружиться, что никто ничего не знает ни о каком Пете… А интересоваться нами будут. Ты же сама говорила, что после спасения цесаревича и последних событий с моим… кхм… воскрешением, народ интересуется! А во-вторых, нам нужно, чтобы внимания к… – я вновь покосился на Персика, – нашему подопечному было минимальное. Не стоит его вообще записывать в мои родственники. А что, если сделать Персика твоим братом или кузеном? Путь будет Питер из графства Ольденбург!

Герда скривила губки.

– Это проверить сложнее, но тоже вполне реально.

Повисла неловкая тишина. Персик испуганно смотрел то на меня, то на Герду, то на Сильвию, к которой по-прежнему испытывал особенную любовь.

– А ты что скажешь, Константин? Можно ли как-то пристроить нашего Персика к вашей братии, и чтобы не привлекать внимание?

– А что такого, господин? Ну оборотень и оборотень, нас много, если стоишь на регистрации и никого не грызёшь просто так, то никаких претензий!

– В том то и дело, что Персик не обычный оборотень… Ты много видел духовных животных, превратившихся в человека?

Вожак стаи покачал головой.

– Нет, господин.

– Вот! Им могут заинтересоваться, заберут на опыты, будут иголки втыкать во всякие мягкие части тела…

Персик съёжился и нахохлился, словно угодивший под дождь воробьишка.

– Поэтому, – продолжил я, – нашему коту нужна легенда, биография, прошлое, понимаешь?

– Кажется, понимаю. – на лбу Константина прорезались морщины, – Думаю, есть один вариант. Что, если Персика записать в то село, откуда родом Михайло?

– И что же в этом селе уникального? – я отнёсся к предложению с больши́м скепсисом.

– Оно находится в Сибири, от ближайшей дороги до села триста с лишним километров. Захочешь, не доберёшься. А живут там такие же, как и сам Михайло оборотни-медведи. Если будут слишком настойчиво спрашивать, то могут и чего отгрызть или ещё чего похуже. Места там дикие, таёжные, потом ищи-свищи…

А вот это уже было дельное предложение. Да, если возжелает сам император, то до истины всё равно докопаются, но, а так…

– Вот это уже лучше! – похвалил я слугу, – Хорошая идея, правильная. Но не будет ли подозрительным, что все там оборотни-медведи, а наш Персик перекидывается в огненного кота? И как там говоришь, деревня называется?

– Не знаю. Но скорее всего – Михайловка, – вожак стаи осклабился, но видя моё недоумение, пояснил, – У них там все Михаилы, Михайло да Михаси. И даже есть один Мигель. Он оборачивается пандой… Ещё бабка его знатно загуляла на сопредельной территории. Село там медвежье, и все почему-то стремятся называть детей именно так. Господин, не спрашивай почему, я не знаю, а если интересно, то спроси у Михайло. А на счёт подозрительно, так пусть в документах укажут, что приёмный!

– Я не хочу быть Петром! – неожиданно для всех заявил Персик, – Тупое имя, и его носит наш враг – Голицын.

Я хмыкнул, но в том, что имя Пётр носит наш враг, Персик был прав.

– Я бы хотел оставить своё старое имя – Персик! – продолжил подопечный, – Ну а в документах и на людях можете меня называть Потапом. И это имя вроде как подходит.

Я даже немного подвис.

– Как по мне, хорошая идея и, как это у вас говорят, «гладкая»? – вмешался в разговор Ричард.

– Наверное, «ровная», – на автомате поправил я спутника Сильвии.

– И мне нравится! Хорошо Персик придумал, молодец! – похвалила подопечного супруга.

Вот и решился вопрос с легендой для Персика.

– Значит, решено! Пусть Персик будет Потапом. Тогда займитесь вопросом моего подопечного вы, Константин!

– Слушаюсь, господин! – вожак стаи слегка поклонился и направился к выходу, но возле самой двери замер и уставился на Персика.

– А ты чего сидишь? Иди оформляйся! – пришлось прикрикнуть на бывшего питомца.