Борис Ветров – Последний из рода Демидовых. Том III (страница 13)

– Я ждала тебя… – сказала она.

– Я знаю. Демоны мертвы, или ещё умирают под завалом. В любом случае им не выжить. – рассказал он о случившемся.

– Было больно?

– Не больнее обычного. Сейчас это не важно! – Рувендил казался возбуждённым и обеспокоенным, – Как мы и предполагали, второй принц ада – Зирпал начал нас преследовать. Это значит…

– Это значит, что нам нужно поспешить! – закончила за него Мелофена.

Глава 6

Проснулся я около двенадцати, “пророки” сообщили, что сегодня ожидается лишь один всплеск энергии Изнанки, да и тот ближе к вечеру. После утреннего моциона спустился на первый этаж и направился завтракать. За столом оказалось полно людей, но внимание привлёк Нохай и его сын. Ундэс сидел в расписном монгольском халате, как и его отец. Когда я подошёл ближе, оба они встали и глубоко поклонились:

– Господин, – разговор начал Нохай, – моя родственница, а если точнее бабушка, умерла в преклонном возрасте ста четырёх лет. Долг перед предками и родом требует присутствовать на похоронах. Также, если вы позволите, я бы хотел взять с собой сына. Думаю, Ундесу будет полезно взглянуть на историческую родину и познакомиться с кланом!

Они вновь глубоко поклонились буквально в пояс и замерли словно статуи. Такой поворот меня несколько смутил, но одно я понял точно – Нохаю очень нужна эта поездка. Почему? Он очень старательно подобрал слова, про долг и предков, причём произнёс он это при Герде и Сильвии. Так что, даже вздумай я ему отказать, это бы выглядело форменным свинством с моей стороны. Нет, причин отказывать Нохаю у меня не было. Меня смущал способ, который выбрал слуга. А Сильвия и Герда испытующе смотрели на меня во все глаза, ожидая ответа.

Но зачем ему это нужно? Я бы и так отпустил Нохая, к чему этот цирк? Чтобы я позволил уйти ещё и его сыну? Да и Ундэс не являлся каким-то уникальным специалистом. Что, у меня недостаточно слуг? Или дело не в этом? Может есть некоторая угроза раскрытия моего происхождения? Я хочу сказать, что Нохай может выдать мой секрет с получением тела Демидова. Но на территории Великой Монголии до меня никому нет дела, поэтому эта версия тоже не подходит. От того, как всё было проделано, у меня почему-то сильно свербела чуйка. Пауза затянулась, и Герда меня окликнула:

– Клемент, что ты скажешь?!

– Да… Соболезную вашей утрате. – я показал глазами, что обращаюсь сразу и к Нохаю, и Ундэсу, – Конечно, я отпускаю вас обоих.

– Благодарим, господин! – монголы вновь поклонились, словно солдатики на параде. – Вы позволите нам покинуть поместье прямо сейчас? Похороны запланированы на завтра, а ближайший самолёт отбывает поздно вечером.

И вот опять, всё так сказано, что просто нельзя отказать. Я пожал плечами:

– Езжайте. – почти равнодушно ответил я, но немного подумав, спросил, – Но вы же вернётесь?

Слуги переглянулись:

– Конечно, господин. – на лице Нохая застыло такое выражение, словно от ответа зависела его жизнь.

– Я всё понимаю, езжайте и не о чём не беспокойтесь. Будем считать, что вы в оплачиваемом отпуске. И не торопитесь возвращаться, у тебя… я хотел сказать, у вас месяц!

Зачем я это сделал? Хотел посмотреть на реакцию слуг. Нохай с сыном удивлённо переглянулись, и им явно понравился такой ответ. Ещё раз быстро поклонились в пояс, и тут я не выдержал:

– И хватит уже кланяться! Неужели это не нормально для Великой Монголии, чтобы на похороны родственников не отпускали слуг?

– Мы с сыном сердечно благодарим господина за его великодушие и щедрость! – ответил Нохай, а его сын вновь попытался поклониться, видимо, на автопилоте, но Нохай остановил его, – На нашей родине действительно могут отказать слугам в этой милости…

– Ой, Нохай, да подвязывай ты уже вот с этим вот всем! Я что, не человек?

– Мы уже уходим. До свидания! – слуги явно торопились убраться подальше с территории поместья. И поклонившись, в этот раз очень сдержанно, оба вышли в коридор, где их ждали собранные чемоданы.

Даже с учётом того, что у Нохая умерла бабушка, вёл он себя странно. Я сел за стол, а Герда как ни в чём не бывало, спросила:

– Тебе, как всегда, яичницу с чаем?

– Ага! – я кивнул.

Герда включила телевизор, по Московскому Вестнику шли новости. На экране появился экстравагантный диктор в очках и синем щегольском костюме. Его волосы были идеально уложены в строгую и одновременно стильную причёску.

– Сегодня Великая Монголия скорбит! Великий хан – Хай-Шан прощается со своей матерью. Жена Великого хана – Тогон-Метюра прожила долгие сто четыре года! Родила ему пятерых сыновей и двух дочерей и совместно с мужем занималась политикой. А после смерти мужа всецело посвятила себя помощи сыну. Органа-Чаха – так звали почившую, самолично принимала послов и подписывала договоры между странами, а также активно занималась благотворительностью…

Дальше я не слушал. Не знаю, бывают ли такие совпадения, но возраст бабушки Нохая и матери Великого хана оказались одинаковыми…

– А вы знаете что-то ещё об отъезде Нохая? – обратился я к сидевшей напротив ведьме.

Сильвия погладила рыжее лохматое чудовище, которое, как оказалось, свернулось калачиком возле неё:

– Я сама услышала обо всём только сейчас.

Я начал судорожно вспоминать всё, что знал о слуге.

– Нохай говорил, что он из древнего рода. Что его отец или дед бежали из Великой Монголии ещё в пятидесятые или шестидесятые, я уже не помню… – вслух проговорил я, не обращая внимание на Сильвию и Герду, – Ещё, он применил камонтоку, когда я неосмотрительно вляпался в одну схватку.

– Камонтоку? – удивилась Сильвия, в её глазах застыл неподдельный интерес. – Камонтоку – вещь редкая и действительно возникает в древних родах! Камонтоку появляется где-то после семи-восьми столетий непрерывной практики одной и той же стихии каждое поколение. Если бы мы знали камонтоку императора и Нохай, то можно было бы более уверенно говорить об их родстве!

Я нахмурился, то, к чему вела Сильвия, мне откровенно не нравилось, но и вопрос этот нужно было решить и выяснить кто же такой Нохай и к какому клану он принадлежит. И почему я об этом раньше не подумал?

– Нохай говорил что-то про Ледяной Шторм, кажется… я тогда не спал вторые сутки и плохо помню. – извиняющимся тоном, сказал я.

Сильвия уже что-то набирала на планшете:

Камонтоку Великого хана – не известно! – произнесла Сильвия с какой-то мрачной торжественностью, а затем добавила. – Будет забавно, если у тебя в слугах ходил родственник самого Великого хана, а ты даже не знал об этом!

– Что?! – предположение ведьмы прозвучало как бред, но я действительно ничего не знал о Нохае и его происхождении. А спросить было не у кого. Или можно поинтересоваться у Сойкина? – Да ну… не может быть!

– Выводы пока делать рано, но совпадение годов жизни, говорит само за себя. – ведьма пожала плечами, – И почему его отец бежал в Российскую империю тоже интересный вопрос. Надеюсь, Нохаю ничего не угрожает на родине.

– Да, я тоже на это надеюсь…

Всплеск потенциального проявления энергии Изнанки фиксировался в многоквартирном доме по Воробьёвскому шоссе в паре километров от Москвы-реки. Я решил оставить машину вместе с Зефиром в квартале от нужного адреса и решил прогуляться с Персиком. Кот гордо вышагивал впереди, задрав хвост, словно флаг над головой. Он то забегал вперёд, то скрывался в кустах. Но подошли мы к нужному дому вместе. На лавочке сидела парочка старушек, а рядом с одной из них серым пушистым шаром угнездилась кошечка. Персик сразу же заинтересовался представительницей противоположного пола и побежал её обнюхивать. На что кошка зашипела и юркнула в кусты. Мой питомец последовал за ней.

– А ну, кыш! – запоздало завопила одна из бабулек и замахнулась на Персика пустой сеткой.

Но прохвост чхать хотел на нерасторопную бабку, а вот потенциальную подругу отпускать не собирался. Вскоре послышались кошачье шипение и недовольное мявчание, я невольно ухмыльнулся.

– Паразит! – с досадой бросила бабка, но честь своей кошки спасать не пошла.

Я остановился и продолжил наблюдать за котами. Персик загнал кошку в угол между стеной и подъездом и продолжил бесцеремонно обнюхивать. В душе мой питомец всё же самый обычный кот.

– Тоже мне хахаль нашёлся! – продолжала возмущаться бабка, она перевела взгляд на меня, – Этот рыжий Казанова ваш?

В этот момент подошёл Сойкин и я решил немного похулиганить:

– Казённый. Если появятся рыжие котята, то счёт за алименты высылайте на адрес шестого управления инквизиции!

Бабки понимающе переглянулись. Формально я почти не соврал. Ведь сейчас я и Персик находились на задании инквизиции. Но Сойкин посмотрел на меня осуждающе. А вот старушка оценила шутку и лукаво улыбнулась.

– Так и сделаю! – жизнерадостно объявила она, – А вы по какому вопросу?

Вмешался Валера:

– По секретному. – ответил он бабке, а сам направился к подъезду, – Пойдём, Клемент.

И я последовал за Сойкиным, вот только замер на месте, когда переступил порог подъезда. Блин, ну вот куда “пойдём”, а?! Вот такие вот бабки – лучший источник информации! Они всегда всё про всех знают. А нам, судя по всему, придётся искать источник проклятой энергии по всему подъезду, подниматься на каждый этаж и обзванивать каждую квартиру. Сойкин изумлённо уставился на меня, когда я развернулся и вышел обратно на улицу.